\r\n\r\n\r\n\r\n О П Р Е Д Е Л Е Н И Е\r\n\r\n КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ\r\n\r\n\r\n по жалобам граждан Л.Д.Вальдмана, С.М.Григорьева и\r\n региональной общественной организации\r\n \"Объединение вкладчиков \"МММ\" на нарушение конституционных прав\r\n и свобод рядом положений Уголовно-процессуального кодекса\r\n Российской Федерации, Арбитражного процессуального кодекса\r\n Российской Федерации и Федерального закона\r\n \"Об адвокатской деятельности\r\n и адвокатуре в Российской Федерации\"\r\n\r\n город Москва 5 декабря 2003 года\r\n\r\n Конституционный Суд Российской Федерации в составе\r\nПредседателя В.Д.Зорькина, судей М.В.Баглая, Н.С.Бондаря,\r\nГ.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина,\r\nС.М.Казанцева, Л.О.Красавчиковой, А.Л.Кононова, В.О.Лучина,\r\nЮ.Д.Рудкина, А.Я.Сливы, В.Г.Стрекозова, Б.С.Эбзеева,\r\nВ.Г.Ярославцева,\r\n заслушав в пленарном заседании заключение судьи\r\nВ.Г.Ярославцева, проводившего на основании статьи 41 Федерального\r\nконституционного закона \"О Конституционном Суде Российской\r\nФедерации\" предварительное изучение жалоб граждан Л.Д.Вальдмана,\r\nС.М.Григорьева и региональной общественной организации \"Объединение\r\nвкладчиков \"МММ\",\r\n\r\n у с т а н о в и л:\r\n\r\n 1. Гражданину С.М.Григорьеву - законному представителю\r\nпотерпевшей Н.С.Григорьевой постановлением ОГИБДД города Москвы\r\nбыло отказано в возбуждении уголовного дела. Хорошевский районный\r\nсуд города Москвы, куда С.М.Григорьев обратился с жалобой на это\r\nпостановление в порядке статьи 125 УПК Российской Федерации,\r\nотказал в удовлетворении его ходатайства о допуске гражданина\r\nА.В.Строкатова (имеющего высшее юридическое образование и ученую\r\nстепень кандидата юридических наук, но не являющегося адвокатом) к\r\nучастию в судебном заседании в качестве представителя потерпевшего.\r\nПри этом суд сослался на то, что в соответствии с частью первой\r\nстатьи 45 УПК Российской Федерации представителем потерпевшего\r\nможет быть только адвокат.\r\n Постановлением Кировского районного суда города\r\nРостова-на-Дону на основании части первой статьи 45 УПК Российской\r\nФедерации представителю гражданина Л.Д.Вальдмана -\r\nВ.И.Толоконниковой было отказано в принятии к рассмотрению жалобы\r\nна решение следственного отдела при Кировском ОВД города\r\nРостова-на-Дону, которым ей было отказано в ознакомлении с\r\nматериалами уголовного дела со ссылкой на то, что в соответствии со\r\nстатьей 22 УПК Российской Федерации потерпевший и его представитель\r\nвправе участвовать в уголовном преследовании обвиняемого только\r\nпосле официального вынесения постановления о возбуждении уголовного\r\nдела и признании лица потерпевшим.\r\n Постановлением следователя от 16 мая 1997 года председатель\r\nправления региональной общественной организации \"Объединение\r\nвкладчиков \"МММ\" был признан законным представителем членов данной\r\nорганизации как гражданских истцов по уголовному делу, однако\r\n7 июля 2003 года он был уведомлен о том, что в связи со вступлением\r\nв силу Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации он\r\nутратил статус законного представителя гражданского истца,\r\nпоскольку не отвечает требованиям части первой его статьи 45, в\r\nсоответствии с которой представителем потерпевших и гражданских\r\nистцов может быть исключительно адвокат.\r\n В своих жалобах в Конституционный Суд Российской Федерации\r\nграждане С.М.Григорьев и Л.Д.Вальдман и региональная общественная\r\nорганизация \"Объединение вкладчиков \"МММ\" утверждают, что часть\r\nпервая статьи 45 УПК Российской Федерации, устанавливающая правила\r\nдопуска представителей в уголовном судопроизводстве и определяющая\r\nкруг лиц, которые могут быть допущены в качестве представителей\r\nпотерпевшего, гражданского истца и частного обвинителя,\r\nпротиворечит статьям 8, 15 (части 1 и 4), 17 (часть 1), 18, 19\r\n(части 1 и 2), 24 (часть 2), 30 (часть 2), 34 (часть 1), 37 (часть\r\n1), 45, 46 (части 1 и 2), 48 (часть 1) и 55 Конституции Российской\r\nФедерации.\r\n 2. В соответствии со статьями 96 и 97 Федерального\r\nконституционного закона \"О Конституционном Суде Российской\r\nФедерации\" гражданин или объединение граждан вправе обратиться в\r\nКонституционный Суд Российской Федерации с жалобой на нарушение\r\nконституционных прав и свобод и такая жалоба признается допустимой,\r\nесли законом, примененным или подлежащим применению в деле\r\nзаявителя, затрагиваются его конституционные права и свободы.