\r\n\r\n\r\n\r\n О П Р Е Д Е Л Е Н И Е\r\n\r\n КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ\r\n\r\n\r\n об отказе в принятии к рассмотрению жалоб закрытого\r\n акционерного общества \"Викон\" и гражданки Лоховой Алевтины\r\n Павловны на нарушение конституционных прав и свобод пунктом 1\r\n статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации\r\n\r\n город Санкт-Петербург 8 апреля 2010 года\r\n\r\n Конституционный Суд Российской Федерации в составе\r\nПредседателя В.Д.Зорькина, судей К.В.Арановского, Н.С.Бондаря,\r\nЮ.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина, С.М.Казанцева,\r\nМ.И.Клеандрова, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой,\r\nС.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, Н.В.Селезнева,\r\nВ.Г.Ярославцева,\r\n заслушав в пленарном заседании заключение судьи Н.С.Бондаря,\r\nпроводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного\r\nзакона \"О Конституционном Суде Российской Федерации\"\r\nпредварительное изучение жалоб ЗАО \"Викон\" и гражданки А.П.Лоховой,\r\n\r\n у с т а н о в и л:\r\n\r\n 1. В своих жалобах в Конституционный Суд Российской Федерации\r\nЗАО \"Викон\" и гражданка А.П.Лохова оспаривают конституционность\r\nпункта 1 статьи 181 ГК Российской Федерации, согласно которому срок\r\nисковой давности по требованию о применении последствий\r\nнедействительности ничтожной сделки составляет три года; течение\r\nсрока исковой давности по указанному требованию начинается со дня,\r\nкогда началось исполнение этой сделки.\r\n Как следует из приложенных к жалобе ЗАО \"Викон\" материалов,\r\nрешением Арбитражного суда Новосибирской области от 10 ноября 2006\r\nгода, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, было\r\nотказано в удовлетворении иска прокурора Новосибирской области,\r\nзаявленного в интересах указанной организации, о признании\r\nнедействительным договора купли-продажи земельного участка,\r\nзаключенного между специализированным государственным учреждением\r\nпри Правительстве Российской Федерации \"Российский фонд\r\nфедерального имущества\" и ОАО \"Новосибирский оловянный комбинат\".\r\nОдним из оснований для отказа послужил пропуск истцом трехлетнего\r\nсрока исковой давности, установленного пунктом 1 статьи 181 ГК\r\nРоссийской Федерации. В дальнейшем это судебное решение\r\nнеоднократно пересматривалось, так как различные судебные инстанции\r\nпо-разному определяли момент, с которого следует отсчитывать начало\r\nтечения срока исковой давности, и, соответственно, по-разному\r\nподходили к решению вопроса о том, был ли пропущен истцом срок\r\nдавности в данном деле. Окончательно дело было разрешено\r\nпостановлением Федерального арбитражного суда Северо-Западного\r\nокруга от 1 июля 2008 года, которым было оставлено в силе решение\r\nсуда первой инстанции; Высший Арбитражный Суд определением от\r\n15 декабря 2008 года отказал в передаче дела в Президиум\r\nВысшего Арбитражного Суда Российской Федерации, согласившись тем\r\nсамым с изложенными в нем доводами относительно порядка исчисления\r\nсрока исковой давности.\r\n Что касается А.П.Лоховой, то предпосылкой для ее обращения в\r\nКонституционный Суд Российской Федерации послужило решение\r\nЗаволжского районного суда города Ярославля от 29 мая 2009 года,\r\nоставленное без изменения судом кассационной инстанции, которым ей\r\nбыло отказано в иске к концерну \"Икар\" и гражданину В.Н.Седьмову о\r\nпризнании недействительными договора дарения квартиры, заключенного\r\nмежду гражданином Б.А.Лоховым и концерном \"Икар\", и договора\r\nпожизненного содержания с иждивением, заключенного между\r\nБ.А.Лоховым и В.Н.Седьмовым, а также о признании права\r\nдолевой собственности на указанную квартиру. Отказывая в\r\nудовлетворении исковых требований, суд, руководствуясь в том числе\r\nпунктом 1 статьи 181 ГК Российской Федерации, указал, что истицей\r\nпропущен срок исковой давности по требованиям о применении\r\nпоследствий недействительности ничтожных сделок. При этом судом\r\nбыли отвергнуты доводы представителя А.П.