\r\n\r\n\r\n\r\n Именем\r\n Российской Федерации\r\n\r\n П О С Т А Н О В Л Е Н И Е\r\n\r\n КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ\r\n\r\n\r\n по делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 2\r\n статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с\r\n жалобами граждан О.М.Мариничевой, А.В.Немировской,\r\n З.А.Скляновой, Р.М.Скляновой и В.М.Ширяева\r\n\r\n город Москва 21 апреля 2003 года\r\n\r\n Конституционный Суд Российской Федерации в составе\r\nпредседательствующего Н.В.Селезнева, судей Ю.М.Данилова,\r\nЛ.М.Жарковой, В.Д.Зорькина, С.М.Казанцева, М.И.Клеандрова,\r\nО.С.Хохряковой,\r\n с участием представителя гражданки О.М.Мариничевой - адвоката\r\nЛ.А.Бородина, гражданки А.В.Немировской и ее представителя -\r\nадвоката А.Э.Акопова, гражданки З.А.Скляновой, представителя\r\nграждан З.А.Скляновой и Р.М.Скляновой - адвоката З.А.Галкиной,\r\nгражданина В.М.Ширяева, постоянного представителя Государственной\r\nДумы в Конституционном Суде Российской Федерации В.В.Лазарева,\r\nпредставителя Совета Федерации - кандидата юридических наук\r\nН.М.Лавровой и полномочного представителя Президента Российской\r\nФедерации в Конституционном Суде Российской Федерации М.А.Митюкова,\r\n руководствуясь статьей 125 (часть 4) Конституции Российской\r\nФедерации, пунктом 3 части первой, частями третьей и четвертой\r\nстатьи 3, пунктом 3 части второй статьи 22, статьями 36, 74, 86,\r\n96, 97 и 99 Федерального конституционного закона \"О Конституционном\r\nСуде Российской Федерации\",\r\n рассмотрел в открытом заседании дело о проверке\r\nконституционности положений пунктов 1 и 2 статьи 167 ГК Российской\r\nФедерации.\r\n Поводом к рассмотрению дела явились жалобы граждан\r\nО.М.Мариничевой, А.В.Немировской, З.А.Скляновой, Р.М.Скляновой и\r\nВ.М.Ширяева на нарушение их конституционных прав и свобод\r\nположениями пунктов 1 и 2 статьи 167 ГК Российской Федерации о\r\nпоследствиях недействительности сделки. Основанием к рассмотрению\r\nдела явилась обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том,\r\nсоответствуют ли данные законоположения Конституции Российской\r\nФедерации.\r\n Поскольку все жалобы касаются одного и того же предмета,\r\nКонституционный Суд Российской Федерации, руководствуясь статьей 48\r\nФедерального конституционного закона \"О Конституционном Суде\r\nРоссийской Федерации\", соединил дела по этим жалобам в одном\r\nпроизводстве.\r\n Заслушав сообщение судьи-докладчика С.М.Казанцева, объяснения\r\nсторон и их представителей, пояснения специалиста - кандидата\r\nюридических наук В.В.Чубарова, выступления полномочного\r\nпредставителя Правительства Российской Федерации в Конституционном\r\nСуде Российской Федерации М.Ю.Барщевского и приглашенного в\r\nзаседание представителя от Высшего Арбитражного Суда Российской\r\nФедерации - судьи Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации\r\nВ.Л.Слесарева, исследовав представленные документы и иные\r\nматериалы, Конституционный Суд Российской Федерации\r\n\r\n у с т а н о в и л:\r\n\r\n 1. Согласно статье 167 ГК Российской Федерации\r\nнедействительная сделка не влечет юридических последствий, за\r\nисключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и\r\nнедействительна с момента ее совершения (пункт 1); при\r\nнедействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить\r\nдругой все полученное по сделке, а в случае невозможности\r\nвозвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное\r\nвыражается в пользовании имуществом, выполненной работе или\r\nпредоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если\r\nиные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом\r\n(пункт 2).\r\n Данные положения были применены судами общей юрисдикции при\r\nрассмотрении дел по искам о признании недействительными заключенных\r\nзаявителями сделок по продаже жилых помещений. Так, решением\r\nСыктывкарского городского суда Республики Коми от 31 января 2001\r\nгода, оставленным без изменения постановлением Судебной коллегии по\r\nгражданским делам Верховного Суда Республики Коми, признан\r\nнедействительным договор купли-продажи квартиры, заключенный\r\nгражданкой О.