\r\n\r\n\r\n\r\n Именем Российской Федерации\r\n\r\n ПОСТАНОВЛЕНИЕ\r\n\r\n КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ\r\n\r\n\r\n по делу о проверке конституционности абзаца второго части\r\n третьей статьи 445 Гражданского процессуального кодекса\r\n Российской Федерации в связи с жалобой гражданина\r\n В.С.Волосникова\r\n\r\nгород Санкт-Петербург 12 ноября 2018 года\r\n\r\n Конституционный Суд Российской Федерации в составе\r\nПредседателя В.Д.Зорькина, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова,\r\nН.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой,\r\nС.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой,\r\nС.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, О.С.Хохряковой,\r\nВ.Г.Ярославцева,\r\n руководствуясь статьей 125 (часть 4) Конституции Российской\r\nФедерации, пунктом 3 части первой, частями третьей и четвертой\r\nстатьи 3, частью первой статьи 21, статьями 36, 47-1, 74, 86, 96,\r\n97 и 99 Федерального конституционного закона \"О Конституционном\r\nСуде Российской Федерации\",\r\n рассмотрел в заседании без проведения слушания дело о проверке\r\nконституционности абзаца второго части третьей статьи 445 ГПК\r\nРоссийской Федерации.\r\n Поводом к рассмотрению дела явилась жалоба гражданина\r\nВ.С.Волосникова. Основанием к рассмотрению дела явилась\r\nобнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли\r\nКонституции Российской Федерации оспариваемое заявителем\r\nзаконоположение.\r\n Заслушав сообщение судьи-докладчика Л.М.Жарковой, исследовав\r\nпредставленные документы и иные материалы, Конституционный Суд\r\nРоссийской Федерации\r\n\r\n у с т а н о в и л:\r\n\r\n 1. Согласно абзацу второму части третьей статьи 445 ГПК\r\nРоссийской Федерации в случае отмены в кассационном или надзорном\r\nпорядке решений суда по делам о взыскании денежных сумм по\r\nтребованиям, вытекающим из трудовых отношений, о взыскании\r\nвознаграждения за использование прав на произведения науки,\r\nлитературы и искусства, исполнения, открытия, изобретения, полезные\r\nмодели, промышленные образцы, о взыскании алиментов, о возмещении\r\nвреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья либо\r\nсмертью кормильца, поворот исполнения решения допускается, если\r\nотмененное решение суда было основано на сообщенных истцом ложных\r\nсведениях или представленных им подложных документах.\r\n 1.1. Конституционность приведенного законоположения оспаривает\r\nгражданин В.С.Волосников, у которого 15 июля 1988 года установлено\r\nналичие профессионального заболевания, связанного с его многолетней\r\nзанятостью на буровых работах, и которому приказом по\r\nТаштагольскому руднику ОАО \"Кузнецкий металлургический комбинат\" от\r\n24 января 2000 года впервые назначены ежемесячные страховые выплаты\r\nв возмещение вреда здоровью на срок с 13 января 2000 года до\r\n13 января 2001 года на основании его заявления исходя из заработной\r\nплаты за двенадцать месяцев, предшествовавших установлению утраты\r\nим профессиональной трудоспособности. В дальнейшем эти выплаты\r\nтерриториальным органом Фонда социального страхования Российской\r\nФедерации, куда поступили документы личного учетного дела\r\nВ.С.Волосникова, индексировались в соответствии с законодательством\r\nи продлевались исходя из процента утраты профессиональной\r\nтрудоспособности.\r\n Решением Таштагольского городского суда Кемеровской области от\r\n24 апреля 2014 года были удовлетворены исковые требования\r\nВ.С.Волосникова к Кузбасскому региональному отделению Фонда\r\nсоциального страхования Российской Федерации: на ответчика\r\nвозложена обязанность назначить истцу с 1 марта 2014 года\r\nежемесячные страховые выплаты в размере 49 842,53 руб. с\r\nпоследующей индексацией, а также единовременно взысканы недоплата\r\nпо ним за период с 13 января 2000 года по 1 марта 2014 года в\r\nразмере 2 124 281,55 руб. с индексацией в размере 1 124 580,86 руб.\r\nи расходы на оплату услуг представителя - 15 000 руб., на\r\nоформление доверенности - 700 руб. Оставленное без изменения\r\nапелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам\r\nКемеровского областного суда от 24 июля 2014 года и вступившее в\r\nзаконную силу решение суда первой инстанции было исполнено\r\nответчиком в полном объеме, однако определением Судебной коллегии\r\nпо гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от\r\n23 марта 2015 года, рассмотревшей его кассационную жалобу,\r\nназванные судебные акты отменены, в удовлетворении требований истца\r\nотказано ввиду существенных нарушений судами норм материального\r\nправа, повлиявших на исход дела (ни на момент передачи личного дела\r\nот работодателя в территориальный орган Фонда социального\r\nстрахования Российской Федерации, ни в последующем В.