\r\n\r\n\r\n\r\n Именем\r\n Российской Федерации\r\n\r\n П О С Т А Н О В Л Е Н И Е\r\n\r\n КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ\r\n\r\n\r\n по делу о проверке конституционности отдельных положений\r\n статьи 4 Закона Российской Федерации \"О приватизации\r\n жилищного фонда в Российской Федерации\" в связи с запросами\r\n Волгоградской областной Думы, Дмитровского районного суда\r\n Московской области и жалобой гражданина В.А.Мостипанова\r\n\r\n город Москва 3 ноября 1998 года\r\n\r\n Конституционный Суд Российской Федерации в составе\r\nпредседательствующего Н.В.Селезнева, судей Н.В.Витрука,\r\nГ.А.Гаджиева, Т.Г.Морщаковой, Ю.Д.Рудкина, О.И.Тиунова,\r\nБ.С.Эбзеева, В.Г.Ярославцева,\r\n с участием представителя Волгоградской областной Думы -\r\nкандидата юридических наук В.М.Жуковского, судьи Дмитровского\r\nрайонного суда Московской области В.И.Анишиной, представителя\r\nгражданина В.А.Мостипанова - адвоката Е.Ю.Каменских, постоянного\r\nпредставителя Государственной Думы в Конституционном Суде\r\nРоссийской Федерации В.В.Лазарева, представителей Совета\r\nФедерации - адвоката А.Г.Лисицына-Светланова и кандидата\r\nюридических наук И.Н.Шумского, полномочного представителя\r\nПрезидента Российской Федерации в Конституционном Суде Российской\r\nФедерации М.А.Митюкова,\r\n руководствуясь статьей 125 (части 2 и 4) Конституции\r\nРоссийской Федерации, подпунктом \"а\" пункта 1 и пунктом 3 части\r\nпервой, частями второй и третьей статьи 3, статьями 36, 74, 84, 85,\r\n86, 96, 97, 99, 101 и 102 Федерального конституционного закона \"О\r\nКонституционном Суде Российской Федерации\",\r\n рассмотрел в открытом заседании дело о проверке\r\nконституционности положений частей первой и второй статьи 4 Закона\r\nРоссийской Федерации от 4 июля 1991 года \"О приватизации жилищного\r\nфонда в Российской Федерации\" (в редакции от 23 декабря 1992 года).\r\n Поводом к рассмотрению дела явились запрос Волгоградской\r\nобластной Думы, запрос Дмитровского районного суда Московской\r\nобласти и жалоба гражданина В.А.Мостипанова, в которых оспаривается\r\nконституционность положений статьи 4 Закона Российской Федерации \"О\r\nприватизации жилищного фонда в Российской Федерации\", касающихся\r\nприватизации жилых помещений в коммунальных квартирах.\r\n Заслушав сообщение судьи-докладчика Ю.Д.Рудкина, объяснения\r\nсторон и их представителей, заключение эксперта - кандидата\r\nюридических наук В.Н.Литовкина, выступление приглашенного в\r\nзаседание представителя от Верховного Суда Российской Федерации -\r\nН.С.Романенкова, исследовав представленные документы и иные\r\nматериалы, Конституционный Суд Российской Федерации\r\n\r\n у с т а н о в и л:\r\n\r\n 1. В запросе Волгоградской областной Думы оспаривается\r\nконституционность положения части первой статьи 4 Закона Российской\r\nФедерации \"О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации\",\r\nсогласно которому не подлежат приватизации жилые помещения,\r\nнаходящиеся в коммунальных квартирах. По мнению заявителя, данная\r\nнорма противоречит провозглашенному статьей 19 Конституции\r\nРоссийской Федерации принципу равенства граждан перед законом и\r\nсудом, поскольку ставит в неравные условия при приватизации жилья\r\nграждан - нанимателей отдельных квартир и граждан - нанимателей\r\nжилых помещений (комнат) в коммунальных квартирах. Заявитель\r\nполагает, что установленный оспариваемым положением запрет не\r\nсоответствует статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации,\r\nпоскольку не может быть обоснован интересами защиты основ\r\nконституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных\r\nинтересов других лиц.\r\n Аналогичная позиция изложена в запросе Дмитровского городского\r\nсуда Московской области, в производстве которого находится дело по\r\nиску граждан А.Ф.Чубы и Т.М.Масяги. Кроме того, по мнению суда,\r\nзапрет на приватизацию жилых помещений в коммунальных квартирах\r\nпрепятствует реализации права иметь имущество в собственности,\r\nзакрепленного статьей 35 (часть 2) Конституции Российской\r\nФедерации.