\r\n\r\n\r\n\r\n ОПРЕДЕЛЕНИЕ\r\n\r\n КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ\r\n\r\n\r\n об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина\r\n Коновальчикова Ярослава Андреевича на нарушение его\r\n конституционных прав статьей 1069 Гражданского кодекса\r\n Российской Федерации\r\n\r\n город Санкт-Петербург 16 января 2018 года\r\n\r\n Конституционный Суд Российской Федерации в составе\r\nПредседателя В.Д.Зорькина, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова,\r\nН.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой,\r\nС.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой,\r\nС.П.Маврина, Ю.Д.Рудкина, О.С.Хохряковой, В.Г.Ярославцева,\r\n заслушав заключение судьи Ю.Д.Рудкина, проводившего на\r\nосновании статьи 41 Федерального конституционного закона\r\n\"О Конституционном Суде Российской Федерации\" предварительное\r\nизучение жалобы гражданина Я.А.Коновальчикова,\r\n\r\n у с т а н о в и л:\r\n\r\n 1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации\r\nгражданин Я.А.Коновальчиков оспаривает конституционность статьи\r\n1069 ГК Российской Федерации, согласно которой вред, причиненный\r\nгражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий\r\n(бездействия) государственных органов, органов местного\r\nсамоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в\r\nрезультате издания не соответствующего закону или иному правовому\r\nакту акта государственного органа или органа местного\r\nсамоуправления, подлежит возмещению; вред возмещается за счет\r\nсоответственно казны Российской Федерации, казны субъекта\r\nРоссийской Федерации или казны муниципального образования.\r\n Как следует из представленных материалов, 7 июля 1999 года в\r\nпериод прохождения Я.А.Коновальчиковым службы по призыву ему был\r\nпричинен тяжкий вред здоровью - сквозное пулевое ранение груди,\r\nполученное им при следующих обстоятельствах: рядовой Б., также\r\nпроходивший военную службу по призыву и пришедший сменить\r\nЯ.А.Коновальчикова на посту по охране оружия и боеприпасов, в\r\nпорядке шутки направил на Я.А.Коновальчикова автомат и, забыв, что\r\nк автомату пристегнут магазин, передернул затвор и произвел\r\nвыстрел.\r\n Согласно приказу командира воинской части от 16 июля 1999 года\r\nпричинами происшествия явились недостаточная воспитательная работа\r\nс военнослужащими со стороны заместителя начальника КП по\r\nвоспитательной работе, недостаточная работа в вопросах изучения\r\nстрелкового оружия и правил обращения с ним со стороны заместителя\r\nначальника КП по вооружению, отсутствие организации соответствующих\r\nзанятий в подразделении, руководимом капитаном К., попустительство\r\nв вопросах руководства военнослужащими караула со стороны\r\nначальника караула и разводящего. В связи с этим указанные\r\nдолжностные лица были привлечены к дисциплинарной ответственности:\r\nзаместителю начальника КП по воспитательной работе, заместителю\r\nначальника КП по вооружению, командиру роты связи объявлены\r\nвыговоры, начальнику караула объявлен строгий выговор, а\r\nразводящему снижено воинское звание на одну ступень.\r\n Приговором Новороссийского гарнизонного военного суда от\r\n9 ноября 1999 года Б. был признан виновным в совершении\r\nпреступления, предусмотренного частью первой статьи 349 УК\r\nРоссийской Федерации (нарушение правил обращения с оружием и\r\nпредметами, представляющими повышенную опасность для окружающих,\r\nповлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью\r\nчеловека), и осужден к шести месяцам содержания в дисциплинарной\r\nвоинской части (условно).\r\n 7 февраля 2000 года по случаю полученной Я.А.Коновальчиковым\r\nтравмы ему выплачена страховая сумма; поскольку необходимые для\r\nпринятия решения о выплате страховой суммы по случаю установления\r\nинвалидности и досрочного увольнения с военной службы документы в\r\nадрес страховой компании не поступали, Я.А.Коновальчикову было\r\nразъяснено его право на обращение в военный комиссариат по месту\r\nжительства для надлежащего оформления документов.\r\n В 2016 году Я.А.