\r\n\r\n\r\n\r\n Именем\r\n Российской Федерации\r\n\r\n П О С Т А Н О В Л Е Н И Е\r\n\r\n КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ\r\n\r\n\r\n по делу о проверке конституционности части третьей статьи 5\r\n Федерального закона \"О государственной поддержке средств\r\n массовой информации и книгоиздания Российской Федерации\"\r\n\r\n\r\n город Москва 22 ноября 2000 года\r\n\r\n Конституционный Суд Российской Федерации в составе\r\nпредседательствующего В.Д.Зорькина, судей М.В.Баглая, Ю.М.Данилова,\r\nЛ.М.Жарковой, Г.А.Жилина, В.О.Лучина, Н.В.Селезнева,\r\nВ.Г.Стрекозова, О.С.Хохряковой,\r\n с участием представителя Высшего Арбитражного Суда Российской\r\nФедерации - председателя судебного состава С.Ф.Савкина,\r\nпредставителя администрации Ульяновской области - кандидата\r\nюридических наук Л.А.Ершовой, постоянного представителя\r\nГосударственной Думы в Конституционном Суде Российской Федерации\r\nВ.В.Лазарева, представителя Совета Федерации - кандидата\r\nюридических наук В.Ю.Бакшинскаса, полномочного представителя\r\nПрезидента Российской Федерации в Конституционном Суде Российской\r\nФедерации М.А.Митюкова,\r\n руководствуясь статьей 125 (пункт \"а\" части 2) Конституции\r\nРоссийской Федерации, подпунктом \"а\" пункта 1 части первой статьи\r\n3, подпунктом \"а\" пункта 1 части второй статьи 22, статьями 36, 74,\r\n84, 85 и 86 Федерального конституционного закона \"О Конституционном\r\nСуде Российской Федерации\",\r\n рассмотрел в открытом заседании дело о проверке\r\nконституционности части третьей статьи 5 Федерального закона\r\n\"О государственной поддержке средств массовой информации и\r\nкнигоиздания Российской Федерации\".\r\n Поводом к рассмотрению дела явились запрос Высшего\r\nАрбитражного Суда Российской Федерации и запрос администрации\r\nУльяновской области, в которых оспаривается конституционность части\r\nтретьей статьи 5 Федерального закона \"О государственной поддержке\r\nсредств массовой информации и книгоиздания Российской Федерации\".\r\nОснованием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся\r\nнеопределенность в вопросе о том, соответствует ли Конституции\r\nРоссийской Федерации оспариваемое в запросах положение.\r\n Заслушав сообщение судьи-докладчика В.О.Лучина, объяснения\r\nпредставителей сторон, исследовав представленные документы и иные\r\nматериалы, Конституционный Суд Российской Федерации\r\n\r\n у с т а н о в и л:\r\n\r\n 1. Согласно части третьей статьи 5 Федерального закона от\r\n1 декабря 1995 года \"О государственной поддержке средств массовой\r\nинформации и книгоиздания Российской Федерации\" (в редакции от\r\n22 октября 1998 года) редакциям средств массовой информации,\r\nиздательствам, информационным агентствам, телерадиовещательным\r\nкомпаниям передаются в хозяйственное ведение помещения, которыми\r\nони владеют либо пользуются в процессе своей\r\nпроизводственно-хозяйственной деятельности.\r\n В запросах Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и\r\nадминистрации Ульяновской области утверждается, что эта норма,\r\nдопуская возможность распоряжения имуществом, находящимся в\r\nчастной, государственной или муниципальной собственности, без\r\nсогласия собственника, нарушает конституционные положения о\r\nпризнании и равной защите всех форм собственности, о\r\nсамостоятельности местного самоуправления, в том числе в вопросах\r\nвладения, пользования и распоряжения муниципальной собственностью,\r\nт. е. не соответствует статьям 8 (часть 2), 12, 35, 55, 130 и 132\r\nКонституции Российской Федерации.\r\n Поскольку оба запроса касаются одного и того же предмета,\r\nКонституционный Суд Российской Федерации, руководствуясь статьей 48\r\nФедерального конституционного закона \"О Конституционном Суде\r\nРоссийской Федерации\", соединил дела по этим запросам в одном\r\nпроизводстве. При этом Конституционный Суд Российской Федерации в\r\nсоответствии с частью второй статьи 74 Федерального\r\nконституционного закона \"О Конституционном Суде Российской\r\nФедерации\" проверяет конституционность оспариваемой нормы, оценивая\r\nкак ее буквальный смысл, так и смысл, придаваемый ей сложившейся\r\nправоприменительной практикой, а также исходя из ее места в системе\r\nправовых норм.\r\n 2. Федеральный закон \"О государственной поддержке средств\r\nмассовой информации и книгоиздания Российской Федерации\" был принят\r\nв связи с осуществляемым в Российской Федерации разгосударствлением\r\nв сфере массовой информации и книгоиздания, и ряд его норм, в том\r\nчисле оспариваемая в запросах часть третья статьи 5, носят\r\nвременный характер и утрачивают силу с 1 января 2002 года.