\r\n В жалобе гражданина В.А.Мостипанова наряду с положением части\r\nпервой статьи 4 Закона Российской Федерации \"О приватизации\r\nжилищного фонда в Российской Федерации\" по тем же основаниям\r\nоспаривается также положение части второй статьи 4, противоречащее,\r\nкак полагает заявитель, указанным в Законе целям и принципам\r\nприватизации (преамбула и статья 11) Согласно этому положению\r\nсобственники жилищного фонда или уполномоченные ими органы, а также\r\nпредприятия, за которыми закреплен жилищный фонд на праве\r\nхозяйственного ведения, и учреждения, в оперативное управление\r\nкоторых передан жилищный фонд, вправе принимать решения о\r\nприватизации, в частности, коммунальных квартир. Оспариваемые\r\nположения - были применены в деле заявителя, что следует из решения\r\nВидновского районного суда Московской области от 26 июня 1998 года.\r\n Поскольку все указанные обращения касаются одного и того же\r\nпредмета, Конституционный Суд Российской Федерации на основании\r\nстатьи 48 Федерального конституционного закона \"О Конституционном\r\nСуде Российской Федерации\" соединил дела по этим обращениям в одном\r\nпроизводстве.\r\n 2. Определением Конституционного Суда Российской Федерации от\r\n5 июня 1995 года было отказано в принятии к рассмотрению жалобы\r\nгражданина Трошина Сергея Васильевича, в которой, как и в данном\r\nделе, оспаривалась конституционность содержащегося в статье 4\r\nЗакона Российской Федерации \"О приватизации жилищного фонда в\r\nРоссийской Федерации\" запрета на приватизацию жилых помещений в\r\nкоммунальных квартирах.\r\n Как указывалось в определении, особые правила приватизации,\r\nисключающие установление различных правовых режимов для жилых\r\nпомещений в коммунальных квартирах и тем самым ограничивающие право\r\nпроживающих в них граждан на приобретение этих помещений в\r\nсобственность, были введены в жилищное законодательство в целях\r\nзащиты законных интересов тех нанимателей жилых помещений в\r\nкоммунальных квартирах, которые в силу разных причин не реализуют\r\nсвое право на приватизацию.\r\n Принимая определение, Конституционный Суд Российской Федерации\r\nисходил из того, что при рассмотрении таких вопросов прежде всего\r\nследует определять, к чьей компетенции - Конституционного Суда\r\nРоссийской Федерации или законодателя - относится их решение. В\r\nданном случае возможное устранение запрета на приватизацию жилых\r\nпомещений в коммунальных квартирах с неизбежностью затронуло бы\r\nзаконные интересы тех нанимателей, которые не желали\r\nприватизировать занимаемые ими жилые помещения. Сочетание законных\r\nинтересов всех нанимателей надлежало обеспечить законодателю. Между\r\nтем в период рассмотрения Конституционным Судом Российской\r\nФедерации жалобы С.В.Трошина не был, в частности, законодательно\r\nрешен вопрос о правовом статусе мест общего пользования в частично\r\nприватизированных квартирах (соответствующая правовая норма\r\nпоявилась в статье 9 (пункт 1) Федерального закона от 15 июня 1996\r\nгода \"О товариществах собственников жилья\").\r\n В такой ситуации устранение из законодательства нормы статьи 4\r\nЗакона Российской Федерации \"О приватизации жилищного фонда в\r\nРоссийской Федерации\" привело бы к возникновению пробелов в\r\nзаконодательном регулировании, которые могли бы повлечь еще большие\r\nограничения и нарушения прав граждан в процессе приватизации.\r\nИменно поэтому жалоба С.В.Трошина не была принята Конституционным\r\nСудом Российской Федерации к рассмотрению.\r\n Кроме того, при вынесении решения по жалобе Конституционный\r\nСуд Российской Федерации анализировал только один из аспектов\r\nконституционного принципа равенства перед законом, а именно\r\nуниверсальность для всех нанимателей запрета на приватизацию жилых\r\nпомещений в коммунальных квартирах, и не касался положений части\r\nвторой статьи 4 Закона, которые допускают в отдельных случаях\r\nприватизацию жилых помещений в коммунальных квартирах.\r\n Принимая определение по жалобе С.