\r\n\r\n\r\n\r\n Именем\r\n Российской Федерации\r\n\r\n П О С Т А Н О В Л Е Н И Е\r\n\r\n КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ\r\n\r\n\r\n по делу о проверке конституционности отдельных положений статей\r\n 331 и 464 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с\r\n жалобами ряда граждан\r\n\r\n город Москва 2 июля 1998 года\r\n\r\n Конституционный Суд Российской Федерации в составе\r\nпредседательствующего В.Г.Ярославцева, судей Н.В.Витрука,\r\nГ.А.Гаджиева, Л.М.Жарковой, А.Л.Кононова, Т.Г.Морщаковой,\r\nН.В.Селезнева, Б.С.Эбзеева,\r\n с участием сторон и их представителей: граждан Е.П.Смирновой и\r\nН.Ф.Шалатоновой, адвокатов Т.Н.Кущак, В.К.Левковского,\r\nА.Г.Манова, К.А.Москаленко, А.Н.Мусаткина, А.П.Петренко,\r\nА.Б.Петрова - представителей граждан А.А.Гуральника, А.Ю.Жевченко,\r\nС.Н.Романцова, А.Ю.Свистельникова, О.Ю.Сединко, Е.П.Смирновой,\r\nВ.А.Падерова; адвоката В.В.Киселева - представителя Государственной\r\nДумы и адвоката А.Г.Лисицына-Светланова - представителя Совета\r\nФедерации,\r\n руководствуясь статьей 125 (часть 4) Конституции Российской\r\nФедерации, пунктом 3 части первой, частями второй и третьей статьи\r\n3, пунктом 3 части второй статьи 22, статьями 36, 74, 96, 97, 99 и\r\n86 Федерального конституционного закона \"О Конституционном Суде\r\nРоссийской Федерации\",\r\n рассмотрел в открытом заседании дело о проверке\r\nконституционности отдельных положений статей 331 и 464 УПК РСФСР.\r\n Поводом к рассмотрению дела явились жалобы граждан\r\nА.А.Гуральника, А.Ю.Жевченко, Н.Н.Залесского, П.С.Лапина,\r\nП.В.Марченко, В.А.Падерова, И.В.Панченко, С.Н.Романцова,\r\nА.Ю.Свистельникова, О.Ю.Сединко, М.В.Скворцова, Е.П.Смирновой,\r\nВ.И.Степанищева и Н.Ф.Шалатоновой на нарушение их конституционных\r\nправ положениями статей 331 и 464 УПК РСФСР, на основании которых\r\nим было отказано в кассационном обжаловании решений, вынесенных в\r\nотношении них судами первой инстанции в период судебного\r\nразбирательства и в том числе связанных с избранием, изменением\r\nлибо фактическим продлением применения меры пресечения в виде\r\nзаключения под стражу.\r\n Заслушав сообщение судьи-докладчика Т.Г.Морщаковой, объяснения\r\nсторон и их представителей, выступление приглашенного в заседание\r\nзаместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации\r\nВ.И.Радченко, исследовав представленные документы и иные материалы,\r\nКонституционный Суд Российской Федерации\r\n\r\n у с т а н о в и л:\r\n\r\n 1. Граждане А.А.Гуральник, А.Ю.Жевченко, Н.Н.Залесский,\r\nП.С.Лапин, П.В.Марченко, В.А.Падеров, И.В.Панченко, С.Н.Романцов,\r\nА.Ю.Свистельников, О.Ю.Сединко, М.В.Скворцов, Е.П.Смирнова,\r\nВ.И.Степанищев, Н.Ф.Шалатонова в разное время и при различных\r\nобстоятельствах были привлечены к уголовной ответственности и\r\nпреданы суду.\r\n При рассмотрении вопроса о назначении судебного заседания по\r\nделу И.В.Панченко и по делу А.Ю.Жевченко, М.В.Скворцова и\r\nВ.И.Степанищева суды первой инстанции оставили без изменения меру\r\nпресечения в виде заключения под стражу, избранную в отношении\r\nобвиняемых органами предварительного следствия. В дальнейшем по\r\nпричинам, не зависящим от подсудимых, разбирательство дел\r\nнеоднократно откладывалось, но мера пресечения - заключение под\r\nстражу, подтвержденная постановлениями о назначении судебного\r\nзаседания, не изменялась. Кроме того, по делу А.Ю.Жевченко,\r\nМ.В.Скворцова и В.И.Степанищева судом было вынесено определение о\r\nнаправлении дела для производства дополнительного расследования,\r\nчто повлекло и фактическое продление содержания обвиняемых под\r\nстражей. Аналогичные решения были вынесены судами первой инстанции\r\nпо делам П.В.Марченко, С.Н.Романцова и Е.П.Смирновой.\r\n По решениям судов первой инстанции в отношении Н.Н.Залесского,\r\nП.С.Лапина, А.Ю.Свистельникова, О.Ю.Сединко, В.А.Падерова и\r\nН.Ф.