С.Волосников\r\nне обращался с заявлением о перерасчете ежемесячных страховых\r\nвыплат в связи с наступлением обстоятельств, влекущих изменение их\r\nразмера).\r\n Поскольку вопрос о повороте исполнения решения от 24 апреля\r\n2014 года в соответствии с частью первой статьи 445 ГПК Российской\r\nФедерации рассмотрен не был, ответчик, руководствуясь ее частью\r\nвторой, обратился в суд первой инстанции с заявлением о повороте\r\nисполнения его решения в части взыскания сумм индексации\r\nежемесячных страховых выплат и сумм судебных расходов. Определением\r\nТаштагольского городского суда Кемеровской области от 16 июня\r\n2015 года, оставленным без изменения апелляционным определением\r\nсудебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда\r\nот 30 июля 2015 года, в удовлетворении заявления было отказано со\r\nссылкой на невозможность такого поворота по причине отсутствия\r\nобстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности\r\nВ.С.Волосникова или о счетной ошибке (часть третья статьи 445 ГПК\r\nРоссийской Федерации, подпункт 3 статьи 1109 ГК Российской\r\nФедерации и пункт 3 статьи 19 Федерального закона от 24 июля\r\n1998 года № 125-ФЗ \"Об обязательном социальном страховании от\r\nнесчастных случаев на производстве и профессиональных\r\nзаболеваний\"). В свою очередь, президиум Кемеровского областного\r\nсуда, не согласившись с судами первой и второй инстанций,\r\nпостановлением от 8 февраля 2016 года произвел поворот исполнения\r\nрешения от 24 апреля 2014 года и взыскал с истца в пользу ответчика\r\nсуммы индексации ежемесячных страховых выплат (1 124 580,86 руб.) и\r\nсудебные расходы по делу.\r\n Определением Таштагольского городского суда Кемеровской\r\nобласти от 22 октября 2015 года Кузбасскому региональному отделению\r\nФонда социального страхования Российской Федерации было отказано и\r\nв удовлетворении заявления о повороте исполнения решения от\r\n24 апреля 2014 года в части взыскания выплаченных истцу ежемесячных\r\nстраховых выплат. Отменяя это определение и оставившее его без\r\nизменения апелляционное определение судебной коллегии по\r\nгражданским делам Кемеровского областного суда от 3 декабря\r\n2015 года и направляя дело на новое рассмотрение в суд первой\r\nинстанции, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда\r\nРоссийской Федерации в определении от 28 ноября 2016 года указала,\r\nчто отношения в системе обязательного социального страхования от\r\nнесчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний,\r\nисходя из субъектного состава их участников, отличны от отношений\r\nпо возмещению вреда здоровью, регулируемых нормами Гражданского\r\nкодекса Российской Федерации; при рассмотрении дела по иску\r\nВ.С.Волосникова судом разрешался спор о недоплате ежемесячных\r\nстраховых выплат, решение же о возмещении причиненного его здоровью\r\nвреда, поворот исполнения которого возможен, если отмененный\r\nсудебный акт основан на сообщенных истцом ложных сведениях или\r\nпредставленных им подложных документах (абзац второй части третьей\r\nстатьи 445 ГПК Российской Федерации), судом не принималось.\r\nТаштагольский городской суд Кемеровской области, вновь рассмотрев\r\nзаявление о повороте исполнения решения от 24 апреля 2014 года,\r\nопределением от 13 февраля 2017 года произвел такой поворот в части\r\nвзыскания сумм ежемесячных страховых выплат (2 443 939,21 руб.), с\r\nчем согласились вышестоящие суды (апелляционное определение\r\nсудебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда\r\nот 28 марта 2017 года, определения судьи Кемеровского областного\r\nсуда от 12 мая 2017 года и судьи Верховного Суда Российской\r\nФедерации от 5 июля 2017 года об отказе в передаче кассационных\r\nжалоб для рассмотрения в судебных заседаниях судов кассационной\r\nинстанции).\r\n С 1 января 2017 года ежемесячные страховые выплаты\r\nВ.С.