В.Трошина, Конституционный\r\nСуд Российской Федерации учитывал, что в тот период решение\r\nвозникшей правовой проблемы относилось к компетенции законодателя.\r\nРеализуя ее, Государственная Дума приняла (3 июня 1998 года) и\r\nСовет Федерации одобрил (10 июня 1998 года) Федеральный закон \"О\r\nвнесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации \"О\r\nприватизации жилищного фонда в Российской Федерации\", который\r\nустранял запрет на приватизацию жилых помещений в коммунальных\r\nквартирах, предусматривая иные способы ликвидации коммунальных\r\nквартир. Однако он не был подписан Президентом Российской\r\nФедерации, поскольку при внесении законопроекта отсутствовало\r\nзаключение Правительства Российской Федерации, как того требует\r\nпункт 3 статьи 104 Конституции Российской Федерации. Таким образом,\r\nдействующее законодательство о приватизации жилья не было изменено.\r\n Устанавливая ранее запрет на приватизацию жилых помещений в\r\nкоммунальных квартирах (часть первая статьи 4 Закона Российской\r\nФедерации \"О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации\"),\r\nзаконодатель исходил из задач государственной жилищной политики по\r\nликвидации коммунальных квартир как способа удовлетворения жилищных\r\nпотребностей человека. Это следует, в частности, из статьи 16\r\nЗакона Российской Федерации от 24 декабря 1992 года \"Об основах\r\nфедеральной жилищной политики\" и из Государственной целевой\r\nпрограммы \"Жилище\", одобренной постановлением Совета Министров -\r\nПравительства Российской Федерации от 20 июня 1993 года N 595.\r\nТаким образом, жилищная политика государства предусматривала в тот\r\nпериод обеспечение каждого человека (каждой семьи) отдельной\r\nквартирой (отдельным домом), и потому введение путем приватизации в\r\nгражданский оборот отдельных жилых помещений в коммунальной\r\nквартире как объектов частной собственности могло бы на том этапе\r\nреально отсрочить выполнение стоящей перед государством задачи.\r\n В настоящее время состояние экономики Российской Федерации,\r\nнедостаток финансовых средств на социальные нужды не дают оснований\r\nрассчитывать на ликвидацию в обозримом будущем коммунальных квартир\r\nкак вида жилищного фонда социального использования. Именно с учетом\r\nданных обстоятельств изменяется конституционно-правовое значение\r\nоспариваемых положений статьи 4 Закона Российской Федерации \"О\r\nприватизации жилищного фонда в Российской Федерации\" и,\r\nследовательно, подход Конституционного Суда Российской Федерации к\r\nих оценке. В этих условиях, учитывая, что возможность\r\nзаконодательного решения вопроса в какой-либо определенный срок не\r\nпредставляется реальной, Конституционный Суд Российской Федерации\r\nпризнал запрос Волгоградской областной Думы, запрос Дмитровского\r\nрайонного суда Московской области и жалобу гражданина\r\nВ.А.Мостипанова допустимыми и принял их к своему рассмотрению.\r\n 3. Приватизация в Российской Федерации обусловлена переходом к\r\nмногообразию форм собственности, свободе экономической\r\nдеятельности, гарантированным, в частности, статьями 8 и 34\r\nКонституции Российской Федерации. Установление права на\r\nприватизацию осуществляется публичной властью. В то же время,\r\nзакрепляя в законе это право, государство обязано обеспечить\r\nвозможность его реализации гражданами, гарантируя при передаче\r\nопределенного имущества в собственность субъектов частного права\r\nсоблюдение принципов и норм, предусмотренных Конституцией\r\nРоссийской Федерации.\r\n Закон Российской Федерации \"О приватизации жилищного фонда в\r\nРоссийской Федерации\" в статье 11 установил, что каждый гражданин\r\nимеет право на приобретение в собственность бесплатно, в порядке\r\nприватизации, жилого помещения в домах государственного и\r\nмуниципального жилищного фонда один раз. Вместе с тем часть первая\r\nстатьи 4 Закона содержит перечень жилых помещений, не подлежащих\r\nприватизации, к числу которых отнесены жилые помещения, находящиеся\r\nв аварийном состоянии, в общежитиях, коммунальных квартирах, в\r\nдомах закрытых военных городков, а также служебные жилые помещения,\r\nза исключением жилищного фонда совхозов и других\r\nсельскохозяйственных предприятий, к ним приравненных.