Шалотоновой ранее избранная мера пресечения в виде подписки о\r\nневыезде в ходе судебного разбирательства была заменена на\r\nзаключение под стражу. Применение этой меры пресечения к\r\nН.Ф.Шалотоновой было вызвано в том числе необходимостью обеспечения\r\nисполнения другого решения суда - о назначении по ходатайству\r\nпрокурора стационарной судебно-психиатрической экспертизы\r\nподсудимой.\r\n По делу А.А.Гуральника, рассматривавшемуся судом присяжных,\r\nпредседательствующим судьей было вынесено постановление о роспуске\r\nколлегии присяжных заседателей, что повлекло возобновление\r\nпроизводства по делу начиная с предыдущего его этапа - подготовки к\r\nслушанию.\r\n Считая вынесенные в отношении них судами первой инстанции в\r\nходе судебного разбирательства постановления и определения\r\nнезаконными и необоснованными, подсудимые обжаловали эти решения,\r\nоднако в рассмотрении жалоб им было отказано на основании статей\r\n331 и 464 УПК РСФСР, исключающих возможность обжалования и\r\nпересмотра такого рода решений в кассационном порядке.\r\n 2. В соответствии со статьями 96 и 97 Федерального\r\nконституционного закона \"О Конституционном Суде Российской\r\nФедерации\" Конституционный Суд Российской Федерации по жалобам\r\nграждан на нарушение конституционных прав и свобод проверяет\r\nконституционность только тех положений закона, которые были\r\nприменены или подлежали применению в конкретных делах заявителей.\r\nПоэтому предметом рассмотрения по настоящему делу являются лишь те\r\nположения пунктов 2 и 3 части первой статьи 331 и части первой\r\nстатьи 464 УПК РСФСР, которые послужили основанием для отказа в\r\nпринятии к рассмотрению в кассационном порядке частных жалоб на\r\nвынесенные в отношении заявителей и повлекшие фактическое продление\r\nсрока содержания их под стражей решения судов первой инстанции о\r\nнаправлении уголовного дела для производства дополнительного\r\nрасследования, об избрании в процессе судебного разбирательства в\r\nкачестве меры пресечения заключения под стражу, о назначении\r\nсудебного заседания, отложении и приостановлении разбирательства\r\nдела, о назначении стационарной судебно-психиатрической экспертизы,\r\nа также о роспуске коллегии присяжных заседателей.\r\n Поскольку указанные нормы оспариваются по одному и тому же\r\nоснованию - как исключающие возможность обжалования в кассационном\r\nпорядке определений суда и постановлений судьи, и, следовательно,\r\nжалобы всех заявителей касаются одного и того же предмета,\r\nКонституционный Суд Российской Федерации, руководствуясь статьей 48\r\nФедерального конституционного закона \"О Конституционном Суде\r\nРоссийской Федерации\", соединил дела по этим жалобам в одном\r\nпроизводстве.\r\n 3. Согласно статье 120 (часть 1) Конституции Российской\r\nФедерации судьи независимы и подчиняются только Конституции\r\nРоссийской Федерации и федеральному закону. В силу этого\r\nконституционного положения какое бы то ни было вмешательство в\r\nдеятельность судов при отправлении ими правосудия, в том числе со\r\nстороны вышестоящих судебных инстанций, является недопустимым.\r\n В целях обеспечения независимости судей при осуществлении ими\r\nуголовного судопроизводства законодатель установил в статьях 331 и\r\n464 УПК РСФСР правило, согласно которому большинство решений,\r\nкоторые суд первой инстанции выносит в ходе судебного\r\nразбирательства, не подлежат кассационному обжалованию и могут быть\r\nпроверены в кассационном порядке лишь одновременно и в связи с\r\nприговором. Тем самым исключается текущий контроль со стороны\r\nвышестоящих судебных инстанций за ходом рассмотрения дела судом\r\nпервой инстанции и, следовательно, вмешательство в осуществление им\r\nсвоих дискреционных полномочий. Однако возможность судебной\r\nпроверки законности и обоснованности промежуточных действий и\r\nрешений суда при этом не устраняется, - она лишь переносится на\r\nболее поздний срок и осуществляется после постановления приговора.