М.Мариничевой; решением Савеловского межмуниципального\r\n(районного) суда города Москвы от 12 марта 2001 года признан\r\nнедействительным договор купли-продажи квартиры, заключенный\r\nгражданкой А.В.Немировской; решением Ленинского районного суда\r\nгорода Екатеринбурга от 23 ноября 2001 года признан\r\nнедействительным договор купли-продажи квартиры, одной из сторон\r\nкоторого являлся гражданин В.М.Ширяев; решением Ангарского\r\nгородского суда Иркутской области от 12 ноября 2001 года,\r\nоставленным без изменения постановлением судебной коллегии по\r\nгражданским делам Иркутского областного суда, признан\r\nнедействительным договор купли-продажи квартиры по иску к гражданам\r\nР.М.Скляновой и З.А.Скляновой. Во всех перечисленных случаях суды,\r\nдействуя на основании положений пунктов 1 и 2 статьи 167 ГК\r\nРоссийской Федерации, обязывали стороны возвратить друг другу все\r\nполученное по сделкам (двусторонняя реституция).\r\n В своих жалобах в Конституционный Суд Российской Федерации\r\nграждане О.М.Мариничева, А.В.Немировская, З.А.Склянова,\r\nР.М.Склянова и В.М.Ширяев утверждают, что содержащиеся в пунктах 1\r\nи 2 статьи 167 ГК Российской Федерации общие положения о\r\nпоследствиях недействительности сделки в части, устанавливающей\r\nобязанность каждой из сторон возвратить все полученное по сделке,\r\nне позволяют добросовестным приобретателям защитить свои\r\nимущественные права. Тем самым, по мнению заявителей, нарушаются их\r\nправа и свободы, гарантированные статьями 2, 8, 17 (часть 1), 18,\r\n19 (часть 1), 35 (часть 2) и 40 (часть 1) Конституции Российской\r\nФедерации.\r\n Именно в указанной части - в силу требований статьи 74\r\nФедерального конституционного закона \"О Конституционном Суде\r\nРоссийской Федерации\" - пункты 1 и 2 статьи 167 ГК Российской\r\nФедерации являются предметом проверки в настоящем деле.\r\n 2. Конституцией Российской Федерации гарантируются свобода\r\nэкономической деятельности, право каждого иметь имущество в\r\nсобственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как\r\nединолично, так и совместно с другими лицами, а также признание и\r\nзащита собственности, ее охрана законом (статьи 8 и 35, части 1 и\r\n2).\r\n Названные права, как следует из статей 1, 2, 15 (часть 4), 17\r\n(части 1 и 2), 19 (части 1 и 2), 45 (часть 1) и 46 Конституции\r\nРоссийской Федерации, гарантируются в качестве основных и\r\nнеотчуждаемых прав и свобод человека и гражданина и реализуются на\r\nоснове общеправовых принципов юридического равенства,\r\nнеприкосновенности собственности и свободы договора, предполагающих\r\nравенство, автономию воли и имущественную самостоятельность\r\nучастников гражданско-правовых отношений, недопустимость\r\nпроизвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимость\r\nбеспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения\r\nвосстановления нарушенных прав, их судебной защиты, которые\r\nпровозглашаются и в числе основных начал гражданского\r\nзаконодательства (Постановление Конституционного Суда Российской\r\nФедерации от 1 апреля 2003 года по делу о проверке\r\nконституционности положения пункта 2 статьи 7 Федерального закона\r\n\"Об аудиторской деятельности\").\r\n По смыслу статьи 35 (часть 2) Конституции Российской Федерации\r\nво взаимосвязи с ее статьями 8, 34, 45, 46 и 55 (часть 1), права\r\nвладения, пользования и распоряжения имуществом обеспечиваются не\r\nтолько собственникам, но и иным участникам гражданского оборота. В\r\nтех случаях, когда имущественные права на спорную вещь, возникшие\r\nна предусмотренных законом основаниях, имеют другие, помимо\r\nсобственника, лица - владельцы и пользователи вещи, этим лицам\r\nтакже должна быть гарантирована государственная защита их прав. К\r\nчислу таких имущественных прав относятся и права добросовестных\r\nприобретателей.