\r\n С.М.Григорьев в своей жалобе оспаривает также\r\nконституционность части второй статьи 49 УПК Российской Федерации,\r\nчастей 3 и 5 статьи 59 АПК Российской Федерации, пункта 1 статьи 1,\r\nпункта 4 статьи 2, статьи 5, пунктов 1 и 2 статьи 17 Федерального\r\nзакона \"Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской\r\nФедерации\". Эти нормы в отношении заявителя не применялись, а\r\nоспариваемая им статья 125 УПК Российской Федерации,\r\nрегламентирующая судебный порядок рассмотрения жалоб, не может\r\nрассматриваться как нарушающая какие-либо права заявителя.\r\nСледовательно, в указанной части данная жалоба не может быть\r\nпринята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.\r\n Гражданин Л.Д.Вальдман помимо части первой статьи 45 УПК\r\nРоссийской Федерации оспаривает конституционность статьи 22 УПК\r\nРоссийской Федерации, которая устанавливает, что потерпевший и его\r\nпредставитель вправе участвовать в уголовном преследовании\r\nобвиняемого и которая, по сути, представляет собой гарантию\r\nосуществления потерпевшим конституционного права на защиту,\r\nзакрепленного статьей 52 Конституции Российской Федерации, а потому\r\nего права не нарушает. Следовательно, данная жалоба в указанной\r\nчасти также не может быть принята Конституционным Судом Российской\r\nФедерации к рассмотрению.\r\n 3. В соответствии со статьей 48 Конституции Российской\r\nФедерации каждому гарантируется право на получение\r\nквалифицированной юридической помощи (часть 1); каждый задержанный,\r\nзаключенный под стражу, обвиняемый в совершении преступления имеет\r\nправо пользоваться помощью адвоката (защитника) (часть 2).\r\n Из приведенных конституционных норм в их взаимосвязи вытекает,\r\nв частности, что применительно к подозреваемым и обвиняемым\r\nКонституция Российской Федерации связывает реализацию права на\r\nполучение квалифицированной юридической помощи именно с помощью\r\nадвоката. Данный подход нашел свое закрепление в статье 49 УПК\r\nРоссийской Федерации, устанавливающей, что в качестве защитников -\r\nлиц, осуществляющих защиту прав и интересов подозреваемых и\r\nобвиняемых и оказывающих им юридическую помощь при производстве по\r\nуголовному делу, допускаются адвокаты. Вместе с тем поскольку\r\nстатья 48 (часть 1) Конституции Российской Федерации не уточняет,\r\nкем именно должна быть обеспечена квалифицированная юридическая\r\nпомощь нуждающемуся в ней гражданину, конституционную обязанность\r\nгосударства обеспечить каждому желающему достаточно высокий уровень\r\nлюбого из видов предоставляемой юридической помощи нельзя\r\nтрактовать как обязанность пользоваться помощью только адвоката.\r\nСоответственно, право потерпевшего на получение юридической помощи\r\nне может влечь за собой возникновение у него обязанности обращаться\r\nза юридическими услугами только к членам адвокатского сообщества.\r\n Часть первая статьи 45 УПК Российской Федерации, согласно\r\nкоторой представителями потерпевшего, гражданского истца и частного\r\nобвинителя могут быть адвокаты, а представителями гражданского\r\nистца, являющегося юридическим лицом, - также иные лица,\r\nправомочные в соответствии с Гражданским кодексом Российской\r\nФедерации представлять его интересы; по постановлению мирового\r\nсудьи в качестве представителя потерпевшего или гражданского истца\r\nмогут быть также допущены один из близких родственников\r\nпотерпевшего или гражданского истца либо иное лицо, о допуске\r\nкоторого ходатайствует потерпевший или гражданский истец, также не\r\nсодержит императивного предписания о том, что представителями\r\nназванных участников уголовного судопроизводства должны выступать\r\nтолько адвокаты, - словосочетание \"представителями могут быть\r\nадвокаты\" имеет в виду, по сути, альтернативу выбора представителя.\r\n Данная норма не может быть истолкована таким образом, чтобы\r\nисключалось участие лица, не являющегося адвокатом, в уголовном\r\nпроцессе в качестве представителя потерпевшего (гражданского истца,\r\nчастного обвинителя). Лишение этих лиц права обратиться за\r\nюридической помощью к тому, кто, по их мнению, вполне способен\r\nоказать квалифицированную юридическую помощь, фактически приводило\r\nбы к ограничению свободы выбора, к понуждению использовать вопреки\r\nсобственной воле только один, определенный способ защиты своих\r\nинтересов и противоречило бы статье 52 Конституции Российской\r\nФедерации, согласно которой права потерпевших от преступлений\r\nподлежат охране законом, а государство обеспечивает им доступ к\r\nправосудию и компенсацию причиненного ущерба.