Лоховой о том, что данная\r\nнорма Гражданского кодекса Российской Федерации применима только к\r\nучастникам сделки, а для третьих лиц данный срок должен исчисляться\r\nс момента, когда им стало известно о совершении сделки: по мнению\r\nсуда, эта норма не устанавливает никаких исключений для третьих лиц\r\nи субъективный фактор - знание (незнание) о начале исполнения -\r\nправового значения для определения момента начала течения срока\r\nисковой давности не имеет.\r\n По мнению заявителей, оспариваемые законоположения, как\r\nустанавливающие одинаковый порядок исчисления срока исковой\r\nдавности и для сторон по сделке, и для третьих лиц, произвольно\r\nуравнивают названных субъектов, объективно находящихся в различных\r\nусловиях: третьи лица в отличие от участников сделки не знают и не\r\nмогут знать о начале ее исполнения. Заявители полагают, что\r\nправовое регулирование, содержащееся в пункте 1 статьи 181 ГК\r\nРоссийской Федерации, приводит к тому, что они как третьи лица\r\nфактически оказываются в худшем правовом положении, чем стороны по\r\nсделке, и не обладают всем объемом эффективных средств защиты своих\r\nгражданских прав посредством правосудия, а потому оспариваемые\r\nзаконоположения противоречат статьям 8 (часть 1), 17, 19 (части 1\r\nи 2), 34 (часть 1), 45 (часть 2), 46 (часть 1) и 55 (часть 3)\r\nКонституции Российской Федерации.\r\n 2. Закрепленное Конституцией Российской Федерации, ее статьей\r\n46 (части 1 и 2), право на судебную защиту относится к основным\r\nнеотчуждаемым правам и одновременно выступает гарантией всех других\r\nправ и свобод.\r\n Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно\r\nобращался к вопросу о сроках реализации данного права. Основываясь\r\nна правовых позициях, сформулированных им в постановлениях от\r\n16 июня 1998 года N 19-П и от 20 июля 1999 года N 12-П,\r\nКонституционный Суд Российской Федерации в своих решениях указывал,\r\nчто регулирование сроков для обращения в суд, включая их изменение\r\nи отмену, относится к компетенции законодателя и что установление\r\nэтих сроков обусловлено необходимостью обеспечить стабильность\r\nгражданского оборота и не может рассматриваться как нарушение права\r\nна судебную защиту (определения от 14 декабря 1999 года N 220-О, от\r\n3 октября 2006 года N 439-О, от 15 июля 2008 года N 563-О-О, от\r\n24 июня 2008 года N 364-О-О, от 5 марта 2009 года N 253-О-О, от\r\n19 мая 2009 года N 596-О-О).\r\n Данный вывод Конституционного Суда Российской Федерации в\r\nполной мере распространяется и на гражданско-правовой институт\r\nисковой давности. Это означает, что законодатель в пределах своих\r\nдискреционных полномочий вправе не только устанавливать, изменять и\r\nотменять сроки исковой давности в зависимости от целей правового\r\nрегулирования и производить их дифференциацию при наличии к тому\r\nобъективных и разумных оснований, но и определять порядок их\r\nтечения во времени, момент начала и окончания, с тем чтобы\r\nобеспечить реальную возможность исковой защиты права, стабильность,\r\nопределенность и предсказуемость правового статуса субъектов\r\nгражданских правоотношений.\r\n 2.1. Согласно Гражданскому кодексу Российской Федерации\r\nисковая давность устанавливает временные границы для судебной\r\nзащиты нарушенного права лица по его иску и составляет три года\r\n(статьи 195 и 196); течение срока исковой давности начинается со\r\nдня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего\r\nправа; изъятия из этого правила устанавливаются данным Кодексом и\r\nиными законами (пункт 1 статьи 200).\r\n В порядке исключения из общего правила применительно к\r\nтребованиям, связанным с недействительностью ничтожных сделок,\r\nзаконодателем в пункте 1 статьи 181 ГК Российской Федерации\r\nпредусмотрена специальная норма, в соответствии с которой течение\r\nуказанного срока по данным требованиям определяется не субъективным\r\nфактором - осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его\r\nправ, - а объективными обстоятельствами, характеризующими начало\r\nисполнения сделки. Такое правовое регулирование обусловлено\r\nхарактером соответствующих сделок как ничтожных, которые\r\nнедействительны с момента совершения независимо от признания их\r\nтаковыми судом (пункт 1 статьи 166 ГК Российской Федерации), а\r\nзначит, не имеют юридической силы, не создают каких-либо прав и\r\nобязанностей как для сторон по сделке, так и для третьих лиц.