Волосникову осуществляются в размере 29 841,21 руб. бессрочно,\r\nа его страховая пенсия по старости составляет 15 835 руб. До\r\nфевраля 2018 года с него по исполнительным листам в пользу Фонда\r\nсоциального страхования Российской Федерации взыскано 170 524,5\r\nруб.\r\n 1.2. По мнению заявителя, оспариваемое законоположение\r\nпротиворечит статьям 1 (часть 1), 7 (часть 1), 15 (часть 4), 17\r\n(часть 1), 18, 19 (часть 1), 39 (часть 1), 45 (часть 1), 46 (часть\r\n1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации в той мере, в\r\nкакой по смыслу, придаваемому ему правоприменительной практикой,\r\nпозволяет по заявлению государственного органа производить поворот\r\nисполнения решения суда о присуждении лицу ежемесячных страховых\r\nвыплат по обязательному социальному страхованию от несчастных\r\nслучаев на производстве и профессиональных заболеваний, когда это\r\nлицо не способствовало их получению своими виновными действиями,\r\nоднако данное решение отменено вышестоящим судом со ссылкой на то,\r\nчто право на соответствующие выплаты реализуется в рамках отношений\r\nпо обязательному социальному страхованию, а не отношений по\r\nвозмещению вреда здоровью.\r\n Таким образом, принимая во внимание требования статей 74, 96 и\r\n97 Федерального конституционного закона \"О Конституционном Суде\r\nРоссийской Федерации\", абзац второй части третьей статьи 445 ГПК\r\nРоссийской Федерации является предметом рассмотрения\r\nКонституционного Суда Российской Федерации по настоящему делу\r\nпостольку, поскольку на его основании решается вопрос о возможности\r\nповорота исполнения решения суда о взыскании в пользу гражданина\r\nежемесячных страховых выплат по обязательному социальному\r\nстрахованию от несчастных случаев на производстве и\r\nпрофессиональных заболеваний, в том числе с учетом их индексации, в\r\nслучае отмены такого решения в кассационном или надзорном порядке.\r\n В то же время Конституционный Суд Российской Федерации\r\nвоздерживается, как того требуют положения частей третьей и\r\nчетвертой статьи 3 названного Федерального конституционного закона,\r\nот установления и исследования фактических обстоятельств, имевших\r\nместо в делах заявителя.\r\n 2. Конституция Российской Федерации, провозглашая человека,\r\nего права и свободы высшей ценностью, а признание, соблюдение и\r\nзащиту прав и свобод человека и гражданина - обязанностью\r\nгосударства (статья 2), гарантирует каждому право на судебную\r\nзащиту его прав и свобод (статья 46, часть 1), не подлежащее\r\nограничению ни при каких обстоятельствах (статья 56, часть 3).\r\n Раскрывая конституционное содержание данного права, одной из\r\nсоставляющих которого является исполнение вынесенного судом\r\nрешения, Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что -\r\nпоскольку в рамках судебной защиты прав и свобод допустимо\r\nобжалование в суд решений и действий (бездействия) любых органов\r\nгосударственной власти, включая судебные (статья 46, часть 2,\r\nКонституции Российской Федерации), - отсутствие возможности\r\nпересмотреть ошибочный судебный акт не согласуется с универсальным\r\nправилом скорейшего восстановления в правах посредством правосудия,\r\nотвечающего требованиям справедливости, умаляет и ограничивает\r\nправо на судебную защиту; при этом институциональные и процедурные\r\nусловия пересмотра ошибочных судебных актов во всяком случае должны\r\nотвечать требованиям процессуальной эффективности, экономии в\r\nиспользовании средств судебной защиты, прозрачности осуществления\r\nправосудия, исключать затягивание или необоснованное возобновление\r\nсудебного разбирательства и тем самым обеспечивать правильность и\r\nсвоевременность разрешения дела и вместе с тем - правовую\r\nопределенность, в том числе признание законной силы судебных\r\nрешений, их неопровержимости (res judicata), без чего недостижим\r\nбаланс публично- и частноправовых интересов (постановления от\r\n2 февраля 1996 года № 4-П, от 3 февраля 1998 года № 5-П, от\r\n5 февраля 2007 года № 2-П, от 19 марта 2010 года № 7-П и др.).\r\n 2.1. Неотъемлемым элементом надлежащего функционирования суда\r\nапелляционной, кассационной или надзорной инстанции и гарантией\r\nисполнения возложенных на него полномочий по исправлению выявленной\r\nв проверяемом решении нижестоящего суда ошибки служит закрепление в\r\nзаконе оснований для отмены судебного решения, в котором суд\r\nнеправильно истолковал или применил нормы материального либо\r\nпроцессуального права, неверно установил фактические обстоятельства\r\nконкретного дела.