\r\n Определение круга объектов, не подлежащих приватизации, нельзя\r\nсчитать ограничением прав и свобод человека и гражданина, если\r\nцелевое назначение жилого помещения, место его нахождения и другие\r\nобстоятельства, обусловливающие особенности правового режима жилья,\r\nисключают возможность передачи его в частную собственность.\r\n Между тем предоставляемые государственными и муниципальными\r\nжилищными органами жилые помещения в коммунальных квартирах и в\r\nотдельных квартирах, несмотря на определенные объективные отличия,\r\nпо сущностным правовым признакам не различаются, поскольку в\r\nотношении них действуют единые основания предоставления жилья и они\r\nимеют общий правовой режим. Следовательно, применительно к этим\r\nжилым помещениям отсутствуют и объективные основания для\r\nустановления различий в праве на их приватизацию, в том числе для\r\nвведения общего правила, запрещающего приватизацию жилых помещений\r\nв коммунальных квартирах (часть первая статьи 4 Закона Российской\r\nФедерации \"О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации\").\r\nТакой запрет фактически означает законодательное закрепление\r\nнеравенства прав граждан в зависимости от условий их проживания,\r\nчто противоречит статье 19 (части 1 и 2) Конституции Российской\r\nФедерации, провозглашающей равенство граждан перед законом вне\r\nзависимости от каких-либо обстоятельств.\r\n Кроме того, этот универсально сформулированный запрет не\r\nпозволяет дифференцированно подходить к оценке складывающихся у\r\nграждан жизненных ситуаций и может приводить к ограничению их прав,\r\nнесоразмерному целям защиты законных интересов других лиц, что\r\nпротиворечит требованиям статьи 55 (часть 3) Конституции Российской\r\nФедерации.\r\n Признание оспариваемого положения части первой статьи 4 Закона\r\nРоссийской Федерации \"О приватизации жилищного фонда в Российской\r\nФедерации\" не соответствующим указанным нормам Конституции\r\nРоссийской Федерации означает, что граждане, проживающие в\r\nкоммунальных квартирах, имеют право на приватизацию жилых помещений\r\nбез каких-либо предварительных условий, в частности независимо как\r\nот воли собственника коммунальной квартиры и других нанимателей,\r\nтак и от того, приватизируются ли другие жилые помещения в той же\r\nквартире. Это не исключает возможности оспаривать реализацию\r\nданного права в судебном порядке.\r\n 4. Закон Российской Федерации от 24 декабря 1992 года \"Об\r\nосновах федеральной жилищной политики\" допускает при определенных\r\nобстоятельствах передачу освободившихся в коммунальной квартире\r\nжилых помещений в частную собственность других нанимателей этой\r\nквартиры (часть вторая статьи 16), т. е. запрет на приватизацию\r\nжилых помещений в коммунальных квартирах не является абсолютным.\r\nЭто следует также из части второй статьи 4 Закона Российской\r\nФедерации \"О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации\",\r\nпозволяющей собственникам жилищного фонда или уполномоченным ими\r\nорганам, а также предприятиям, за которыми закреплен жилищный фонд\r\nна праве хозяйственного ведения, и учреждениям, в оперативное\r\nуправление которых передан жилищный фонд, принимать решения о\r\nприватизации. Однако для граждан возможность осуществить\r\nприватизацию на основании этой нормы связана с дополнительными,\r\nограничительными по своему характеру, условиями. Одним из таких\r\nусловий является решение собственника (владельца) жилья, который\r\nвправе произвольно, не будучи связанным какими-либо установленными\r\nв законе предпосылками, разрешить или не разрешить приватизацию.