\r\n\r\n\r\n\r\n О П Р Е Д Е Л Е Н И Е\r\n\r\n КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ\r\n\r\n\r\n об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина\r\n Шевченко Андрея Александровича на нарушение его\r\n конституционных прав абзацем вторым пункта 2 статьи 1083 и\r\n абзацем вторым статьи 1100 Гражданского кодекса Российской\r\n Федерации\r\n\r\n город Санкт-Петербург 19 мая 2009 года\r\n\r\n Конституционный Суд Российской Федерации в составе\r\nПредседателя В.Д.Зорькина, судей Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева,\r\nЮ.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина, С.М.Казанцева, С.Д.Князева,\r\nА.Л.Кононова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова,\r\nЮ.Д.Рудкина, Н.В.Селезнева, А.Я.Сливы, В.Г.Стрекозова,\r\nО.С.Хохряковой, В.Г.Ярославцева,\r\n заслушав в пленарном заседании заключение судьи Г.А.Гаджиева,\r\nпроводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного\r\nзакона \"О Конституционном Суде Российской Федерации\"\r\nпредварительное изучение жалобы гражданина А.А.Шевченко,\r\n\r\n у с т а н о в и л:\r\n\r\n 1. Решением Таганрогского городского суда Ростовской области\r\nот 31 января 2008 года были частично удовлетворены исковые\r\nтребования гражданки С.В.Ляшенко о возмещении вреда здоровью,\r\nпричиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, и\r\nкомпенсации морального вреда, предъявленные ею к гражданину\r\nА.А.Шевченко как причинителю вреда и ЗАО \"СКПО \"Урал-Сиб\" как\r\nстраховщику по договору обязательного страхования гражданской\r\nответственности владельцев транспортных средств. Суд установил, что\r\nС.В.Ляшенко 23 октября 2005 года, будучи в состоянии алкогольного\r\nопьянения, переходила улицу в неположенном месте, была сбита\r\nавтомобилем, которым управлял А.А.Шевченко, и получила тяжкие\r\nтелесные повреждения. Руководствуясь положениями статей 1072, 1079,\r\n1083, 1085 и 1100 ГК Российской Федерации и ряда статей\r\nФедерального закона от 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ \"Об обязательном\r\nстраховании гражданской ответственности владельцев транспортных\r\nсредств\", суд взыскал суммы утраченного истицей за время лечения\r\nзаработка с ЗАО \"СКПО \"Урал-Сиб\", а ущерб, превышающий страховое\r\nвозмещение, и компенсацию морального вреда - с причинителя вреда,\r\nуказав при этом, что взыскиваемую сумму суд определяет в размере 70\r\nпроцентов от всей суммы утраченного заработка исходя из того, что\r\nистица допустила грубую неосторожность, приведшую к увеличению\r\nвреда.\r\n В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации\r\nА.А.Шевченко просит признать противоречащими статьям 17 (часть 3),\r\n19 (часть 2), 45 (часть 1) и 55 Конституции Российской Федерации\r\nабзац второй пункта 2 статьи 1083 ГК Российской Федерации, как не\r\nдопускающий возможность отказа в возмещении вреда жизни или\r\nздоровью потерпевшего при отсутствии вины причинителя вреда и при\r\nгрубой неосторожности потерпевшего, и абзац второй статьи 1100 ГК\r\nРоссийской Федерации, как не допускающий возможность отказа в\r\nкомпенсации морального вреда при отсутствии вины причинителя вреда\r\nв случае, если вред причинен жизни или здоровью гражданина\r\nисточником повышенной опасности.\r\n 2. Гражданский кодекс Российской Федерации устанавливает в\r\nкачестве общего правила, что ответственность за причинение вреда\r\nстроится на началах вины: согласно пункту 2 его статьи 1064 лицо,\r\nпричинившее вред, освобождается от его возмещения, если докажет,\r\nчто вред причинен не по его вине.\r\n При этом законом в исключение из данного общего правила может\r\nбыть предусмотрено возложение на причинителя вреда ответственности\r\nи при отсутствии его вины, что является специальным условием\r\nответственности. Так, в силу статьи 1079 ГК Российской Федерации\r\nответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей\r\nповышенную опасность для окружающих, наступает независимо от вины\r\nпричинителя вреда. Как указал Конституционный Суд Российской\r\nФедерации в Определении от 23 июня 2005 года N 261-О, такое\r\nрегулирование представляет собой один из законодательно\r\nпредусмотренных случаев возложения ответственности - в отступление\r\nот принципа вины - на причинителя вреда независимо от его вины, в\r\nоснове которой лежит риск случайного причинения вреда.\r\n В системной связи с нормами статьи 1079 ГК Российской\r\nФедерации находится пункт 2 статьи 1083 ГК Российской Федерации, в\r\nсилу которого, если грубая неосторожность самого потерпевшего\r\nсодействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от\r\nстепени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения\r\nдолжен быть уменьшен (абзац первый); при грубой неосторожности\r\nпотерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда\r\nего ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения\r\nдолжен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано,\r\nесли законом не установлено иное (абзац второй).