\r\n Реализуя на основе Конституции Российской Федерации, исходя из\r\nконституционных целей и ценностей, общепризнанных принципов и норм\r\nмеждународного права и международных обязательств России, свои\r\nдискреционные полномочия, федеральный законодатель, чьи пределы\r\nусмотрения при определении системы судебных инстанций,\r\nпоследовательности и процедур обжалования, оснований для отмены или\r\nизменения судебных актов вышестоящими судами достаточно широки,\r\nпредусмотрел в Гражданском процессуальном кодексе Российской\r\nФедерации возможность проверки судебных решений, не вступивших в\r\nзаконную силу, в суде апелляционной инстанции (глава 39), а также\r\nпроизводство в судах кассационной и надзорной инстанций и пересмотр\r\nпо вновь открывшимся или новым обстоятельствам судебных решений,\r\nвступивших в законную силу (главы 41, 41-1 и 42).\r\n В силу конституционной природы правосудия, вытекающей из\r\nфундаментального права каждого на защиту его прав и свобод в суде,\r\nвышестоящий суд, выявив основания для отмены или изменения\r\nпроверяемого судебного решения (статьи 330, 387, 391-9 и 392 ГПК\r\nРоссийской Федерации), во всех случаях обязан осуществить\r\nвозложенные на него полномочия и отменить или изменить ошибочный\r\nсудебный акт с тем, чтобы не допустить его существования в правовом\r\nполе, учитывая обязательность судебных решений для всех без\r\nисключения органов государственной власти и местного\r\nсамоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан,\r\nорганизаций (статья 13 ГПК Российской Федерации). В противном\r\nслучае оказываются не выполненными задачи гражданского\r\nсудопроизводства, состоящие в правильном рассмотрении и разрешении\r\nгражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав,\r\nсвобод и законных интересов субъектов гражданских и иных\r\nправоотношений (статья 2 ГПК Российской Федерации).\r\n 2.2. Право на судебную защиту и на восстановление прав, свобод\r\nи законных интересов предполагает скорейшее исполнение вступившего\r\nв законную силу судебного решения, а в случаях, предусмотренных\r\nзаконом, - немедленное исполнение решений суда первой инстанции до\r\nих проверки вышестоящим судом и вступления в законную силу. Данные\r\nтребования соотносятся как с положениями Конституции Российской\r\nФедерации, так и с нормами международного права, являющимися\r\nсогласно ее статье 15 (часть 4) составной частью российской\r\nправовой системы, о праве каждого на эффективное восстановление в\r\nправах компетентным судом (статья 8 Всеобщей декларации прав\r\nчеловека) и праве на справедливое судебное разбирательство (статья\r\n6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод).\r\n В связи с этим - учитывая также процессуальные сроки для\r\nподачи апелляционной, кассационной и надзорной жалоб в\r\nсоответствующий суд (статьи 321, 376 и 391-2 ГПК Российской\r\nФедерации) и возможность их восстановления по заявлению\r\nзаинтересованных лиц в случае пропуска по уважительной причине -\r\nпредметом проверки в апелляционном, кассационном или надзорном\r\nпорядке выступают и судебные решения, уже исполненные должником\r\nдобровольно либо уполномоченным на то органом принудительно, причем\r\nорганы принудительного исполнения не наделены правом оспорить\r\nсудебное решение, на основании которого выдан поступивший к ним\r\nисполнительный документ. Тем самым не исключается вероятность\r\nисполнения судебного акта, вынесенного с нарушением норм права, а\r\nзначит, подлежащего отмене с принятием нового решения самим\r\nвышестоящим судом или с направлением дела на новое рассмотрение в\r\nнижестоящий суд. Решение же об отказе в иске полностью или в части,\r\nо прекращении производства по делу либо оставлении заявления без\r\nрассмотрения, вынесенное по итогам пересмотра дела о взыскании\r\nденежных сумм с учетом применимых правовых принципов -\r\nконституционных, конвенционных и отраслевых - и при неукоснительном\r\nсоблюдении норм права, свидетельствует об ошибочности взыскания с\r\nответчика в пользу истца всего того, что было ему присуждено\r\nотмененным судебным актом, и, следовательно, о лишении ответчика\r\nимущества посредством предъявления к нему необоснованного\r\nтребования, удовлетворенного судом.