\r\n\r\n\r\n\r\n О П Р Е Д Е Л Е Н И Е\r\n\r\n КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ\r\n\r\n\r\n по делу о проверке конституционности частей четвертой, пятой и\r\n шестой статьи 97 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи\r\n с жалобами граждан П.В.Янчева, В.А.Жеребенкова и М.И.Сапронова\r\n\r\n город Москва 25 декабря 1998 года\r\n\r\n Конституционный Суд Российской Федерации в составе\r\nпредседательствующего А.Л.Кононова, судей Н.В.Витрука,\r\nГ.А.Гаджиева, Т.Г.Морщаковой, Ю.Д.Рудкина, Н.В.Селезнева,\r\nА.Я.Сливы, Б.С.Эбзеева, В.Г.Ярославцева,\r\n с участием граждан В.А.Жеребенкова и М.И.Сапронова, адвокатов\r\nД.Г.Бурштейна, А.Т.Кононенко и Ю.М.Боровкова - представителей\r\nграждан П.В.Янчева, В.А.Жеребенкова и М.И.Сапронова, обратившихся с\r\nжалобами в Конституционный Суд Российской Федерации, доктора\r\nюридических наук В.В.Лазарева - представителя Государственной Думы\r\nи доктора юридических наук В.И.Власова - представителя Совета\r\nФедерации,\r\n руководствуясь статьей 125 (часть 4) Конституции Российской\r\nФедерации, пунктом 3 части первой, частями второй и третьей статьи\r\n3, статьями 36, 74, 96, 97, 99 и 86 Федерального конституционного\r\nзакона \"О Конституционном Суде Российской Федерации\",\r\n рассмотрел в открытом заседании дело о проверке\r\nконституционности частей четвертой, пятой и шестой статьи 97 УПК\r\nРСФСР.\r\n Поводом к рассмотрению дела явились жалоба гражданина\r\nП.В.Янчева и жалоба граждан В.А.Жеребенкова и М.И.Сапронова на\r\nнарушение их конституционных прав указанными нормами статьи 97 УПК\r\nРСФСР, примененными в конкретных делах заявителей.\r\n Учитывая, что жалобы касаются одного и того же предмета,\r\nКонституционный Суд Российской Федерации, руководствуясь статьей 48\r\nФедерального конституционного закона \"О Конституционном Суде\r\nРоссийской Федерации\", соединил дела по этим жалобам в одном\r\nпроизводстве.\r\n Заслушав сообщение судьи-докладчика Н.В.Селезнева, объяснения\r\nсторон и их представителей, заключение эксперта - доктора\r\nюридических наук Э.Ф.Куцовой, выступления приглашенных в заседание\r\nпредставителей: от Министерства внутренних дел Российской Федерации\r\n- А.П.Гуляева, от Федеральной службы безопасности Российской\r\nФедерации - Л.Н.Башкатова, исследовав представленные документы и\r\nиные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации\r\n\r\n у с т а н о в и л:\r\n\r\n 1. Гражданин П.В.Янчев, а также граждане В.А.Жеребенков и\r\nМ.И.Сапронов, обвиняемые в совершении тяжких преступлений, были\r\nарестованы и содержались под стражей в течение полутора лет\r\nпредельного срока содержания под стражей, установленного частями\r\nвторой и третьей статьи 97 УПК РСФСР. По решению суда этот срок в\r\nпорядке, предусмотренном частями четвертой, пятой и шестой той же\r\nстатьи, был продлен с учетом того, что обвиняемым и их защитникам в\r\nсвязи с окончанием расследования уже были предъявлены для\r\nознакомления материалы дела, причем В.А.Жеребенкову и М.И.Сапронову\r\nсрок содержания под стражей продлевался дважды, так как дело в\r\nотношении них возвращалось судом для дополнительного расследования\r\nи соответственно дважды обвиняемые знакомились с его материалами.\r\n В своих жалобах в Конституционный Суд Российской Федерации\r\nП.В.Янчев, В.А.Жеребенков и М.И.Сапронов утверждают, что части\r\nчетвертая, пятая и шестая статьи 97 УПК РСФСР, на основании которых\r\nбыли вынесены судебные решения о продлении сроков содержания под\r\nстражей, нарушают их конституционные права, поскольку допускают\r\nвозможность продления этих сроков в связи с реализацией обвиняемым\r\nи его защитником права на ознакомление с материалами оконченного\r\nрасследования и на заявление ходатайств о его дополнении;\r\nувеличивают по сравнению с ранее действовавшей редакцией статьи 97\r\nУПК РСФСР предельный срок содержания обвиняемого под стражей;\r\nпозволяют судье принимать решение о содержании под стражей вне\r\nпроцедуры судебного заседания и, следовательно, без предоставления\r\nобвиняемому возможности защищать перед судом свои интересы. Тем\r\nсамым, по мнению заявителей, эти нормы противоречат статьям 17\r\n(часть 3), 46 (часть 1), 48 (часть 2) и 123 (часть 3) Конституции\r\nРоссийской Федерации.