\r\n Данный Федеральный закон, направленный, как следует из его\r\nпреамбулы, на обеспечение конституционного права граждан на\r\nполучение полной и объективной информации, регулирует порядок\r\nгосударственной поддержки средств массовой информации и\r\nкнигоиздания, которая определяется как совокупность устанавливаемых\r\nгосударством организационных, организационно-технических, правовых,\r\nэкономических и иных мер в целях обеспечения прав граждан на\r\nполучение объективной информации, на свободу слова, а также в целях\r\nобеспечения независимости средств массовой информации (абзац второй\r\nстатьи 1).\r\n Такое понимание государственной поддержки средств массовой\r\nинформации и книгоиздания корреспондирует статье 29 (части 1, 4 и\r\n5) Конституции Российской Федерации, гарантирующей свободу слова,\r\nсвободу массовой информации, право свободно искать, получать,\r\nпередавать, производить и распространять информацию любым законным\r\nспособом, а также статье 13 (части 1 и 3) Конституции Российской\r\nФедерации, в соответствии с которой в Российской Федерации\r\nпризнается идеологическое и политическое многообразие.\r\n Федеральный закон \"О государственной поддержке средств\r\nмассовой информации и книгоиздания Российской Федерации\", таким\r\nобразом, содержит материальные гарантии указанных конституционных\r\nправ и свобод, его нормы призваны способствовать созданию и\r\nдеятельности свободных и независимых средств массовой информации в\r\nпериод становления в России гражданского общества и\r\nдемократического правового государства.\r\n Предусматриваемая частью третьей статьи 5 данного Федерального\r\nзакона передача редакциям средств массовой информации,\r\nиздательствам, информационным агентствам и телерадиовещательным\r\nкомпаниям в хозяйственное ведение помещений, которыми они владеют\r\nлибо пользуются в процессе своей производственно-хозяйственной\r\nдеятельности, в качестве меры государственной поддержки финансового\r\nи хозяйственного характера изначально направлена на достижение\r\nтакой конституционно значимой цели, как свобода слова и свобода\r\nмассовой информации. Вместе с тем она непосредственно затрагивает и\r\nзакрепленное в Конституции Российской Федерации право\r\nсобственности, что обязывало законодателя при урегулировании\r\nсоответствующих отношений найти справедливый баланс между этими\r\nконституционно защищаемыми ценностями на основе критериев,\r\nустановленных Конституцией Российской Федерации.\r\n 3. Согласно Конституции Российской Федерации федеральная\r\nгосударственная собственность и управление ею находятся в ведении\r\nРоссийской Федерации (статья 71, пункт \"д\"); по предметам ведения\r\nРоссийской Федерации принимаются федеральные конституционные законы\r\nи федеральные законы, имеющие прямое действие на всей территории\r\nРоссийской Федерации (статья 76, часть 1).\r\n Из этих положений следует, что федеральный законодатель,\r\nдействуя в рамках указанных правомочий и определяя порядок\r\nуправления федеральной собственностью, вправе установить объем и\r\nпределы осуществления права собственности на федеральное имущество\r\n(владение, пользование и распоряжение им). Поэтому часть третья\r\nстатьи 5 Федерального закона \"О государственной поддержке средств\r\nмассовой информации и книгоиздания Российской Федерации\", взятая в\r\nсистемной связи с другими его положениями (преамбула, абзац второй\r\nстатьи 1, часть вторая статьи 5, статьи 6-9, часть четвертая статьи\r\n10), а также со статьями 113, 114, 209, 212-215, 294, 295, 299 и\r\n300 Гражданского кодекса Российской Федерации, как основание для\r\nпередачи в хозяйственное ведение находящихся в федеральной\r\nсобственности помещений, которыми перечисленные в этой норме\r\nорганизации и предприятия владеют либо пользуются в процессе своей\r\nпроизводственно-хозяйственной деятельности, соответствует\r\nКонституции Российской Федерации.\r\n Вместе с тем, по смыслу части третьей статьи 5 Федерального\r\nзакона \"О государственной поддержке средств массовой информации и\r\nкнигоиздания Российской Федерации\" во взаимосвязи с указанными\r\nположениями данного Федерального закона и Гражданского кодекса\r\nРоссийской Федерации, объектом регулирования содержащейся в ней\r\nнормы не являются помещения, находящиеся в частной собственности.