\r\n Отмена исполненного судебного решения означает отпадение\r\nправомерного основания приобретения имущества, вследствие чего оно\r\nсчитается, как правило, неосновательно приобретенным.\r\nВосстановление прав ответчика в таких случаях осуществимо путем\r\nвозвращения ему того, что с него взыскано в пользу истца, т.е.\r\nпосредством поворота исполнения отмененного решения суда.\r\nПравомочие произвести поворот исполнения и порядок его реализации\r\nзакреплены статьями 443, 444 и 445 ГПК Российской Федерации, что,\r\nкак указал Конституционный Суд Российской Федерации, направлено на\r\nустановление дополнительных гарантий защиты прав стороны по делу,\r\nпотерпевшей от предъявления к ней необоснованного требования, и\r\nсамо по себе не может считаться нарушающим конституционные права и\r\nсвободы граждан (определения от 19 декабря 2017 года № 3024-О, от\r\n24 апреля 2018 года № 1056-О и др.).\r\n 2.3. Согласно статье 445 ГПК Российской Федерации суд,\r\nрассматривающий дело в суде апелляционной, кассационной или\r\nнадзорной инстанции, если он своим решением, определением или\r\nпостановлением окончательно разрешает спор, либо прекращает\r\nпроизводство по делу, либо оставляет заявление без рассмотрения,\r\nобязан разрешить вопрос о повороте исполнения решения суда или\r\nпередать дело на разрешение суда первой инстанции (часть первая);\r\nесли в решении, определении или постановлении вышестоящего суда нет\r\nникаких указаний на поворот исполнения решения суда, ответчик\r\nвправе подать соответствующее заявление в суд первой инстанции\r\n(часть вторая); в случае отмены в суде апелляционной инстанции\r\nрешения суда по делу о взыскании алиментов поворот исполнения\r\nрешения суда допускается, только если отмененное решение суда было\r\nосновано на сообщенных истцом ложных сведениях или представленных\r\nим подложных документах; в случае отмены в кассационном или\r\nнадзорном порядке решений суда по делам о взыскании денежных сумм\r\nпо требованиям, вытекающим из трудовых отношений, о взыскании\r\nвознаграждения за использование прав на произведения науки,\r\nлитературы и искусства, исполнения, открытия, изобретения, полезные\r\nмодели, промышленные образцы, о взыскании алиментов, о возмещении\r\nвреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья либо\r\nсмертью кормильца, поворот исполнения решения допускается, если\r\nотмененное решение суда было основано на сообщенных истцом ложных\r\nсведениях или представленных им подложных документах (часть\r\nтретья).\r\n Из приведенных законоположений следует, что институт поворота\r\nисполнения может быть применен не ко всем вступившим в законную\r\nсилу судебным решениям, отмененным вышестоящими судами. Так,\r\nповорот исполнения решения суда по делам о взыскании денежных сумм\r\nпо требованиям, вытекающим из трудовых отношений, о возмещении\r\nвреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья,\r\nдопускается только в случаях, когда отмененное решение принято\r\nвследствие действий самого истца, прямо указанных в части третьей\r\nстатьи 445 ГПК Российской Федерации.\r\n Данное регулирование, предполагающее, что поворот исполнения\r\nнедопустим, если на лицо, будь он произведен, возлагалось бы\r\nобременение, не соответствующее положению этого лица как\r\nвыступающего более слабой стороной в правоотношениях или, исходя из\r\nхарактера спора, как находящегося в тяжелой жизненной ситуации,\r\nхотя и не предопределено Конституцией Российской Федерации\r\nнепосредственно, но отражает гуманистические начала российского\r\nзаконодательства и согласуется с обязанностью федерального\r\nзаконодателя при выборе тех или иных процедур судопроизводства,\r\nвключая механизм восстановления прав ответчика, нарушенных\r\nвзысканием денежных сумм в пользу истца на основании ошибочного\r\nсудебного решения, впоследствии отмененного вышестоящим судом,\r\nнепротиворечиво регламентировать отношения в этой сфере, создавать\r\nдля них стабильную правовую основу и не ставить под сомнение\r\nконституционный принцип равенства путем приоритетной защиты прав\r\nлишь одной из сторон судопроизводства.