\r\n Статья 46 (часть 2) Конституции Российской Федерации,\r\nгарантируя каждому право на обжалование в суд решений и действий\r\n(бездействия) органов государственной власти и должностных лиц, не\r\nопределяет конкретные процедуры и сроки реализации этого права.\r\nПоэтому сама по себе отсрочка в рассмотрении жалоб на решения и\r\nдействия суда не является недопустимой. Это относится, в частности,\r\nк проверке решений суда, обеспечивающих исследование в судебном\r\nзаседании всех обстоятельств дела, в том числе принимаемых в связи\r\nс заявленными в судебном заседании ходатайствами об исследовании\r\nдополнительных доказательств.\r\n Независимость судей, призванная обеспечивать в правосудии\r\nправа и свободы личности, приоритет которых закреплен Конституцией\r\nРоссийской Федерации, не затрагивается пересмотром принятых до\r\nвынесения приговора промежуточных судебных решений, которые не\r\nнаходятся в прямой связи с его содержанием, включающим выводы о\r\nфактических обстоятельствах дела, оценке доказательств,\r\nквалификации деяния, наказании осужденного и т. д. Такими\r\nпромежуточными решениями являются вынесенные в отношении заявителей\r\nпо настоящему делу определения (постановления) судов первой\r\nинстанции, сопряженные с применением меры пресечения в виде\r\nзаключения под стражу. По смыслу уголовно-процессуального закона,\r\nрешения, связанные с применением указанной меры, имеют целью\r\nсоздание надлежащих условий для осуществления производства по делу\r\nи выносятся в случаях, если суд полагает, что подсудимый будет\r\nнарушать свои обязанности, тогда как основанием приговора являются\r\nсовершенно иные обстоятельства - свидетельствующие о доказанности\r\nили недоказанности вины подсудимого в совершении преступления.\r\nИсходя из этого фактическую основу для судебной проверки\r\nправомерности применения заключения под стражу составляют\r\nматериалы, подтверждающие только законность и обоснованность\r\nуказанной меры пресечения, но никак не виновность лица в совершении\r\nинкриминируемого ему преступления, вопрос о которой в данном случае\r\nне подлежит исследованию. Это положение находит закрепление в\r\nстатьях 220-1 и 220-2 УПК РСФСР, а также в постановлении Пленума\r\nВерховного Суда Российской Федерации от 27 апреля 1993 года \"О\r\nпрактике судебной проверки законности и обоснованности ареста или\r\nпродления срока содержания под стражей\" (пункты 1, 3 и 9).\r\n Таким образом, решение суда первой инстанции о применении к\r\nподсудимому меры пресечения не предопределяет его вывода по\r\nосновному вопросу рассматриваемого уголовного дела - о виновности\r\nподсудимого и о его наказании. Следовательно, установленный в\r\nоспариваемых положениях статей 331 и 464 УПК РСФСР запрет до\r\nвынесения приговора проверять в кассационном порядке законность и\r\nобоснованность соответствующих определений (постановлений)\r\nобъективно не обусловлен интересами обеспечения независимости\r\nсудей. Возможность кассационной проверки таких определений и\r\nпостановлений не может поставить суд первой инстанции при\r\nрассмотрении дела в зависимость от мнения вышестоящей судебной\r\nинстанции, поскольку разрешаемые в них вопросы не касаются существа\r\nуголовного дела.\r\n 4. Статья 46 Конституции Российской Федерации, гарантируя\r\nкаждому право на судебную защиту (часть 1), в качестве одного из\r\nсущественных элементов этого права предусматривает возможность\r\nобжалования в суд решений и действий (или бездействия) органов\r\nгосударственной власти и должностных лиц (часть 2), включая\r\nсудебные органы. Закрепленное в этой конституционной норме\r\nположение предполагает, что заинтересованным лицам предоставляется\r\nвозможность добиваться исправления допущенных судами ошибок и что в\r\nэтих целях вводится порядок процессуальной проверки вышестоящими\r\nсудами законности и обоснованности решений, принимаемых\r\nнижестоящими судебными инстанциями, поскольку правосудие, как\r\nотмечалось в постановлении Конституционного Суда Российской\r\nФедерации от 2 февраля 1996 года по делу о проверке\r\nконституционности отдельных положений статей 371, 374 и 384 УПК\r\nРСФСР, по самой своей сути признается таковым лишь при условии,\r\nесли оно отвечает требованиям справедливости и обеспечивает\r\nэффективное восстановление в правах.