Коновальчиков, полагавший, что причинением\r\nвреда здоровью во время прохождения военной службы по призыву ему\r\nбыл нанесен моральный вред, обратился в суд с соответствующим иском\r\nк Министерству обороны Российской Федерации и Министерству финансов\r\nРоссийской Федерации, указывая в обоснование своих требований, что\r\nв связи с полученной травмой, выразившейся в значительном нарушении\r\nфункций левой руки и нейроциркулярной дистонии кардиального типа,\r\nон испытывает частые боли.\r\n Решением Пресненского районного суда города Москвы от\r\n26 января 2016 года, оставленным без изменения апелляционным\r\nопределением судебной коллегии по гражданским делам Московского\r\nгородского суда от 30 мая 2016 года, Я.А.Коновальчикову в\r\nудовлетворении его требований было отказано. Определением судьи\r\nМосковского городского суда от 6 декабря 2016 года в передаче\r\nкассационной жалобы заявителя для рассмотрения президиумом этого\r\nсуда также отказано.\r\n Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от\r\n6 февраля 2017 года было отказано в передаче кассационной жалобы\r\nЯ.А.Коновальчикова для рассмотрения в судебном заседании Судебной\r\nколлегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации,\r\nа заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации не\r\nнашел оснований не согласиться с данным решением (письмо от\r\n21 марта 2017 года).\r\n Отказывая в удовлетворении требований Я.А.Коновальчикова, суды\r\nисходили из того, что обязанность компенсации морального вреда за\r\nсчет казны может быть возложена на соответствующие государственные\r\nорганы при наличии вины этих органов или их должностных лиц в\r\nпричинении такого вреда; вред же здоровью Я.А.Коновальчикова был\r\nпричинен действиями военнослужащего, не являющегося должностным\r\nлицом государственного органа.\r\n По мнению заявителя, примененная в его деле статья 1069 ГК\r\nРоссийской Федерации не соответствует статьям 2, 7, 19, 35, 37, 39,\r\n41, 45, 53 и 55 Конституции Российской Федерации, поскольку по\r\nсмыслу, приданному в его конкретном деле судами, она ограничивает\r\nправо военнослужащего на возмещение государством вреда,\r\nпричиненного его здоровью при прохождении военной службы по\r\nпризыву, если непосредственный причинитель вреда - также проходящий\r\nвоенную службу по призыву военнослужащий, не имеющий статуса\r\nдолжностного лица.\r\n 2. В соответствии со статьей 53 Конституции Российской\r\nФедерации каждый имеет право на возмещение государством вреда,\r\nпричиненного незаконными действиями (или бездействием) органов\r\nгосударственной власти или их должностных лиц. Из содержания данной\r\nконституционной нормы следует, что действия (или бездействие)\r\nорганов государственной власти или их должностных лиц, причинившие\r\nвред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности\r\nэтот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий\r\nорганов государственной власти или их должностных лиц наделяется\r\nправом требовать от государства справедливого возмещения вреда.\r\n При этом, как неоднократно указывал Конституционный Суд\r\nРоссийской Федерации в своих решениях, государство, по смыслу\r\nстатьи 53 Конституции Российской Федерации, несет обязанность\r\nвозмещения вреда, связанного с осуществлением государственной\r\nдеятельности в различных ее сферах, независимо от возложения\r\nответственности на конкретные органы государственной власти или\r\nдолжностных лиц (Постановление от 1 декабря 1997 года № 18-П;\r\nопределения от 4 июня 2009 года № 1005-О-О и от 25 мая 2017 года\r\n№ 1117-О).\r\n Реализуя требования статьи 53 Конституции Российской Федерации\r\nво взаимосвязи с ее статьей 46 (часть 1), федеральный законодатель\r\nзакрепил в статье 1069 ГК Российской Федерации основания и порядок\r\nвозмещения государством вреда, причиненного незаконными действиями\r\n(или бездействием) органов государственной власти и их должностных\r\nлиц.