\r\n 2. Часть четвертая статьи 97 УПК РСФСР устанавливает, что в\r\nслучае, когда ознакомление обвиняемого и его защитника с\r\nматериалами дела до истечения предельного срока содержания под\r\nстражей невозможно, Генеральный прокурор Российской Федерации,\r\nпрокурор субъекта Российской Федерации и приравненные к нему\r\nпрокуроры вправе возбудить ходатайство перед судьей областного,\r\nкраевого и приравненных к ним судов о продлении этого срока.\r\n Судья, получивший такое ходатайство, в соответствии с частью\r\nпятой статьи 97 УПК РСФСР выносит постановление либо о продлении\r\nсрока содержания под стражей до момента окончания ознакомления\r\nобвиняемого и его защитника с материалами дела и направления\r\nпрокурором дела в суд, но не более чем на шесть месяцев, либо об\r\nотказе в удовлетворении ходатайства прокурора и об освобождении\r\nлица из-под стражи.\r\n В этом же порядке, согласно части шестой статьи 97 УПК РСФСР,\r\nсрок содержания под стражей может быть продлен в случае\r\nнеобходимости удовлетворения ходатайства обвиняемого или его\r\nзащитника о дополнении предварительного расследования.\r\n Приведенные положения были внесены в статью 97 УПК РСФСР\r\nФедеральным законом от 31 декабря 1996 года, принятым в связи с\r\nпризнанием Конституционным Судом Российской Федерации части пятой\r\nстатьи 97 УПК РСФСР в прежней редакции не соответствующей\r\nКонституции Российской Федерации (постановление от 13 июня 1996\r\nгода по делу о проверке конституционности части пятой статьи 97 УПК\r\nРСФСР в связи с жалобой гражданина В.В.Щелухина).\r\n 3. Конституция Российской Федерации (статья 22, часть 1)\r\nгарантирует каждому право на свободу и личную неприкосновенность,\r\nкоторое, как и другие права и свободы человека и гражданина, в силу\r\nстатьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации может быть\r\nограничено федеральным законом лишь в той мере, в какой это\r\nнеобходимо в целях защиты основ конституционного строя,\r\nнравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц,\r\nобеспечения обороны страны и безопасности государства.\r\n Указанным в статье 55 Конституции Российской Федерации целям\r\nслужат и меры пресечения, которые призваны воспрепятствовать\r\nобвиняемым или подозреваемым в том, чтобы они могли скрыться от\r\nследствия или суда, помешать установлению истины по уголовному делу\r\nили продолжать преступную деятельность (часть первая статьи 89 УПК\r\nРСФСР). Именно такое назначение мер пресечения должны иметь в виду\r\nорган дознания, следователь, прокурор и суд, принимая решение об\r\nизбрании меры пресечения, о ее отмене или изменении, а также о\r\nпродлении срока содержания под стражей.\r\n Согласно части второй статьи 74 Федерального конституционного\r\nзакона \"О Конституционном Суде Российской Федерации\"\r\nКонституционный Суд Российской Федерации принимает решение по делу,\r\nне только оценивая буквальный смысл оспариваемых положений, но и\r\nисходя из их места в системе правовых норм. Поэтому в данном случае\r\nнеобходимо учитывать, что закрепленный в частях четвертой, пятой и\r\nшестой статьи 97 УПК РСФСР порядок продления сроков ареста\r\nприменяется, как это предусмотрено частью первой статьи 89 УПК\r\nРСФСР, лишь при наличии достаточных доказательств того, что\r\nобвиняемый может скрыться от дознания или предварительного\r\nследствия, воспрепятствовать установлению истины по делу или\r\nпродолжать преступную деятельность.