\r\n 3. Конституция Российской Федерации провозглашает Россию\r\nсоциальным государством, политика которого направлена на создание\r\nусловий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие\r\nчеловека, и в котором охраняются труд и здоровье людей,\r\nустанавливаются гарантии социальной защиты (статья 7), каждый имеет\r\nправо на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и\r\nгигиены (статья 37, часть 3), на социальное обеспечение по\r\nвозрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для\r\nвоспитания детей и в иных случаях, предусмотренных законом (статья\r\n39, часть 1).\r\n Закрепляя данные права, Конституция Российской Федерации не\r\nконкретизирует порядок, основания и размеры возмещения вреда,\r\nпричиненного здоровью, что - принимая во внимание ее статьи 35\r\n(часть 3) и 41 (часть 1) о праве на охрану здоровья как\r\nнеотчуждаемого блага, без которого утрачивают свое значение многие\r\nдругие блага и ценности, а также о гарантиях защиты имущественных\r\nинтересов граждан, в том числе осуществляющих трудовую\r\nдеятельность, - предопределяет обязанность государства установить в\r\nотраслевом законодательстве действенный организационно-правовой\r\nмеханизм восполнения имущественных потерь, вызванных утратой\r\nтрудоспособности ввиду причинения вреда здоровью в связи с\r\nисполнением трудовых обязанностей. При этом государство должно\r\nстремиться к максимальному социальному эффекту в соответствующей\r\nсфере, используя для этого все необходимые правовые средства,\r\nвключая обязательное социальное страхование от несчастных случаев\r\nна производстве и профессиональных заболеваний.\r\n 3.1. Действуя в рамках предоставленных ему полномочий,\r\nфедеральный законодатель урегулировал отношения по обязательному\r\nсоциальному страхованию от несчастных случаев на производстве и\r\nпрофессиональных заболеваний в Трудовом кодексе Российской\r\nФедерации (статьи 184 и 219 - 231) и Федеральном законе от 24 июля\r\n1998 года № 125-ФЗ \"Об обязательном социальном страховании от\r\nнесчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний\",\r\nимея целью гарантировать как социальную защиту в широком смысле\r\nслова, так и социальное обеспечение застрахованных и иных указанных\r\nв законе лиц при наступлении страхового случая и тем самым - во\r\nисполнение предписаний статей 7, 35, 37, 39 и 41 Конституции\r\nРоссийской Федерации - способствовать созданию безопасных условий\r\nтруда и возмещению вреда, причиненного здоровью работника в\r\nрезультате произошедшего на производстве несчастного случая или\r\nприобретенного им профессионального заболевания.\r\n Согласно Федеральному закону \"Об обязательном социальном\r\nстраховании от несчастных случаев на производстве и\r\nпрофессиональных заболеваний\" обязательное социальное страхование\r\nот несчастных случаев на производстве и профессиональных\r\nзаболеваний предусматривает, в частности, социальную защиту\r\nзастрахованных и возмещение вреда, причиненного их жизни и здоровью\r\nпри исполнении ими обязанностей по трудовому договору, путем\r\nпредоставления в полном объеме всех необходимых видов обеспечения\r\nпо страхованию (пункт 1 статьи 1), которое, в свою очередь,\r\nопределяется как страховое возмещение вреда, причиненного в\r\nрезультате наступления страхового случая жизни и здоровью\r\nзастрахованного, в виде денежных сумм, выплачиваемых либо\r\nкомпенсируемых страховщиком застрахованному или лицам, имеющим на\r\nэто право (абзац четырнадцатый статьи 3). Данный Федеральный закон\r\nв числе основных видов обеспечения по страхованию называет\r\nежемесячные страховые выплаты застрахованному (абзац третий\r\nподпункта 2 пункта 1 статьи 8), устанавливает основания их\r\nназначения и период выплаты - в течение всего времени стойкой\r\nутраты застрахованным профессиональной трудоспособности (пункт 3\r\nстатьи 10), размер и возможность дальнейшего перерасчета исходя из\r\nиндекса роста потребительских цен (статья 12), не ограничивая права\r\nзастрахованных на возмещение причиненного вреда в части,\r\nпревышающей обеспечение по страхованию, предусмотренное данным\r\nФедеральным законом (пункт 2 статьи 1).