\r\nНаправленная на урегулирование иных отношений, она не может\r\nтолковаться и применяться как обязывающая частных собственников\r\nпередать принадлежащие им помещения в хозяйственное ведение\r\nорганизаций и предприятий, которые владеют либо пользуются этими\r\nпомещениями. Иное истолкование объекта и предмета регулирования,\r\nохватываемых оспариваемой нормой, означало бы - в силу главы 3\r\nназванного Федерального закона - возможность последующей\r\nприватизации помещений, которые на момент передачи их в\r\nхозяйственное ведение указанным организациям и предприятиям уже\r\nнаходятся в частной собственности, что с точки зрения правовой\r\nлогики недопустимо.\r\n Следовательно, часть третья статьи 5 Федерального закона\r\n\"О государственной поддержке средств массовой информации и\r\nкнигоиздания Российской Федерации\" не предполагает возможность\r\nпередачи редакциям средств массовой информации, издательствам,\r\nинформационным агентствам, телерадиовещательным компаниям в\r\nхозяйственное ведение помещений, находящихся в частной\r\nсобственности, а потому не может использоваться в качестве\r\nзаконного основания для такой передачи.\r\n В то же время по своему буквальному смыслу данное\r\nзаконоположение допускает возможность его применения в тех случаях,\r\nкогда помещения, которыми названные в нем организации и предприятия\r\nвладеют либо пользуются, находятся не в федеральной собственности,\r\nа в собственности субъектов Российской Федерации и муниципальной\r\nсобственности (собственности муниципальных образований). Именно в\r\nтаком смысле оно толкуется правоприменителями, в том числе Высшим\r\nАрбитражным Судом Российской Федерации, исходящими из того, что в\r\nсилу этой нормы помещения, находящиеся в собственности субъектов\r\nРоссийской Федерации и муниципальных образований, подлежат передаче\r\nв хозяйственное ведение организациям и предприятиям, которые\r\nвладеют либо пользуются ими в процессе своей\r\nпроизводственно-хозяйственной деятельности, независимо от того,\r\nимеется ли на это согласие собственника.\r\n 4. В соответствии с Конституцией Российской Федерации в\r\nРоссийской Федерации гарантируется свобода экономической\r\nдеятельности, признаются и защищаются равным образом частная,\r\nгосударственная, муниципальная и иные формы собственности (статья\r\n8, части 1 и 2); каждый имеет право на свободное использование\r\nсвоих способностей и имущества для предпринимательской и иной не\r\nзапрещенной законом экономической деятельности (статья 34, часть\r\n1); право частной собственности охраняется законом, каждый вправе\r\nиметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и\r\nраспоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами,\r\nникто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению\r\nсуда, принудительное отчуждение имущества для государственных нужд\r\nможет быть произведено только при условии предварительного и\r\nравноценного возмещения (статья 35, части 1, 2 и 3); местное\r\nсамоуправление самостоятельно в решении вопросов владения,\r\nпользования и распоряжения муниципальной собственностью (статья\r\n130, часть 1); органы местного самоуправления самостоятельно\r\nуправляют муниципальной собственностью (статья 132, часть 1);\r\nместное самоуправление гарантируется правом на судебную защиту, на\r\nкомпенсацию дополнительных расходов, возникших в результате\r\nрешений, принятых органами государственной власти, запретом на\r\nограничение прав местного самоуправления, установленных\r\nКонституцией Российской Федерации и федеральными законами (статья\r\n133).\r\n В данных конституционных положениях, по сути, выражены\r\nобщепризнанные принципы неприкосновенности и свободы собственности,\r\nа также свободы договора и равенства всех собственников как\r\nучастников гражданского оборота, из которых проистекает свобода\r\nвладения, пользования и распоряжения имуществом, включая\r\nвозможность отчуждать свое имущество в собственность другим лицам,\r\nпередавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования\r\nи распоряжения имуществом.\r\n Поскольку часть третья статьи 5 Федерального закона\r\n\"О государственной поддержке средств массовой информации и\r\nкнигоиздания Российской Федерации\" по смыслу, придаваемому ей\r\nправоприменительной практикой, допускает возможность передачи\r\nимущества без согласия собственника - субъекта Российской Федерации\r\nили муниципального образования в хозяйственное ведение\r\nперечисленным в этой норме организациям и предприятиям, она, по\r\nсуществу, означает ограничение права собственности субъектов\r\nРоссийской Федерации и муниципальных образований, в частности права\r\nна ее признание и защиту наравне с иными формами собственности.