\r\nСогласно же сложившейся правоприменительной практике, основанной на\r\nограничительном толковании части второй статьи 4 Закона Российской\r\nФедерации \"О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации\",\r\nкоммунальная квартира приватизируется только как совокупность всех\r\nее жилых помещений, т. е. только в том случае, если все наниматели\r\nв такой квартире изъявляют желание стать собственниками занимаемого\r\nими жилья. Тем самым реализация права на приватизацию жилого\r\nпомещения поставлена в зависимость от субъективного усмотрения как\r\nсамого собственника (владельца) жилья, так и нанимателей других\r\nжилых помещений в коммунальной квартире.\r\n Стремление учесть волю других нанимателей в принципе может\r\nбыть обосновано положением статьи 17 (часть 3) Конституции\r\nРоссийской Федерации, согласно которому осуществление прав и свобод\r\nчеловека и гражданина не должно нарушать права и свободы других\r\nлиц. Однако установленное оспариваемой нормой регулирование, как\r\nподтверждает практика, не исключает, что гражданин, являющийся\r\nнанимателем жилого помещения в коммунальной квартире, может\r\nпроизвольно (необоснованно) препятствовать приватизации.\r\nСледовательно, оспариваемая норма не согласуется в полной мере с\r\nцелями и сущностью указанного положения статьи 17 (часть 3)\r\nКонституции Российской Федерации.\r\n 5. Согласно части третьей статьи 8 Закона Российской Федерации\r\n\"О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации\" в случае\r\nнарушения прав гражданина при решении вопросов приватизации жилья\r\nон вправе обратиться в суд. В соответствии с этим положением Пленум\r\nВерховного Суда Российской Федерации в своем постановлении от 24\r\nавгуста 1993 года N 8 \"О некоторых вопросах применения судами\r\nЗакона Российской Федерации \"О приватизации жилищного фонда в\r\nРоссийской Федерации\" подтвердил, что судам подведомственны дела,\r\nвозникающие в связи с осуществлением и защитой прав граждан при\r\nприватизации занимаемых ими жилых помещений в государственном и\r\nмуниципальном жилищном фонде, включая ведомственный жилищный фонд\r\n(жилищный фонд, находящийся в хозяйственном ведении предприятий или\r\nоперативном управлении учреждений). Однако при имеющемся\r\nзаконодательном регулировании граждане, желающие приватизировать\r\nжилые помещения в таких квартирах, лишены возможности реально\r\nвоспользоваться судебной защитой от нарушающих их права действий\r\nкак собственника, так и других нанимателей.\r\n Как показывает практика применения части второй статьи 4\r\nЗакона Российской Федерации \"О приватизации жилищного фонда в\r\nРоссийской Федерации, суд, установив отсутствие разрешения со\r\nстороны собственника или согласия других нанимателей на\r\nприватизацию, может лишь отказать гражданину в праве на\r\nприватизацию, что противоречит принципу равенства перед судом\r\n(статья 19, часть 1, Конституции Российской Федерации). При этом\r\nЗакон не требует от суда ни установления фактов возможного\r\nзлоупотребления правом, ни исследования им обоснованности отказа в\r\nприватизации со стороны собственника.\r\n То, что суды, исходя из оспариваемой нормы, ограничиваются\r\nлишь формальным подтверждением отсутствия разрешения (согласия) на\r\nприватизацию, умаляет предусмотренное статьей 46 Конституции\r\nРоссийской Федерации право на судебную защиту и противоречит\r\nтребованиям реального обеспечения прав и свобод граждан правосудием\r\n(статья 18 Конституции Российской Федерации). Данная правовая\r\nпозиция была сформулирована Конституционным Судом Российской\r\nФедерации в постановлении от 6 июня 1995 года по делу о проверке\r\nконституционности абзаца 2 части седьмой статьи 19 Закона РСФСР от\r\n18 апреля 1991 года \"О милиции\" в связи с жалобой гражданина\r\nВ.М.Минакова.\r\n Таким образом, оспариваемое положение части второй статьи 4\r\nЗакона Российской Федерации \"О приватизации жилищного фонда в\r\nРоссийской Федерации\" противоречит также статьям 18 и 46 (части 1 и\r\n2) Конституции Российской Федерации.