\r\n Конституционный Суд Российской Федерации в сохраняющих свою\r\nсилу решениях отметил, что закрепленный в Федеральном законе\r\n\"Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на\r\nпроизводстве и профессиональных заболеваний\" принцип\r\nгарантированности возмещения причиненного вреда предполагает защиту\r\nнарушенных прав в полном объеме (определения от 1 декабря 2005 года\r\n№ 460-О и от 3 ноября 2006 года № 445-О); в силу пункта 2 статьи 1\r\nданного Федерального закона предусмотренное им право застрахованных\r\nна возмещение вреда в части, превышающей обеспечение по\r\nстрахованию, не ограничивается: работодатель несет ответственность\r\nза вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им\r\nтрудовых обязанностей, в порядке главы 59 ГК Российской Федерации\r\nоб обязательствах вследствие причинения вреда (определения от\r\n11 июля 2006 года № 301-О и от 21 декабря 2006 года № 580-О), в\r\nкоторой, в частности, определены объем и характер возмещения вреда,\r\nпричиненного гражданину повреждением здоровья при исполнении им\r\nдоговорных обязательств, а также размер подлежащего возмещению\r\nутраченного потерпевшим заработка (дохода) (статьи 1084, 1085 и\r\n1086).\r\n Таким образом, предусмотренные Федеральным законом\r\n\"Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на\r\nпроизводстве и профессиональных заболеваний\" ежемесячные страховые\r\nвыплаты застрахованным лицам в связи с наступлением страхового\r\nслучая (подтвержденного в надлежащем порядке факта повреждения\r\nздоровья вследствие несчастного случая на производстве или\r\nпрофессионального заболевания) в установленном данным Федеральным\r\nзаконом размере, в том числе с учетом его индексации (один раз\r\nв год исходя из индекса роста потребительских цен), являясь одним\r\nиз видов обеспечения по страхованию, направлены на возмещение\r\nвреда, причиненного здоровью застрахованного при исполнении им\r\nобязанностей по трудовому договору. Предназначение этого\r\nобеспечения в механизме правового регулирования и его целевую\r\nнаправленность не меняет то обстоятельство, что оно предоставляется\r\nФондом социального страхования Российской Федерации как особым\r\nсубъектом соответствующих правоотношений, публично-правовая природа\r\nкоторого тем более предполагает - с тем чтобы был достигнут баланс\r\nконституционно защищаемых ценностей - учет тяжелой жизненной\r\nситуации, в которой находится лицо, чьему здоровью причинен вред.\r\n 3.2. Как следует из правоприменительной практики, включая дела\r\nс участием В.С.Волосникова, с 2015 года при решении вопроса о\r\nвозможности поворота исполнения отмененного в кассационном или\r\nнадзорном порядке решения суда по делу о взыскании ежемесячных\r\nстраховых выплат, предусмотренных Федеральным законом\r\n\"Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на\r\nпроизводстве и профессиональных заболеваний\", суды не относят такие\r\nвыплаты к денежным суммам в возмещение вреда, причиненного увечьем\r\nили иным повреждением здоровья, указывая, что страховщик и\r\nзастрахованный не являются субъектами возникающих вследствие\r\nпричинения вреда обязательств, и обязывают гражданина, в пользу\r\nкоторого ранее на основании вступившего в законную силу решения\r\nсуда были взысканы такие выплаты (в том числе с учетом их\r\nиндексации), возвратить страховщику - Фонду социального страхования\r\nРоссийской Федерации (его территориальному органу) соответствующие\r\nсуммы.\r\n Между тем гражданин, получивший в порядке исполнения судебного\r\nрешения ежемесячные страховые выплаты, предусмотренные данным\r\nФедеральным законом, не должен претерпевать всю полноту\r\nнеблагоприятных последствий (поворота исполнения решения) в\r\nслучаях, если это решение отменено судом кассационной или надзорной\r\nинстанции как ошибочное, притом что отмененное решение не было\r\nосновано на сообщенных истцом ложных сведениях или представленных\r\nим подложных документах.\r\n Соответствующий подход нашел отражение в статье 1109 ГК\r\nРоссийской Федерации, согласно подпункту 3 которой не подлежат\r\nвозврату в качестве неосновательного обогащения суммы в возмещение\r\nвреда, причиненного жизни или здоровью, предоставленные гражданину\r\nв качестве средства к существованию, при отсутствии\r\nнедобросовестности с его стороны и счетной ошибки. Как указал\r\nКонституционный Суд Российской Федерации, предусмотренное главой 60\r\nданного Кодекса правовое регулирование обязательств вследствие\r\nнеосновательного обогащения, а значит, и его статья 1109, не\r\nисключает использования института неосновательного обогащения за\r\nпределами гражданско-правовой сферы и обеспечения тем самым с его\r\nпомощью баланса публичных и частных интересов, отвечающего\r\nконституционным требованиям о недопустимости осуществления прав и\r\nсвобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц,\r\nа также принципам равенства и справедливости (постановления от\r\n24 марта 2017 года № 9-П и от 26 февраля 2018 года № 10-П).