\r\n Названные нормы предусматривают, следовательно, два случая\r\nуменьшения размера возмещения вреда, возникновению или увеличению\r\nкоторого способствовала грубая неосторожность потерпевшего.\r\n В первом случае учитывается грубая неосторожность потерпевшего\r\nи вина причинителя вреда. Для этих случаев федеральный законодатель\r\nформулирует императивное требование уменьшить размер возмещения,\r\nпоскольку при грубой неосторожности потерпевшего удовлетворение\r\nсоответствующего иска в полном объеме недопустимо и применение\r\nсмешанной ответственности является не правом, а обязанностью суда.\r\n Во втором случае учитывается грубая неосторожность\r\nпотерпевшего и одновременно - отсутствие вины причинителя вреда.\r\nПри этом суд по своему усмотрению может применить одно из следующих\r\nнегативных для потерпевшего последствий: 1) уменьшение размера\r\nвозмещения, 2) полный отказ в возмещении, если законом не\r\nустановлено иное.\r\n Правовой подход, в силу которого может иметь место\r\nосвобождение от ответственности за вред, причиненный деятельностью,\r\nсоздающей повышенную опасность для окружающих, по усмотрению суда,\r\nсоответствует закрепленному в статье 10 Конституции Российской\r\nФедерации принципу самостоятельности судебной власти, нормативное\r\nсодержание которого предусматривает имманентно присущую судебной\r\nвласти дискреционность при осуществлении правосудия.\r\n 3. К числу признаваемых в Российской Федерации и защищаемых\r\nКонституцией Российской Федерации прав и свобод относятся, прежде\r\nвсего, право на жизнь (статья 20, часть 1), как основа\r\nчеловеческого существования, источник всех других основных прав и\r\nсвобод и высшая социальная ценность, и право на охрану здоровья\r\n(статья 41, часть 1), которое также является высшим для человека\r\nблагом, без которого могут утратить значение многие другие блага.\r\n В силу указанных положений Конституции Российской Федерации на\r\nгосударство возложена обязанность уважения данных конституционных\r\nправ и их защиты законом (статья 18 Конституции Российской\r\nФедерации). В гражданском законодательстве жизнь и здоровье\r\nрассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом\r\nнематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения (пункт 1\r\nстатьи 150 ГК Российской Федерации).\r\n К мерам по защите указанных благ относятся закрепленное в\r\nабзаце втором пункта 2 статьи 1083 ГК Российской Федерации\r\nисключение из общего порядка определения размера возмещения вреда,\r\nвозникновению которого способствовала грубая неосторожность\r\nпотерпевшего, предусматривающее, что при причинении вреда жизни и\r\nздоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается, а\r\nтакже содержащееся в абзаце втором статьи 1100 ГК Российской\r\nФедерации положение о недопустимости отказа в компенсации\r\nморального вреда в случае, если вред причинен источником повышенной\r\nопасности жизни и здоровью гражданина, в том числе при отсутствии\r\nвины причинителя вреда.\r\n Таким образом, положения абзаца второго пункта 2 статьи 1083 и\r\nабзаца второго статьи 1100 ГК Российской Федерации - в рамках\r\nпроводимой в Российской Федерации как правовом и социальном\r\nгосударстве (статья 1, часть 1; статья 7, часть 1, Конституции\r\nРоссийской Федерации) правовой политики, - воплощают основанный на\r\nвытекающем из статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации\r\nпринципе пропорциональности баланс субъективных прав причинителя\r\nвреда, осуществляющего деятельность, связанную с повышенной\r\nопасностью для окружающих, с одной стороны, и потерпевшего,\r\nпроявившего грубую неосторожность, - с другой, а потому данные\r\nзаконоположения не могут рассматриваться как нарушающие права\r\nзаявителя, закрепленные в статьях 17 (часть 3), 19 (часть 2), 45\r\n(часть 1) и 55 Конституции Российской Федерации.\r\n Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой\r\nстатьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного\r\nзакона \"О Конституционном Суде Российской Федерации\",\r\nКонституционный Суд Российской Федерации\r\n\r\n о п р е д е л и л:\r\n\r\n 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина\r\nШевченко Андрея Александровича, поскольку она не отвечает\r\nтребованиям Федерального конституционного закона \"О Конституционном\r\nСуде Российской Федерации\", в соответствии с которыми жалоба в\r\nКонституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.\r\n 2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по\r\nданной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.\r\n 3. Настоящее Определение подлежит опубликованию в \"Российской\r\nгазете\", \"Собрании законодательства Российской Федерации\" и\r\n\"Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации\".\r\n\r\n\r\n Председатель\r\n Конституционного Суда\r\n Российской Федерации В.Д.Зорькин\r\n\r\n Заместитель Председателя\r\n Конституционного Суда\r\n Российской Федерации О.С.Хохрякова\r\n\r\n N 816-О-О\r\n\r\n
", "baseid": "c000000000", "tounitid": null, "toparaid": "", "docid": "1000000000102132990" }