\r\n Оспариваемые положения статей 331 и 464 УПК РСФСР, исключающие\r\nвозможность кассационной проверки законности и обоснованности\r\nсудебных решений, влекущих применение меры пресечения, включая\r\nсодержание под стражей, или фактическое ее продление в связи с\r\nотложением или приостановлением судебного разбирательства,\r\nнаправлением уголовного дела для производства дополнительного\r\nрасследования, назначением стационарной судебно-психиатрической\r\nэкспертизы, роспуском коллегии присяжных заседателей, ограничивают\r\nправо граждан на судебную защиту. Это ограничение, однако, ни в\r\nкаком случае не может обусловливаться целями, перечисленными в\r\nстатье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.\r\n Возможность проверки законности и обоснованности решений суда\r\nпервой инстанции лишь после окончательного разрешения дела, а\r\nименно одновременно с рассмотрением кассационной жалобы на\r\nприговор, не восполняет указанный недостаток существующего\r\nуголовно-процессуального регулирования и не может быть признана\r\nэффективным средством защиты нарушенных прав, тем более если их уже\r\nнельзя восстановить в полном объеме после отмены приговора. Это с\r\nнесомненностью относится и к случаям применения заключения под\r\nстражу в качестве меры пресечения или принудительного помещения\r\nлица в лечебное учреждение для проведения стационарной\r\nсудебно-психиатрической экспертизы. Такое же положение имеет место\r\nи когда лицо, чьи права были нарушены решениями суда первой\r\nинстанции, не является субъектом кассационного обжалования и,\r\nследовательно, не может отстаивать свои интересы и при кассационной\r\nпроверке приговора.\r\n Лишение гражданина возможности прибегнуть к судебной защите\r\nдля отстаивания своих прав и свобод противоречит конституционному\r\nпринципу охраны достоинства личности (статья 21 Конституции\r\nРоссийской Федерации), из которого вытекает, что личность в ее\r\nвзаимоотношениях с государством рассматривается как равноправный\r\nсубъект, который может защищать свои права всеми не запрещенными\r\nзаконом способами и спорить с государством в лице любых его\r\nорганов. Данная правовая позиция выражена Конституционным Судом\r\nРоссийской Федерации в постановлении от 3 мая 1995 года по делу о\r\nпроверке конституционности статей 220-1 и 220-2 УПК РСФСР.\r\n 5. Провозглашенная в статье 46 Конституции Российской\r\nФедерации гарантия судебной защиты предполагает, в частности,\r\nобеспечение каждому обвиняемому в преступлении права быть судимым\r\nбез неоправданной задержки (подпункт \"с\" пункта 2 статьи 14\r\nМеждународного пакта о гражданских и политических правах).\r\n Откладывая либо приостанавливая разбирательство по делу,\r\nнаправляя дело для производства дополнительного расследования или\r\nраспуская коллегию присяжных заседателей и возобновляя в связи с\r\nэтим подготовку к судебному заседанию, как это имело место по делам\r\nобратившихся в Конституционный Суд Российской Федерации граждан,\r\nсуд фактически переносит осуществление правосудия на неопределенный\r\nсрок. В подобных ситуациях объективно создаются препятствия для\r\nдальнейшего движения дела, а невозможность обжаловать такие решения\r\nсуда первой инстанции и, значит, своевременно проверить их до\r\nвынесения приговора порождает опасность неоправданной и незаконной\r\nзадержки в принятии окончательного решения по делу. Нарушенные при\r\nэтом конституционные права вообще не обеспечиваются судебной\r\nзащитой именно потому, что после вынесения окончательного решения\r\nпо делу они уже не могут быть восстановлены.