\r\n Обязательства, возникающие в силу применения норм\r\nгражданско-правового института возмещения вреда, причиненного\r\nактами органов власти или их должностных лиц, по своей юридической\r\nприроде представляют собой правовую форму реализации\r\nгражданско-правовой ответственности, к которой привлекается в\r\nсоответствии с предписанием закона причинитель вреда (статья 1064\r\nГК Российской Федерации). В частности, статья 1069 ГК Российской\r\nФедерации содержит норму об ответственности за вред, причиненный\r\nгосударственными органами, органами местного самоуправления, а\r\nтакже их должностными лицами. Применение данной нормы предполагает\r\nналичие как общих условий деликтной (т.е. внедоговорной)\r\nответственности (наличие вреда, противоправность действий его\r\nпричинителя, наличие причинной связи между вредом и противоправными\r\nдействиями, вины причинителя), так и специальных условий такой\r\nответственности, связанных с особенностями субъекта ответственности\r\nи характера его действий (Определение Конституционного Суда\r\nРоссийской Федерации от 4 июня 2009 года № 1005-О-О).\r\n Указанные нормы Гражданского кодекса Российской Федерации,\r\nустанавливающие основания ответственности государства, носят общий\r\nхарактер и применимы как к возмещению имущественного, так и\r\nморального вреда, причиненного государственными органами и их\r\nдолжностными лицами.\r\n 2.1. Конституционный Суд Российской Федерации, обращаясь к\r\nвопросам об основаниях возложения на государство обязанности по\r\nвозмещению вреда, причиненного здоровью военнослужащих при\r\nпрохождении ими военной службы, неоднократно указывал в своих\r\nрешениях, что взаимосвязанные положения статей 1064, 1069 и 1084 ГК\r\nРоссийской Федерации предполагают в случае установления вины\r\nгосударственных органов или их должностных лиц в причинении данного\r\nвреда обеспечение выплаты государством в полном объеме в порядке\r\nглавы 59 данного Кодекса за счет соответствующей казны возмещения\r\nтакого вреда в качестве меры гражданско-правовой ответственности\r\nгосударственных органов и их должностных лиц как причинителей\r\nтакого вреда (постановления от 20 октября 2010 года № 18-П и от\r\n17 мая 2011 года № 8-П).\r\n Военная служба, как подчеркивал Конституционный Суд Российской\r\nФедерации, является особым видом государственной службы,\r\nнепосредственно связанной с обеспечением обороны страны и\r\nбезопасности государства, которая, по смыслу статей 32 (часть 4),\r\n37 (часть 1) и 59 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации,\r\nосуществляется в публичных интересах, а лица, несущие такого рода\r\nслужбу как по контракту, так и по призыву, выполняют конституционно\r\nзначимые функции, чем обусловливается их правовой статус, а также\r\nсодержание и характер обязанностей государства по отношению к ним\r\n(постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая\r\n2014 года № 15-П, от 19 июля 2016 года № 16-П и др.).\r\n Обязанности, возлагаемые на лиц, несущих военную и аналогичную\r\nей службу, предполагают необходимость выполнения ими поставленных\r\nзадач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным\r\nриском для жизни и здоровья, что - в силу Конституции Российской\r\nФедерации, в частности ее статей 37 (части 1 и 3), 39 (части 1 и\r\n2), 41 (часть 1), 45 (часть 1), 59 и 71 (пункты \"в\", \"м\"), - влечет\r\nобязанность государства гарантировать им материальное обеспечение в\r\nслучае причинения вреда жизни или здоровью в период прохождения\r\nслужбы. Выбор правовых средств, направленных на возмещение такого\r\nвреда, относится к дискреции федерального законодателя, который,\r\nосуществляя на основании статьи 76 Конституции Российской Федерации\r\nсоответствующее правовое регулирование, обязан предусматривать\r\nэффективные гарантии прав указанных лиц, адекватные правовой\r\nприроде и целям возмещения вреда, причиненного их жизни или\r\nздоровью, характеру возникающих между ними и государством\r\nправоотношений (постановления Конституционного Суда Российской\r\nФедерации от 15 июля 2009 года № 13-П, от 20 октября 2010 года 18-П\r\nи др.).