\r\n Необходимость гарантировать защиту прав потерпевших от\r\nпреступлений, в том числе путем обеспечения им адекватных\r\nвозможностей отстаивать свои интересы в суде, вытекает и из статьи\r\n21 (часть 1) Конституции Российской Федерации, согласно которой\r\nдостоинство личности охраняется государством и ничто не может быть\r\nоснованием для его умаления. Применительно к личности потерпевшего\r\nэто конституционное предписание предполагает обязанность\r\nгосударства не только предотвращать и пресекать в установленном\r\nзаконом порядке какие бы то ни было посягательства, способные\r\nпричинить вред, но и обеспечивать пострадавшему от преступления\r\nвозможность отстаивать свои права и законные интересы любым не\r\nзапрещенным законом способом (Постановление Конституционного Суда\r\nРоссийской Федерации от 24 апреля 2003 года по делу о проверке\r\nконституционности положения пункта 8 постановления Государственной\r\nДумы от 26 мая 2000 года \"Об объявлении амнистии в связи с\r\n55-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов\").\r\n Кроме того, обвиняемый, не имеющий возможности, в частности\r\nматериальной, пригласить адвоката по своему выбору, вправе\r\nходатайствовать о предоставлении ему защитника по назначению\r\n(статья 16 УПК Российской Федерации). Потерпевшего же, как и\r\nгражданского истца, уголовно-процессуальный закон таким правом не\r\nнаделяет. В случае отказа в допуске того или иного лица - по их\r\nвыбору - в качестве защитника они вообще лишаются возможности\r\nреализовать в уголовном процессе свое право, гарантированное\r\nстатьей 48 (часть 1) Конституции Российской Федерации.\r\n Таким образом, часть первая статьи 45 УПК Российской Федерации\r\nне исключает, что представителем потерпевшего и гражданского истца\r\nмогут быть иные - помимо адвокатов - лица, в том числе близкие\r\nродственники, о допуске которых ходатайствует потерпевший или\r\nгражданский истец.\r\n Исходя из изложенного и руководствуясь статьей 6, пунктом 2\r\nчасти первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального\r\nконституционного закона \"О Конституционном Суде Российской\r\nФедерации\", Конституционный Суд Российской Федерации\r\n\r\n о п р е д е л и л:\r\n\r\n 1. Часть первая статьи 45 УПК Российской Федерации по ее\r\nконституционно-правовому смыслу не исключает, что представителем\r\nпотерпевшего и гражданского истца в уголовном процессе могут быть\r\nиные - помимо адвокатов - лица, в том числе близкие родственники, о\r\nдопуске которых ходатайствует потерпевший или гражданский истец.\r\n Конституционно-правовой смысл части первой статьи 45 УПК\r\nРоссийской Федерации, выявленный Конституционным Судом Российской\r\nФедерации в настоящем Определении, является общеобязательным, что\r\nисключает любое иное ее истолкование в правоприменительной\r\nпрактике.\r\n 2. Отказать в принятии к рассмотрению жалоб граждан\r\nС.М.Григорьева и Л.Д.Вальдмана в части, касающейся проверки\r\nконституционности статьи 22, части второй статьи 49 и статьи 125\r\nУПК Российской Федерации, частей 3 и 5 статьи 59 АПК Российской\r\nФедерации, пункта 1 статьи 1, пункта 4 статьи 2, статьи 5, пунктов\r\n1 и 2 статьи 17 Федерального закона \"Об адвокатской деятельности и\r\nадвокатуре в Российской Федерации\", поскольку в этой части они не\r\nотвечают требованиям Федерального конституционного закона\r\n\"О Конституционном Суде Российской Федерации\", в соответствии с\r\nкоторыми жалоба признается допустимой.\r\n Признать жалобы граждан С.М.Григорьева и Л.Д.Вальдмана, а\r\nтакже региональной общественной организации \"Объединение вкладчиков\r\n\"МММ\" в части, касающейся проверки конституционности части первой\r\nстатьи 45 УПК Российской Федерации, не подлежащими дальнейшему\r\nрассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской\r\nФедерации, поскольку для разрешения поставленного в них вопроса не\r\nтребуется вынесения предусмотренного статьей 71 Федерального\r\nконституционного закона \"О Конституционном Суде Российской\r\nФедерации\" итогового решения в виде постановления.\r\n 3. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по\r\nданным жалобам окончательно и обжалованию не подлежит.\r\n 4. Настоящее Определение подлежит опубликованию в \"Вестнике\r\nКонституционного Суда Российской Федерации\".\r\n\r\n\r\n Конституционный Суд\r\n Российской Федерации\r\n\r\n N 446-О\r\n\r\n
", "tounitid": null, "toparaid": "", "rdk": 0, "baseid": "c000000000" }