\r\n 6. Представитель Волгоградской областной Думы в судебном\r\nзаседании обосновывал неконституционность части первой статьи 4\r\nЗакона Российской Федерации \"О приватизации жилищного фонда в\r\nРоссийской Федерации\" также тем, что установление запрета\r\nприватизации жилых помещений в коммунальных квартирах выходит за\r\nпределы ведения Российской Федерации и ограничивает правомочия\r\nместного самоуправления по владению, пользованию и распоряжению\r\nмуниципальной собственностью, закрепленные в статье 130 (часть 1)\r\nКонституции Российской Федерации.\r\n Между тем указанные конституционные правомочия не предполагают\r\nобязательного наличия у органов местного самоуправления особых\r\nнормотворческих полномочий. Законодательство о приватизации\r\nотносится к ведению Российской Федерации, что, в частности,\r\nвытекает из статьи 71 (пункт \"ж\") Конституции Российской Федерации.\r\n В то же время вопрос о том, не нарушает ли часть первая статьи\r\n4 Закона Российской Федерации \"О приватизации жилищного фонда в\r\nРоссийской Федерации\" права местного самоуправления, не может быть\r\nразрешен без оценки конституционности ряда норм федеральных\r\nзаконов, не являющихся предметом рассмотрения по данному делу.\r\nПоэтому Конституционный Суд Российской Федерации не проверяет в\r\nданном деле соответствие указанной нормы статье 130 Конституции\r\nРоссийской Федерации.\r\n Исходя из изложенного и руководствуясь частями первой и второй\r\nстатьи 71, статьями 72, 74, 75, 79, 87, 100 и 104 Федерального\r\nконституционного закона \"О Конституционном Суде Российской\r\nФедерации\", Конституционный Суд Российской Федерации\r\n\r\n п о с т а н о в и л:\r\n\r\n 1. Признать статью 4 Закона Российской Федерации \"О\r\nприватизации жилищного фонда в Российской Федерации\" в части,\r\nограничивающей приватизацию жилых помещений в коммунальных\r\nквартирах государственного и муниципального жилищного фонда\r\nсоциального использования, не соответствующей Конституции\r\nРоссийской Федерации, ее статьям 19 (части 1 и 2), 46 (части 1 и 2)\r\nи 55 (часть 3).\r\n 2. Согласно частям первой и второй статьи 79 Федерального\r\nконституционного закона \"О Конституционном Суде Российской\r\nФедерации\" настоящее Постановление окончательно, не подлежит\r\nобжалованию, вступает в силу немедленно после его провозглашения и\r\nдействует непосредственно.\r\n 3. В соответствии с частью третьей статьи 79 Федерального\r\nконституционного закона \"О Конституционном Суде Российской\r\nФедерации\" положения статьи 4 Закона Российской Федерации \"О\r\nприватизации жилищного фонда в Российской Федерации\", признанные\r\nнеконституционными, утрачивают силу с момента провозглашения\r\nнастоящего Постановления.\r\n 4. В соответствии с частью четвертой статьи 79 Федерального\r\nконституционного закона \"О Конституционном Суде Российской\r\nФедерации\" и исходя из того, что признание названных в пункте 1\r\nрезолютивной части настоящего Постановления положений статьи 4\r\nЗакона Российской Федерации \"О приватизации жилищного фонда в\r\nРоссийской Федерации\" неконституционными создает пробел в правовом\r\nрегулировании, при возобновлении производства в Дмитровском\r\nрайонном суде Московской области по иску граждан А.Ф.Чубы и\r\nТ.М.Масяги подлежат применению непосредственно действующие нормы\r\nКонституции Российской Федерации.\r\n 5. Согласно части второй статьи 100 Федерального\r\nконституционного закона \"О Конституционном Суде Российской\r\nФедерации\" дело гражданина В.А.Мостипанова, разрешенное на\r\nосновании признанных неконституционными положений статьи 4 Закона\r\nРоссийской Федерации \"О приватизации жилищного фонда в Российской\r\nФедерации\", подлежит пересмотру в установленном порядке.\r\n 6. Согласно статье 78 Федерального конституционного закона \"О\r\nКонституционном Суде Российской Федерации\" настоящее Постановление\r\nподлежит незамедлительному опубликованию в \"Собрании\r\nзаконодательства Российской Федерации\" и \"Российской газете\".\r\nПостановление должно быть также опубликовано в \"Вестнике\r\nКонституционного Суда Российской Федерации\".\r\n\r\n\r\n Конституционный Суд\r\n Российской Федерации\r\n\r\n N 25-П\r\n\r\n
", "tounitid": null, "toparaid": "", "rdk": 0, "baseid": "c000000000" }