\r\n Конкретизируя названные положения Конституции Российской\r\nФедерации, федеральный законодатель закрепил в числе особых\r\nпублично-правовых способов возмещения вреда, причиненного жизни или\r\nздоровью военнослужащих при исполнении ими обязанностей военной\r\nслужбы, обязательное государственное страхование жизни и здоровья\r\nвоеннослужащих, специальное пенсионное обеспечение и систему мер\r\nсоциальной защиты, цель которых - в максимальной степени\r\nкомпенсировать последствия изменения их материального и социального\r\nстатуса, обеспечив соразмерный получавшемуся денежному довольствию\r\nуровень возмещения вреда.\r\n Наряду с указанными публично-правовыми механизмами возмещения\r\nвреда военнослужащим действуют также и гражданско-правовые\r\nмеханизмы возмещения вреда. Так, вред, причиненный жизни или\r\nздоровью гражданина при исполнении обязанностей военной службы,\r\nвозмещается по правилам главы 59 ГК Российской Федерации, если\r\nзаконом или договором не предусмотрен более высокий размер\r\nответственности (статья 1084 указанного Кодекса). Компенсация\r\nморального вреда согласно пункту 5 статьи 18 \"Страховые гарантии\r\nвоеннослужащим. Право на возмещение вреда\" Федерального закона от\r\n27 мая 1998 года № 76-ФЗ \"О статусе военнослужащих\" осуществляется\r\nпо правилам гражданского законодательства.\r\n 2.2. Федеральный закон \"О статусе военнослужащих\" прямо\r\nвозлагает на государство функции правовой и социальной защиты\r\nвоеннослужащих, проходящих военную службу по контракту или военную\r\nслужбу по призыву в соответствии с Федеральным законом от 28 марта\r\n1998 года № 53-ФЗ \"О воинской обязанности и военной службе\",\r\nкоторые включают в себя обязанность по охране жизни и здоровья\r\nвоеннослужащих, по реализации иных мер, направленных на создание\r\nусловий жизни и деятельности, соответствующих характеру военной\r\nслужбы и ее роли в обществе (пункт 3 статьи 3); реализация мер\r\nправовой и социальной защиты военнослужащих осуществляется органами\r\nгосударственной власти, федеральными государственными органами,\r\nорганами местного самоуправления, федеральными судами общей\r\nюрисдикции, правоохранительными органами в пределах их полномочий,\r\nа также является обязанностью командиров (начальников) (пункт 4\r\nстатьи 3).\r\n Кроме того, согласно названному Федеральному закону охрана\r\nздоровья военнослужащих обеспечивается созданием благоприятных\r\nусловий военной службы, быта и системой мер по ограничению опасных\r\nфакторов военной службы, проводимой командирами во взаимодействии с\r\nорганами государственной власти; забота о сохранении и об\r\nукреплении здоровья военнослужащих - обязанность командиров; они\r\nдолжны обеспечивать безопасность при проведении учений, иных\r\nмероприятий боевой подготовки, во время эксплуатации вооружения и\r\nвоенной техники, при производстве работ, исполнении других\r\nобязанностей военной службы (пункт 1 статьи 16); командиры являются\r\nединоначальниками и отвечают в мирное и военное время за постоянную\r\nбоевую и мобилизационную готовность, успешное выполнение боевых\r\nзадач, боевую подготовку, воспитание, воинскую дисциплину,\r\nправопорядок, морально-психологическое состояние подчиненного\r\nличного состава и, в числе прочего, безопасность военной службы\r\n(пункт 2 статьи 27).\r\n Согласно пункту 3 статьи 27 Федерального закона \"О статусе\r\nвоеннослужащих\" военнослужащие, находящиеся на боевом дежурстве\r\n(боевой службе), в суточном и гарнизонном нарядах, привлеченные для\r\nликвидации последствий стихийных бедствий, а также при других\r\nчрезвычайных обстоятельствах исполняют специальные обязанности,\r\nопределенные нормативными правовыми актами, в частности в настоящее\r\nвремя - Уставом гарнизонной и караульной служб вооруженных сил\r\nРоссийской Федерации, утвержденным Указом Президента Российской\r\nФедерации от 10 ноября 2007 года № 1495. Так, согласно Уставу\r\nвоеннослужащий, находящийся на боевом дежурстве, в суточном и\r\nгарнизонном нарядах, включая рядового, проходящего военную службу\r\nпо призыву и включенного в состав караула (являющегося часовым),\r\nреализует тем самым одну из форм несения военной службы, обладает\r\nособым статусом, в том числе наделяющим его неприкосновенностью и\r\nобязывающим иных лиц беспрекословно выполнять его требования,\r\nопределяемые службой (пункт 204), и находится под контролем\r\nвышестоящих военнослужащих, в том числе командиров (начальников),\r\nкоторые несут ответственность за его действия.