\r\n Вместе с тем в силу статей 15 (часть 2), 17 (часть 3), 19\r\n(части 1 и 2) и 55 (части 1 и 3) Конституции Российской Федерации и\r\nисходя из общеправового принципа справедливости защита права\r\nсобственности и иных вещных прав, а также прав и обязанностей\r\nсторон в договоре должна осуществляться на основе соразмерности и\r\nпропорциональности, с тем чтобы был обеспечен баланс прав и\r\nзаконных интересов всех участников гражданского оборота -\r\nсобственников, сторон в договоре, третьих лиц. При этом возможные\r\nограничения федеральным законом прав владения, пользования и\r\nраспоряжения имуществом, а также свободы предпринимательской\r\nдеятельности и свободы договоров также должны отвечать требованиям\r\nсправедливости, быть адекватными, пропорциональными, соразмерными,\r\nносить общий и абстрактный характер, не иметь обратной силы и не\r\nзатрагивать существо данных конституционных прав, т. е. не\r\nограничивать пределы и применение основного содержания\r\nсоответствующих конституционных норм. Сама же возможность\r\nограничений, как и их характер, должна обусловливаться\r\nнеобходимостью защиты конституционно значимых ценностей, а именно\r\nоснов конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и\r\nзаконных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и\r\nбезопасности государства.\r\n Данное положение корреспондирует Конвенции о защите прав\r\nчеловека и основных свобод, в соответствии с которой право каждого\r\nфизического и юридического лица на уважение принадлежащей ему\r\nсобственности и ее защиту (и вытекающая из этого свобода\r\nпользования имуществом) не ущемляет право государства обеспечивать\r\nвыполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для\r\nосуществления контроля за использованием собственности в\r\nсоответствии с общими интересами (статья 1 Протокола N 1 в редакции\r\nПротокола N 11).\r\n Конституционные принципы свободы экономической деятельности и\r\nсвободного перемещения товаров, услуг и финансовых средств\r\nпредполагают наличие надлежащих гарантий стабильности,\r\nпредсказуемости и надежности гражданского оборота, которые не\r\nпротиворечили бы индивидуальным, коллективным и публичным правам и\r\nзаконным интересам его участников. Поэтому, осуществляя в\r\nсоответствии со статьями 71 (пункты \"в\" и \"о\") и 76 Конституции\r\nРоссийской Федерации регулирование оснований возникновения и\r\nпрекращения права собственности и других вещных прав, договорных и\r\nиных обязательств, оснований и последствий недействительности\r\nсделок, федеральный законодатель должен предусматривать такие\r\nспособы и механизмы реализации имущественных прав, которые\r\nобеспечивали бы защиту не только собственникам, но и добросовестным\r\nприобретателям как участникам гражданского оборота.\r\n В противном случае для широкого круга добросовестных\r\nприобретателей, проявляющих при заключении сделки добрую волю,\r\nразумную осмотрительность и осторожность, будет существовать риск\r\nнеправомерной утраты имущества, которое может быть истребовано у\r\nних в порядке реституции. Подобная незащищенность вступает в\r\nпротиворечие с конституционными принципами свободы экономической\r\nдеятельности и свободы договоров, дестабилизирует гражданский\r\nоборот, подрывает доверие его участников друг к другу, что\r\nнесовместимо с основами конституционного строя Российской Федерации\r\nкак правового государства, в котором человек, его права и свободы\r\nявляются высшей ценностью, а их признание, соблюдение и защита -\r\nобязанность государства.\r\n 3. Гражданский кодекс Российской Федерации - в соответствии с\r\nвытекающими из Конституции Российской Федерации основными началами\r\nгражданского законодательства (пункт 1 статьи 1 ГК Российской\r\nФедерации) - не ограничивает гражданина в выборе способа защиты\r\nнарушенного права и не ставит использование общих\r\nгражданско-правовых способов защиты в зависимость от наличия\r\nспециальных, вещно-правовых, способов; граждане и юридические лица\r\nв силу статьи 9 ГК Российской Федерации вправе осуществить этот\r\nвыбор по своему усмотрению.