\r\n 6. В соответствии со статьей 2 Конституции Российской\r\nФедерации права и свободы человека и гражданина являются высшей\r\nценностью, а их признание, соблюдение и защита - обязанностью\r\nгосударства. В силу данного конституционного положения органы\r\nгосударственной власти, в том числе суды, обязаны осуществлять свою\r\nдеятельность таким образом, чтобы при этом соблюдались права и\r\nсвободы человека и гражданина, а в случаях их нарушений\r\nобеспечивалось максимально быстрое и полное их восстановление.\r\n Непринятие своевременных мер к выявлению и устранению\r\nнарушений прав и свобод, особенно в тех случаях, когда в дальнейшем\r\nих восстановление оказывается невозможным, должно расцениваться как\r\nневыполнение государством и его органами своей конституционной\r\nобязанности. Поэтому задачей федерального законодателя является\r\nсоздание надлежащих, в том числе процессуальных механизмов, которые\r\nпозволяли бы гражданам, чьи права и свободы оказались нарушенными,\r\nдобиваться их реальной защиты, используя все не запрещенные законом\r\nспособы (статья 45, часть 2, Конституции Российской Федерации).\r\n Между тем оспариваемые положения статьи 331 УПК РСФСР,\r\nисключающие право участников судебного разбирательства на\r\nобжалование в кассационном порядке определений и постановлений\r\nсудов первой инстанции, лишают их такой возможности даже в тех\r\nслучаях, когда последствия соответствующих судебных решений выходят\r\nза рамки уголовно-процессуальных отношений и затрагивают сферу\r\nконституционных прав и свобод личности, как это имеет место при\r\nограничении свободы. В результате нарушаются не только статья 45\r\n(часть 2), но и положения других статей Конституции Российской\r\nФедерации, в частности ее статьи 22, закрепляющей гарантии судебной\r\nзащиты конституционного права на свободу и личную\r\nнеприкосновенность.\r\n Такие же ограничения прав личности допускает и часть первая\r\nстатьи 464 УПК РСФСР. При этом в отличие от пунктов 2 и 3 части\r\nпервой статьи 331 УПК РСФСР, исчерпывающим образом обозначающих\r\nкруг определений (постановлений), не подлежащих кассационному\r\nобжалованию, она исключает из сферы судебного контроля практически\r\nвсе постановления судьи, председательствующего в суде присяжных, в\r\nтом числе такие, на которые он не управомочен, т. е. принятые с\r\nявным нарушением закона (например, о роспуске коллегии присяжных по\r\nокончании их совещания, но до оглашения вердикта, как это имело\r\nместо в деле А.А.Гуральника).\r\n Таким образом, пункты 2 и 3 части первой статьи 331 и часть\r\nпервая статьи 464 УПК РСФСР, содержащие ограничение права на\r\nсудебное обжалование постановлений и определений суда первой\r\nинстанции, которые могут в свою очередь повлечь нарушения других\r\nконституционных прав граждан, включая право на свободу и личную\r\nнеприкосновенность и право на доступ к правосудию, противоречат\r\nстатьям 21 (часть 1), 22 (часть 1), 45 (часть 2) и 46 (части 1 и 2)\r\nКонституции Российской Федерации. Вместе с тем признание этих\r\nположений неконституционными не препятствует действию предписаний\r\nстатей 331 и 464 УПК РСФСР в отношении других указанных в них\r\nопределений (постановлений), в том числе связанных с рассмотрением\r\nзаявленных в суде ходатайств об исследовании доказательств.\r\n 7. Согласно статье 123 (часть 3) Конституции Российской\r\nФедерации судопроизводство осуществляется на основе\r\nсостязательности и равноправия сторон, что в уголовном процессе\r\nявляется необходимой предпосылкой обеспечения обвиняемому права на\r\nзащиту в соответствии с положениями, закрепленными в статье 14\r\nМеждународного пакта о гражданских и политических правах и в статье\r\n6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Это\r\nпредполагает предоставление участвующим в судебном разбирательстве\r\nсторонам обвинения и защиты равных процессуальных возможностей по\r\nотстаиванию своих законных интересов путем участия в доказывании,\r\nзаявления ходатайств, обжалования действий и решений суда,\r\nосуществляющего производство по делу.