\r\n Следовательно, поскольку право на предъявление иска в данном\r\nслучае связано с наступлением последствий исполнения ничтожной\r\nсделки и имеет своей целью их устранение, именно момент начала\r\nисполнения такой сделки, когда возникает производный от нее тот или\r\nиной неправовой результат, в действующем гражданском\r\nзаконодательстве избран в качестве определяющего для исчисления\r\nдавностного срока. Выяснение же в каждом конкретном случае, с\r\nкакого момента ничтожная сделка начала исполняться, относится к\r\nполномочиям соответствующих судов.\r\n 2.2. Как вытекает из содержания оспариваемых законоположений,\r\nустановленный ими порядок исчисления сроков исковой давности\r\nявляется универсальным и для сторон по сделке, и для третьих лиц,\r\nчто согласуется с относящимся к основным началам гражданского\r\nзаконодательства принципом признания равенства участников\r\nрегулируемых им отношений (пункт 1 статьи 1 ГК Российской\r\nФедерации). При этом к сроку исковой давности по ничтожным сделкам\r\nприменяются общие правила об исковой давности, а именно положения\r\nстатей 195, 198-207 ГК Российской Федерации, в том числе о\r\nвозможности приостановления срока давности (статья 202), перерыве\r\nего течения (статья 203) и о восстановлении давности (статья 205).\r\nСоответственно, в установленный законодателем трехлетний период\r\nзаинтересованные лица не лишены возможности осуществить защиту\r\nнарушенного права, а также воспользоваться иными законными\r\nвозможностями, гарантирующими реальность такой защиты.\r\n Исчисление же срока исковой давности по требованиям третьих\r\nлиц, связанным с недействительностью ничтожных сделок, с момента,\r\nкогда они узнали или должны были узнать о нарушении своего права,\r\nна чем фактически настаивают заявители, как и иные возможные\r\nизменения сроков исковой давности и порядка их исчисления,\r\nсопряжено с внесением изменений в правовое регулирование, что не\r\nвходит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации,\r\nкак она определена статьей 125 Конституции Российской Федерации и\r\nстатьей 3 Федерального конституционного закона \"О Конституционном\r\nСуде Российской Федерации\"; это относится к прерогативам\r\nфедерального законодателя, который реализует их в том числе с\r\nучетом конкретных условий социально-экономического развития\r\nРоссийской Федерации и потребностей гражданского оборота.\r\n 3. Таким образом, поскольку положения пункта 1 статьи 181 ГК\r\nРоссийской Федерации не содержат неопределенности относительно\r\nпорядка исчисления срока исковой давности по требованиям третьих\r\nлиц, связанным с недействительностью ничтожных сделок, и сами по\r\nсебе не нарушают конституционные права заявителей в их конкретных\r\nделах, данные жалобы, как не отвечающие требованиям допустимости\r\nобращений в Конституционный Суд Российской Федерации, установленным\r\nстатьями 96 и 97 Федерального конституционного закона\r\n\"О Конституционном Суде Российской Федерации\", не могут быть\r\nприняты Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.\r\n Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой\r\nстатьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного\r\nзакона \"О Конституционном Суде Российской Федерации\",\r\nКонституционный Суд Российской Федерации\r\n\r\n о п р е д е л и л:\r\n\r\n 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалоб закрытого\r\nакционерного общества \"Викон\" и гражданки Лоховой Алевтины\r\nПавловны, поскольку они не отвечают требованиям Федерального\r\nконституционного закона \"О Конституционном Суде Российской\r\nФедерации\", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд\r\nРоссийской Федерации признается допустимой.\r\n 2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по\r\nданным жалобам окончательно и обжалованию не подлежит.\r\n 3. Настоящее Определение подлежит опубликованию в \"Вестнике\r\nКонституционного Суда Российской Федерации\".\r\n\r\n\r\n Председатель\r\n Конституционного Суда\r\n Российской Федерации В.Д.Зорькин\r\n\r\n N 456-О-О\r\n
", "baseid": "c000000000", "tounitid": null, "toparaid": "", "docid": "1000000000102138520" }