\r\n Согласно Гражданскому кодексу Российской Федерации лицо,\r\nполагающее, что его вещные права нарушены, имеет возможность\r\nобратиться в суд как с иском о признании соответствующей сделки\r\nнедействительной (статьи 166-181), так и с иском об истребовании\r\nимущества из чужого незаконного владения (статьи 301-302). Между\r\nтем, как следует из материалов настоящего дела, нормы, закрепляющие\r\nуказанные способы защиты нарушенных прав, в том числе статьи 167 и\r\n302 ГК Российской Федерации, истолковываются и применяются судами\r\nобщей юрисдикции неоднозначно, противоречиво, что приводит к\r\nколлизии конституционных прав, которые реализуются на их основе\r\nсобственником и добросовестным приобретателем.\r\n Из статьи 120 (часть 2) Конституции Российской Федерации во\r\nвзаимосвязи с ее статьями 76 (части 3, 5 и 6), 118, 125, 126 и 127\r\nследует, что суды общей юрисдикции и арбитражные суды\r\nсамостоятельно решают, какие нормы подлежат применению в конкретном\r\nделе. Вместе с тем в судебной практике должно обеспечиваться\r\nконституционное истолкование подлежащих применению нормативных\r\nположений. Поэтому в тех случаях, когда неоднозначность и\r\nпротиворечивость в истолковании и применении правовых норм приводит\r\nк коллизии реализуемых на их основе конституционных прав, вопрос об\r\nустранении такого противоречия приобретает конституционный аспект\r\nи, следовательно, относится к компетенции Конституционного Суда\r\nРоссийской Федерации, который, оценивая как буквальный смысл\r\nрассматриваемого нормативного акта, так и смысл, придаваемый ему\r\nсложившейся правоприменительной практикой, а также исходя из его\r\nместа в системе правовых актов (часть вторая статьи 74 Федерального\r\nконституционного закона \"О Конституционном Суде Российской\r\nФедерации\"), обеспечивает в этих случаях выявление конституционного\r\nсмысла действующего права.\r\n 3.1. Гражданским кодексом Российской Федерации предусмотрено,\r\nчто собственник вправе истребовать свое имущество из чужого\r\nнезаконного владения (статья 301). Согласно пункту 1 его статьи 302\r\nесли имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права\r\nего отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать\r\n(добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать\r\nэто имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно\r\nсобственником или лицом, которому имущество было передано\r\nсобственником во владение, либо похищено у того или другого, либо\r\nвыбыло из их владения иным путем помимо их воли.\r\n По смыслу данных законоположений, суд должен установить, что\r\nимущество выбыло из владения собственника или из владения лица,\r\nкоторому оно было передано собственником во владение, в силу\r\nуказанных обстоятельств, а также что приобретатель приобрел\r\nимущество возмездно и что он не знал и не мог знать о том, что\r\nимущество приобретено у лица, не имевшего права на его отчуждение;\r\nпри этом приобретатель не может быть признан добросовестным, если к\r\nмоменту совершения возмездной сделки в отношении спорного имущества\r\nимелись притязания третьих лиц, о которых ему было известно, и если\r\nтакие притязания впоследствии признаны в установленном порядке\r\nправомерными.\r\n Когда по возмездному договору имущество приобретено у лица,\r\nкоторое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться\r\nв суд в порядке статьи 302 ГК Российской Федерации с иском об\r\nистребовании имущества из незаконного владения лица, приобретшего\r\nэто имущество (виндикационный иск). Если же в такой ситуации\r\nсобственником заявлен иск о признании сделки купли-продажи\r\nнедействительной и о применении последствий ее недействительности в\r\nформе возврата переданного покупателю имущества, и при разрешении\r\nданного спора судом будет установлено, что покупатель является\r\nдобросовестным приобретателем, в удовлетворении исковых требований\r\nв порядке статьи 167 ГК Российской Федерации должно быть отказано.