\r\n Статья 331 УПК РСФСР предусматривает между тем различный объем\r\nправомочий стороны обвинения и стороны защиты по оспариванию\r\nвынесенных судом первой инстанции определений и постановлений.\r\nСогласно пункту 2 части первой данной статьи могут быть\r\nопротестованы прокурором, но не подлежат обжалованию такие решения,\r\nкак постановление о назначении судебного заседания и определение\r\n(постановление) о возвращении дела для дополнительного\r\nрасследования, которые были вынесены судами первой инстанции в\r\nотношении ряда заявителей по настоящему делу.\r\n Таким образом, уголовно-процессуальный закон, наделяя правом\r\nопротестования ряда судебных определений (постановлений) прокурора,\r\nпредставляющего в процессе сторону обвинения, и не предусматривая\r\nсоответствующего права для подсудимого и стороны защиты в целом,\r\nнарушает не только конституционное право на судебную защиту, но и\r\nиные права подсудимого, обеспечению которых служит принцип\r\nсостязательности и равноправия сторон, закрепленный в статье 123\r\n(часть 3) Конституции Российской Федерации.\r\n 8. Предоставление подсудимым гарантий судебной защиты от\r\nнеобоснованного и незаконного применения к ним принудительных мер\r\nпри обжаловании выносимых в ходе судебного разбирательства решений\r\nсуда первой инстанции не должно приводить ни к приостановлению\r\nисполнения обжалуемого решения, ни к приостановлению производства\r\nпо делу в суде первой инстанции, с тем чтобы не нарушался\r\nдействующий в уголовном судопроизводстве принцип непрерывности,\r\nкоторый является, в частности, условием реализации права\r\nобвиняемого быть судимым без неоправданной задержки. Кроме того,\r\nисходя из принципа независимости судей, кассационный порядок\r\nобжалования промежуточных решений суда первой инстанции должен\r\nисключать какое-либо ограничение его дискреционных полномочий не\r\nтолько в части завершающих рассмотрение выводов, но и применительно\r\nк последующим промежуточным процессуальным решениям, потребность в\r\nкоторых может возникнуть в ходе судебного разбирательства до\r\nвынесения приговора.\r\n Необходимость согласования указанных целей должна учитываться\r\nкак в будущем правовом регулировании уголовно-процессуальных\r\nотношений, так и в правоприменительной деятельности. В процессе ее\r\nосуществления до введения новой регламентации института обжалования\r\nопределений (постановлений) суда первой инстанции надлежит,\r\nобеспечивая непосредственное применение положений статей 46 и 123\r\nКонституции Российской Федерации, исходить из соответствующих\r\nпредписаний регулирующего производство в кассационной инстанции\r\nраздела четвертого УПК РСФСР, а также из возможности использования\r\nна основании процессуальной аналогии правил, предусмотренных для\r\nсудебной проверки законности и обоснованности применения заключения\r\nпод стражу в качестве меры пресечения (статьи 220-1 и 220-2 УПК\r\nРСФСР).\r\n Исходя из изложенного и руководствуясь частями первой и второй\r\nстатьи 71, статьями 72, 74, 75, 79 и 100 Федерального\r\nконституционного закона \"О Конституционном Суде Российской\r\nФедерации\", Конституционный Суд Российской Федерации\r\n\r\n п о с т а н о в и л:\r\n\r\n 1. Признать положения пункта 2 части первой статьи 331 УПК\r\nРСФСР, исключающие до постановления приговора возможность\r\nобжалования и пересмотра в кассационном порядке определений\r\n(постановлений) суда первой инстанции о назначении судебного\r\nзаседания или направлении уголовного дела для производства\r\nдополнительного расследования, поскольку они сопряжены с\r\nприменением мер пресечения или иных принудительных мер, а также с\r\nфактическим продлением срока действия этих мер, не соответствующими\r\nКонституции Российской Федерации, ее статьям 21 (часть 1), 22\r\n(часть 1), 45 (часть 2), 46 (части 1 и 2) и 123 (часть 3).