\r\n Учитывая особый характер военной службы, сопряженной со\r\nзначительным риском для жизни и здоровья, а также наличие строгой\r\nсубординации во взаимоотношениях военнослужащих, которые находятся\r\nпод контролем вышестоящих военнослужащих, в том числе командиров\r\n(начальников), несущих ответственность за их действия, при\r\nустановлении судом наличия (отсутствия) оснований для возложения на\r\nгосударство обязанности по выплате компенсации морального вреда,\r\nпричиненного военнослужащему в связи с повреждением его здоровья\r\nдругим военнослужащим, проходящим военную службу по призыву, оценке\r\nво всех случаях должны подлежать как действия непосредственного\r\nпричинителя вреда, так и действия должностных лиц (начальников),\r\nпод контролем которых он находился. Это в полной мере соотносится с\r\nправовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации,\r\nвыраженной в Постановлении от 16 июня 2009 года № 9-П, по смыслу\r\nкоторой суды должны оценивать законность действий не только лица,\r\nкоторое непосредственно причинило вред, но и других лиц, действия\r\nили бездействие которых обусловили наступление неблагоприятных\r\nпоследствий на стороне потерпевшего.\r\n Следовательно, статья 1069 ГК Российской Федерации,\r\nрассматриваемая в системе действующего правового регулирования, не\r\nисключает возможности возмещения военнослужащему за счет казны\r\nРоссийской Федерации морального вреда, наступившего в связи с\r\nповреждением здоровья при исполнении им обязанностей военной\r\nслужбы, если такой вред явился следствием виновных действий\r\n(бездействия) должностных лиц (начальников), выразившихся, в\r\nчастности, в ненадлежащем исполнении ими своих обязанностей, в том\r\nчисле когда непосредственный причинитель вреда - военнослужащий,\r\nпроходящий военную службу по призыву, не обладает статусом\r\nдолжностного лица.\r\n Соответственно, Конституционный Суд Российской Федерации не\r\nусматривает оснований для вывода о том, что оспариваемое заявителем\r\nзаконоположение нарушает его конституционные права, указанные в\r\nжалобе, а потому его жалоба, как не отвечающая критерию\r\nдопустимости, закрепленному Федеральным конституционным законом\r\n\"О Конституционном Суде Российской Федерации\", не может быть\r\nпринята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.\r\n Проверка же законности и обоснованности судебных решений по\r\nделу заявителя, в том числе в части установления и оценки\r\nфактических обстоятельств, к компетенции Конституционного Суда\r\nРоссийской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции\r\nРоссийской Федерации и статье 3 Федерального конституционного\r\nзакона \"О Конституционном Суде Российской Федерации\", не относится.\r\n Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43 и\r\nчастью первой статьи 79 Федерального конституционного закона\r\n\"О Конституционном Суде Российской Федерации\", Конституционный Суд\r\nРоссийской Федерации\r\n\r\n о п р е д е л и л:\r\n\r\n 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина\r\nКоновальчикова Ярослава Андреевича, поскольку она не отвечает\r\nтребованиям Федерального конституционного закона \"О Конституционном\r\nСуде Российской Федерации\", в соответствии с которыми жалоба в\r\nКонституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.\r\n 2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по\r\nданной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.\r\n 3. Настоящее Определение подлежит опубликованию на\r\n\"Официальном интернет-портале правовой информации\"\r\n(www.pravo.gov.ru) и в \"Вестнике Конституционного Суда Российской\r\nФедерации\".\r\n\r\n\r\n Председатель\r\n Конституционного Суда\r\n Российской Федерации В.Д.Зорькин\r\n\r\n № 7-О\r\n
" }