\r\n В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК Российской Федерации\r\nсделка недействительна по основаниям, установленным данным\r\nКодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо\r\nнезависимо от такого признания (ничтожная сделка); согласно статье\r\n167 ГК Российской Федерации она считается недействительной с\r\nмомента совершения и не порождает тех юридических последствий, ради\r\nкоторых заключалась, в том числе перехода титула собственника к\r\nприобретателю; при этом, по общему правилу, применение последствий\r\nнедействительности сделки в форме двусторонней реституции не\r\nставится в зависимость от добросовестности сторон.\r\n Вместе с тем из статьи 168 ГК Российской Федерации, согласно\r\nкоторой сделка, не соответствующая требованиям закона, ничтожна,\r\nесли закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не\r\nпредусматривает иных последствий нарушения, следует, что на сделку,\r\nсовершенную с нарушением закона, не распространяются общие\r\nположения о последствиях недействительности сделки, если сам закон\r\nпредусматривает \"иные последствия\" такого нарушения.\r\n Поскольку добросовестное приобретение в смысле статьи 302 ГК\r\nРоссийской Федерации возможно только тогда, когда имущество\r\nприобретается не непосредственно у собственника, а у лица, которое\r\nне имело права отчуждать это имущество, последствием сделки,\r\nсовершенной с таким нарушением, является не двусторонняя\r\nреституция, а возврат имущества из незаконного владения\r\n(виндикация).\r\n Следовательно, права лица, считающего себя собственником\r\nимущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к\r\nдобросовестному приобретателю с использованием правового механизма,\r\nустановленного пунктами 1 и 2 статьи 167 ГК Российской Федерации.\r\nТакая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного\r\nиска, если для этого имеются те предусмотренные статьей 302 ГК\r\nРоссийской Федерации основания, которые дают право истребовать\r\nимущество и у добросовестного приобретателя (безвозмездность\r\nприобретения имущества добросовестным приобретателем, выбытие\r\nимущества из владения собственника помимо его воли и др.).\r\n Иное истолкование положений пунктов 1 и 2 статьи 167 ГК\r\nРоссийской Федерации означало бы, что собственник имеет возможность\r\nприбегнуть к такому способу защиты, как признание всех совершенных\r\nсделок по отчуждению его имущества недействительными, т. е.\r\nтребовать возврата полученного в натуре не только когда речь идет\r\nоб одной (первой) сделке, совершенной с нарушением закона, но и\r\nкогда спорное имущество было приобретено добросовестным\r\nприобретателем на основании последующих (второй, третьей, четвертой\r\nи т. д.) сделок. Тем самым нарушались бы вытекающие из Конституции\r\nРоссийской Федерации установленные законодателем гарантии защиты\r\nправ и законных интересов добросовестного приобретателя.\r\n 3.2. Таким образом, содержащиеся в пунктах 1 и 2 статьи 167 ГК\r\nРоссийской Федерации общие положения о последствиях\r\nнедействительности сделки в части, касающейся обязанности каждой из\r\nсторон возвратить другой все полученное по сделке, - по их\r\nконституционно-правовому смыслу в нормативном единстве со статьями\r\n166 и 302 ГК Российской Федерации - не могут распространяться на\r\nдобросовестного приобретателя, если это непосредственно не\r\nоговорено законом, а потому не противоречат Конституции Российской\r\nФедерации.