\r\n Между тем согласно статье 55 (часть 3) Конституции Российской\r\nФедерации права и свободы человека и гражданина могут быть\r\nограничены федеральным законом только в той мере, в какой это\r\nнеобходимо в целях защиты основ конституционного строя,\r\nнравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц,\r\nобеспечения обороны страны и безопасности государства. Из этого\r\nположения во взаимосвязи со статьями 8, 34, 35, 130, 132 и 133\r\nКонституции Российской Федерации о равной защите всех форм\r\nсобственности следует, что не только право частной собственности,\r\nно и право собственности субъектов Российской Федерации и\r\nмуниципальных образований может быть ограничено лишь федеральным\r\nзаконом и лишь если это необходимо для защиты указанных\r\nконституционных ценностей и если такое ограничение является\r\nсоразмерным, т. е. его характер соответствует тем конституционно\r\nзащищаемым целям, ради которых оно вводится.\r\n Не может рассматриваться как ограничение права собственности в\r\nсмысле статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации\r\nпередача помещений, находящихся в федеральной собственности,\r\nпоскольку такая передача осуществляется Российской Федерацией как\r\nсобственником данного имущества и поскольку она производится на\r\nосновании федерального закона с соблюдением требований статей 71\r\n(пункт \"д\") и 76 (часть 1) Конституции Российской Федерации.\r\n Передача же (хотя бы и во временное хозяйственное ведение)\r\nпомещений, принадлежащих на праве собственности субъектам\r\nРоссийской Федерации и муниципальным образованиям, без их согласия,\r\nесли она осуществляется без разумной компенсации, выходит за рамки\r\nтребований статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации и\r\nкорреспондирующих ей положений статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции о\r\nзащите прав человека и основных свобод (в редакции Протокола N 11,\r\nвступившего в силу 1 ноября 1998 года) и, следовательно, не\r\nявляется адекватным средством для достижения цели, ради которой она\r\nустановлена. Поскольку часть третья статьи 5 Федерального закона\r\n\"О государственной поддержке средств массовой информации и\r\nкнигоиздания Российской Федерации\" по смыслу, придаваемому ей\r\nправоприменительной практикой, допускает возможность такой передачи\r\nбез надлежащего возмещения, она несоразмерно ограничивает\r\nконституционные права и законные интересы субъектов права\r\nсобственности - субъектов Российской Федерации и муниципальных\r\nобразований, ставит их в неравное положение с Российской Федерацией\r\nкак собственником федерального имущества и нарушает баланс двух\r\nконституционных ценностей - права на информацию и права\r\nсобственности - в ущерб последней.\r\n Кроме того, практика применения части третьей статьи 5\r\nФедерального закона \"О государственной поддержке средств массовой\r\nинформации и книгоиздания Российской Федерации\" свидетельствует о\r\nтом, что арбитражные суды, исходя из того, что данная норма\r\nраспространяется на все формы собственности, ограничиваются при\r\nрассмотрении споров лишь формальным подтверждением факта нахождения\r\nтого или иного помещения в пользовании либо владении редакции\r\nсредства массовой информации, издательства, информационного\r\nагентства, телерадиовещательной компании, и не выясняют, к какой\r\nсобственности - федеральной, собственности субъекта Российской\r\nФедерации, муниципальной - относится спорное помещение, находилось\r\nли оно в составе имущества, собственность на которое на момент\r\nпередачи не была разграничена, предполагалось ли в процессе такой\r\nпередачи или разграничения собственности сохранение прежнего режима\r\nв части пользования находившимися в хозяйственном ведении\r\nпомещениями, а также когда и в каком порядке у соответствующего\r\nсубъекта возникло право собственности на это помещение, может ли в\r\nсвязи с этим конкретное предприятие или организация пользоваться и\r\nвладеть им на праве хозяйственного ведения и распространяются ли на\r\nуказанную собственность предусмотренные гражданским\r\nзаконодательством обязательства. Непринятие во внимание указанных\r\nобстоятельств препятствует реализации в полной мере судебной защиты\r\nправа собственности, гарантируемой Конституцией Российской\r\nФедерации.