\r\n 2. Признать положения пункта 3 части первой статьи 331 и части\r\nпервой статьи 464 УПК РСФСР, в той мере, в какой они исключают до\r\nпостановления приговора возможность обжалования и пересмотра в\r\nкассационном порядке определений (постановлений) суда первой\r\nинстанции о применении или изменении меры пресечения, о помещении\r\nлица в медицинское учреждение для проведения стационарной\r\nсудебно-психиатрической экспертизы, а также об отложении\r\nразбирательства, приостановлении уголовного дела или о роспуске\r\nколлегии присяжных заседателей и связанном с этим возобновлении\r\nподготовки к рассмотрению дела, поскольку указанные решения\r\nзатрагивают конституционные права и свободы, и в частности\r\nсопряжены с фактическим продлением срока содержания под стражей, не\r\nсоответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 21\r\n(часть 1), 22 (часть 1), 45 (часть 2) и 46 (части 1 и 2).\r\n 3. Признание перечисленных в пунктах 1 и 2 резолютивной части\r\nнастоящего Постановления положений статей 331 и 464 УПК РСФСР не\r\nсоответствующими Конституции Российской Федерации не препятствует\r\nдействию предписаний этих статей в отношении других перечисленных в\r\nних определений (постановлений), в том числе связанных с\r\nрассмотрением заявленных в суде первой инстанции ходатайств об\r\nисследовании доказательств.\r\n 4. Федеральному Собранию надлежит внести в\r\nуголовно-процессуальное законодательство Российской Федерации\r\nизменения и дополнения, направленные на урегулирование процедуры\r\nобжалования и пересмотра в кассационном порядке определений суда и\r\nпостановлений судьи, ограничивающих конституционные права и свободы\r\nграждан, в том числе право на свободу и право на доступ к\r\nправосудию.\r\n В соответствии с пунктом 12 части первой статьи 75 и частью\r\nчетвертой статьи 79 Федерального конституционного закона \"О\r\nКонституционном Суде Российской Федерации\" впредь до внесения\r\nизменений в уголовно-процессуальное законодательство Российской\r\nФедерации судам надлежит, обеспечивая право на судебное обжалование\r\nопределений (постановлений) суда первой инстанции на основании\r\nнепосредственного применения положений статей 46 и 123 Конституции\r\nРоссийской Федерации и с учетом настоящего Постановления, исходить\r\nиз соответствующих предписаний раздела четвертого УПК РСФСР, а\r\nтакже из возможности использования на основании процессуальной\r\nаналогии правил, предусмотренных для судебной проверки законности и\r\nобоснованности применения заключения под стражу в качестве меры\r\nпресечения (статьи 220-1 и 220-2 УПК РСФСР).\r\n 5. В соответствии с частью второй статьи 100 Федерального\r\nконституционного закона \"О Конституционном Суде Российской\r\nФедерации\" жалобы граждан А.А.Гуральника, А.Ю.Жевченко,\r\nН.Н.Залесского, П.С.Лапина, П.В.Марченко, В.А.Падерова,\r\nИ.В.Панченко, С.Н.Романцова, А.Ю.Свистельникова, О.Ю.Сединко,\r\nМ.В.Скворцова, Е.П.Смирновой, В.И.Степанищева и Н.Ф.Шалатоновой на\r\nрешения судов первой инстанции, ранее оставленные без рассмотрения\r\nна основании признанных неконституционными положений статей 331 и\r\n464 УПК РСФСР, подлежат рассмотрению с учетом пункта 4 резолютивной\r\nчасти настоящего Постановления.\r\n 6. Настоящее Постановление окончательно, не подлежит\r\nобжалованию, вступает в силу немедленно после его провозглашения и\r\nдействует непосредственно.\r\n 7. Согласно статье 78 Федерального конституционного закона \"О\r\nКонституционном Суде Российской Федерации\" настоящее Постановление\r\nподлежит незамедлительному опубликованию в \"Собрании\r\nзаконодательства Российской Федерации\" и \"Российской газете\".\r\nПостановление должно быть опубликовано также в \"Вестнике\r\nКонституционного Суда Российской Федерации\".\r\n\r\n\r\n Конституционный Суд\r\n Российской Федерации\r\n\r\n N 20-П\r\n\r\n
", "rdk": 0, "docid": "1000000000102053981", "tounitid": null }