\r\n Следовательно, судам при рассмотрении в конкретном деле\r\nвопроса о возможности поворота исполнения судебного решения,\r\nотмененного в кассационном или надзорном порядке, о присуждении\r\nежемесячных страховых выплат, предусмотренных Федеральным законом\r\n\"Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на\r\nпроизводстве и профессиональных заболеваний\" (в том числе с учетом\r\nих индексации), исходя из их общего предназначения - в системе\r\nдействующего правового регулирования - с суммами, выплачиваемыми\r\nработодателем в возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью\r\nработника, по правилам, определенным главой 59 ГК Российской\r\nФедерации, следует руководствоваться абзацем вторым части третьей\r\nстатьи 445 ГПК Российской Федерации.\r\n 4. Таким образом, абзац второй части третьей статьи 445 ГПК\r\nРоссийской Федерации не противоречит Конституции Российской\r\nФедерации, поскольку содержащееся в нем положение по своему\r\nконституционно-правовому смыслу не предполагает поворот исполнения\r\nрешения суда о взыскании в пользу застрахованного лица ежемесячных\r\nстраховых выплат в связи с наступлением страхового случая\r\n(подтвержденного в установленном порядке факта повреждения здоровья\r\nвследствие несчастного случая на производстве или профессионального\r\nзаболевания) в предусмотренном Федеральным законом \"Об обязательном\r\nсоциальном страховании от несчастных случаев на производстве и\r\nпрофессиональных заболеваний\" размере, в том числе с учетом\r\nиндексации данных выплат, в случае отмены такого судебного решения\r\nв кассационном или надзорном порядке, если отмененное решение не\r\nбыло основано на сообщенных истцом ложных сведениях или\r\nпредставленных им подложных документах.\r\n Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 6, 47-1, 71,\r\n72, 74, 75, 78, 79 и 100 Федерального конституционного закона\r\n\"О Конституционном Суде Российской Федерации\", Конституционный Суд\r\nРоссийской Федерации\r\n\r\n п о с т а н о в и л:\r\n\r\n 1. Признать абзац второй части третьей статьи 445 ГПК\r\nРоссийской Федерации не противоречащим Конституции Российской\r\nФедерации, поскольку - по своему конституционно-правовому смыслу в\r\nсистеме действующего правового регулирования - содержащееся в нем\r\nположение не может служить основанием для поворота исполнения\r\nрешений суда о взыскании в пользу гражданина предусмотренных\r\nФедеральным законом \"Об обязательном социальном страховании от\r\nнесчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний\"\r\nежемесячных страховых выплат в установленном данным Федеральным\r\nзаконом размере, в том числе с учетом их индексации, в случае\r\nотмены таких судебных решений в кассационном или надзорном порядке,\r\nпри условии что отмененное решение не было основано на сообщенных\r\nистцом ложных сведениях или представленных им подложных документах.\r\n 2. Выявленный в настоящем Постановлении\r\nконституционно-правовой смысл абзаца второго части третьей статьи\r\n445 ГПК Российской Федерации является общеобязательным, что\r\nисключает любое иное его истолкование в правоприменительной\r\nпрактике.\r\n 3. Правоприменительные решения, принятые по делам гражданина\r\nВолосникова Владимира Степановича на основании абзаца второго части\r\nтретьей статьи 445 ГПК Российской Федерации в истолковании,\r\nрасходящемся с его конституционно-правовым смыслом, выявленным в\r\nнастоящем Постановлении, подлежат пересмотру в установленном\r\nпорядке.\r\n 4. Настоящее Постановление окончательно, не подлежит\r\nобжалованию, вступает в силу со дня официального опубликования,\r\nдействует непосредственно и не требует подтверждения другими\r\nорганами и должностными лицами.\r\n 5. Настоящее Постановление подлежит незамедлительному\r\nопубликованию в \"Российской газете\", \"Собрании законодательства\r\nРоссийской Федерации\" и на \"Официальном интернет-портале правовой\r\nинформации\" (www.pravo.gov.ru). Постановление должно быть\r\nопубликовано также в \"Вестнике Конституционного Суда Российской\r\nФедерации\".\r\n\r\n\r\n Конституционный Суд\r\n Российской Федерации\r\n\r\n № 40-П\r\n
" }