\r\n Таким образом, часть третья статьи 5 Федерального закона\r\n\"О государственной поддержке средств массовой информации и\r\nкнигоиздания Российской Федерации\" не соответствует Конституции\r\nРоссийской Федерации, ее статьям 8, 35 (части 2 и 3), 55 (часть 3),\r\n130 (часть 1), 132 (часть 1) и 133, в той мере, в какой она - по\r\nсмыслу, придаваемому ей правоприменительной практикой, - допускает\r\nпередачу перечисленным в ней организациям и предприятиям в\r\nхозяйственное ведение находящихся в собственности субъектов\r\nРоссийской Федерации или являющихся муниципальной собственностью\r\nпомещений, которыми эти организации и предприятия владеют либо\r\nпользуются в процессе своей производственно-хозяйственной\r\nдеятельности, без согласия собственников, если такая передача\r\nосуществляется без надлежащего возмещения.\r\n Это, однако, не влечет прекращения правоотношений, сложившихся\r\nв результате применения данной нормы. Арбитражные суды, реализуя\r\nсвои полномочия по разрешению возникающих споров, в том числе по\r\nпересмотру основанных на части третьей статьи 5 Федерального закона\r\n\"О государственной поддержке средств массовой информации и\r\nкнигоиздания Российской Федерации\" судебных решений, не должны\r\nпридавать содержащейся в ней норме какое-либо иное значение,\r\nрасходящееся с ее конституционно-правовым смыслом, выявленным в\r\nнастоящем Постановлении и имеющим в силу статей 6 и 79 Федерального\r\nконституционного закона \"О Конституционном Суде Российской\r\nФедерации\" общеобязательный характер.\r\n Исходя из изложенного и руководствуясь частями первой и второй\r\nстатьи 71, статьями 72, 74, 79 и 87 Федерального конституционного\r\nзакона \"О Конституционном Суде Российской Федерации\",\r\nКонституционный Суд Российской Федерации\r\n\r\n п о с т а н о в и л:\r\n\r\n 1. Признать соответствующей Конституции Российской Федерации\r\nчасть третью статьи 5 Федерального закона \"О государственной\r\nподдержке средств массовой информации и книгоиздания Российской\r\nФедерации\", поскольку она служит основанием для передачи в\r\nхозяйственное ведение находящихся в федеральной собственности\r\nпомещений редакциям средств массовой информации, издательствам,\r\nинформационным агентствам, телерадиовещательным компаниям, которые\r\nвладеют либо пользуются этими помещениями в процессе своей\r\nпроизводственно-хозяйственной деятельности.\r\n 2. Признать не соответствующей Конституции Российской\r\nФедерации, ее статьям 8, 35 (части 2 и 3), 55 (часть 3), 130 (часть\r\n1), 132 (часть 1) и 133, часть третью статьи 5 Федерального закона\r\n\"О государственной поддержке средств массовой информации и\r\nкнигоиздания Российской Федерации\" в той мере, в какой она - по\r\nсмыслу, придаваемому ей правоприменительной практикой, - допускает\r\nпередачу в хозяйственное ведение находящихся в собственности\r\nсубъектов Российской Федерации или являющихся муниципальной\r\nсобственностью помещений редакциям средств массовой информации,\r\nиздательствам, информационным агентствам, телерадиовещательным\r\nкомпаниям, которые владеют либо пользуются этими помещениями в\r\nпроцессе своей производственно-хозяйственной деятельности, без\r\nсогласия собственников, если такая передача осуществляется без\r\nнадлежащего возмещения.\r\n 3. Часть третья статьи 5 Федерального закона\r\n\"О государственной поддержке средств массовой информации и\r\nкнигоиздания Российской Федерации\", не предполагающая по своему\r\nконституционно-правовому смыслу возможность передачи редакциям\r\nсредств массовой информации, издательствам, информационным\r\nагентствам, телерадиовещательным компаниям в хозяйственное ведение\r\nпомещений, находящихся в частной собственности, не может\r\nиспользоваться в качестве законного основания для такой передачи.\r\n 4. Согласно частям первой и второй статьи 79 Федерального\r\nконституционного закона \"О Конституционном Суде Российской\r\nФедерации\" настоящее Постановление является окончательным, не\r\nподлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после\r\nпровозглашения, действует непосредственно и не требует\r\nподтверждения другими органами и должностными лицами.\r\n 5. Согласно статье 78 Федерального конституционного закона\r\n\"О Конституционном Суде Российской Федерации\" настоящее\r\nПостановление подлежит незамедлительному опубликованию в\r\n\"Российской газете\" и \"Собрании законодательства Российской\r\nФедерации\". Постановление должно быть опубликовано также в\r\n\"Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации\".\r\n\r\n\r\n Конституционный Суд\r\n Российской Федерации\r\n\r\n N 14-П\r\n\r\n
" }