\r\n Названное правовое регулирование отвечает целям обеспечения\r\nстабильности гражданского оборота, прав и законных интересов всех\r\nего участников, а также защиты нравственных устоев общества, а\r\nпотому не может рассматриваться как чрезмерное ограничение права\r\nсобственника имущества, полученного добросовестным приобретателем,\r\nпоскольку собственник обладает правом на его виндикацию у\r\nдобросовестного приобретателя по основаниям, предусмотренным\r\nпунктами 1 и 2 статьи 302 ГК Российской Федерации. Кроме того,\r\nсобственник, утративший имущество, обладает иными предусмотренными\r\nгражданским законодательством средствами защиты своих прав.\r\n 4. В компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации,\r\nкоторый, по смыслу статьи 125 Конституции Российской Федерации, не\r\nвправе подменять правоприменителя, не входит проверка законности и\r\nобоснованности правоприменительных решений. Вместе с тем, как\r\nследует из статьи 125 (части 4 и 6) Конституции Российской\r\nФедерации и конкретизирующих ее статьи 6, части второй статьи 36,\r\nчасти второй статьи 74, пункта 9 части первой статьи 75, статей 79,\r\n80, 81, 86, 96, 97, 99 и 100 Федерального конституционного закона\r\n\"О Конституционном Суде Российской Федерации\", данная\r\nКонституционным Судом Российской Федерации оценка проверяемой\r\nправовой нормы как не соответствующей или, напротив, как\r\nсоответствующей Конституции Российской Федерации, а также\r\nвыявленный им конституционно-правовой смысл правовой нормы являются\r\nобязательными как для законодателя, так и для правоприменителя и не\r\nмогут быть отвергнуты или преодолены в законодательной и\r\nправоприменительной практике.\r\n Следовательно, суды при разрешении конкретных дел не вправе\r\nпридавать рассматриваемым положениям пунктов 1 и 2 статьи 167 ГК\r\nРоссийской Федерации какое-либо иное значение, расходящееся с их\r\nконституционно-правовым смыслом, выявленным Конституционным Судом\r\nРоссийской Федерации в настоящем Постановлении.\r\n Исходя из изложенного и руководствуясь частями первой и второй\r\nстатьи 71, статьями 72, 75, 79 и 100 Федерального конституционного\r\nзакона \"О Конституционном Суде Российской Федерации\",\r\nКонституционный Суд Российской Федерации\r\n\r\n п о с т а н о в и л:\r\n\r\n 1. Признать не противоречащими Конституции Российской\r\nФедерации содержащиеся в пунктах 1 и 2 статьи 167 ГК Российской\r\nФедерации общие положения о последствиях недействительности сделки\r\nв части, касающейся обязанности каждой из сторон возвратить другой\r\nвсе полученное по сделке, поскольку данные положения - по их\r\nконституционно-правовому смыслу в нормативном единстве со статьей\r\n302 ГК Российской Федерации - не могут распространяться на\r\nдобросовестного приобретателя, если это непосредственно не\r\nоговорено законом.\r\n 2. Конституционно-правовой смысл положений пунктов 1 и 2\r\nстатьи 167 ГК Российской Федерации, выявленный Конституционным\r\nСудом Российской Федерации в настоящем Постановлении, является\r\nобщеобязательным и исключает любое иное их истолкование в\r\nправоприменительной практике.\r\n 3. Правоприменительные решения по делам граждан\r\nО.М.Мариничевой, А.В.Немировской, З.А.Скляновой, Р.М.Скляновой и\r\nВ.М.Ширяева, основанные на истолковании положений пунктов 1 и 2\r\nстатьи 167 ГК Российской Федерации, расходящемся с их\r\nконституционно-правовым смыслом, выявленным в настоящем\r\nПостановлении, подлежат пересмотру в установленном порядке, если\r\nдля этого нет других препятствий.\r\n 4. Настоящее Постановление окончательно, не подлежит\r\nобжалованию, вступает в силу немедленно после провозглашения,\r\nдействует непосредственно и не требует подтверждения другими\r\nорганами и должностными лицами.\r\n 5. Согласно статье 78 Федерального конституционного закона\r\n\"О Конституционном Суде Российской Федерации\" настоящее\r\nПостановление подлежит незамедлительному опубликованию в\r\n\"Российской газете\" и \"Собрании законодательства Российской\r\nФедерации\". Постановление должно быть опубликовано также в\r\n\"Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации\".\r\n\r\n\r\n Конституционный Суд\r\n Российской Федерации\r\n\r\n N 6-П\r\n
", "tounitid": null, "docid": "1000000000102081190" }