\r\n Из анализа указанных норм в их совокупности вытекает, что\r\nположение части четвертой статьи 97 УПК РСФСР, допускающее\r\nпродление срока содержания под стражей в связи с тем, что\r\n\"ознакомление обвиняемого и его защитника с материалами дела до\r\nистечения предельного срока содержания под стражей невозможно\", по\r\nсути, лишь определяет тот этап предварительного расследования, на\r\nкотором в качестве исключения из сформулированного в части третьей\r\nстатьи 97 УПК РСФСР общего запрета возможно продление предельного\r\nполуторагодичного срока содержания обвиняемого под стражей (части\r\nвторая и третья статьи 97 УПК РСФСР) при наличии установленных\r\nстатьей 89 УПК РСФСР оснований. В этих случаях ознакомление с\r\nматериалами дела, являясь непременным условием продления срока\r\nареста, не может выступать в качестве его основания, тем более\r\nединственного и достаточного. Это же относится и к другому условию\r\nпродления срока ареста - необходимости удовлетворения ходатайства\r\nобвиняемого или его защитника о дополнении предварительного\r\nрасследования (часть шестая статьи 97 УПК РСФСР).\r\n Такое толкование частей четвертой и шестой статьи 97 УПК РСФСР\r\nсогласуется с выраженной в постановлении Конституционного Суда\r\nРоссийской Федерации от 13 июня 1996 года правовой позицией,\r\nсогласно которой обеспечение обвиняемому достаточного времени для\r\nознакомления с материалами дела не должно быть связано с\r\nнаступлением для него такого неблагоприятного последствия, как не\r\nограниченное по сроку дальнейшее содержание под стражей, которое в\r\nэтом случае приобретает значение санкции за использование\r\nобвиняемым его процессуальных прав и тем самым понуждает к отказу\r\nот них.\r\n Поэтому в каждом случае ходатайство прокурора о продлении\r\nсрока содержания обвиняемого под стражей сверх полутора лет (части\r\nчетвертая и шестая статьи 97 УПК РСФСР) должно обосновываться не\r\nссылками на продолжающееся ознакомление обвиняемого и его защитника\r\nс материалами дела или на заявленные ими ходатайства о дополнении\r\nпредварительного расследования, а фактическими данными,\r\nподтверждающими невозможность отмены этой меры пресечения и наличие\r\nпредусмотренных законом оснований для дальнейшего ее применения.\r\nСоответственно, и продление судом срока содержания обвиняемого под\r\nстражей может иметь место только при подтверждении достаточными\r\nданными названных в статье 89 УПК РСФСР оснований для дальнейшего\r\nприменения этой меры пресечения и при соблюдении установленных\r\nстатьей 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации условий, при\r\nкоторых только и допустимо ограничение прав и свобод человека и\r\nгражданина. Иное, как следует из постановления Конституционного\r\nСуда Российской Федерации от 13 июня 1996 года, нарушало бы\r\nконституционное право не подвергаться ограничениям (в том числе\r\nсвязанным с арестом) в правах и свободах без предусмотренных\r\nзаконом оснований.\r\n 4. Неконституционность оспариваемых норм статьи 97 УПК РСФСР\r\nзаявители усматривают, в частности, в том, что они допускают\r\nпродление сроков содержания обвиняемых под стражей по той\r\nединственной причине, что другие обвиняемые по делу продолжают\r\nознакомление с его материалами.\r\n Однако это утверждение не соответствует ни\r\nконституционно-правовому, ни буквальному смыслу оспариваемых норм.\r\nСогласно правовой позиции Конституционного Суда Российской\r\nФедерации, также изложенной в постановлении от 13 июня 1996 года,\r\nсодержание лица под стражей в связи с тем, что другие обвиняемые\r\nпродолжают ознакомление с материалами дела, должно расцениваться\r\nкак произвольное применение ареста, выходящее за конституционно\r\nустановленные пределы возможного ограничения прав и свобод (статья\r\n55, часть 3, Конституции Российской Федерации). В то же время и\r\nтекстуально предписания статьи 97 УПК РСФСР носят строго\r\nперсонифицированный характер, поскольку в соответствии с ними\r\nпродление максимального срока ареста может производиться, лишь если\r\nдо его истечения невозможно ознакомление с материалами дела именно\r\nсамого обвиняемого и его защитника, а не любых участников процесса.\r\n 5. Как утверждают заявители, оспариваемые нормы статьи 97 УПК\r\nРСФСР нарушают также их права, гарантируемые статьями 46 и 123\r\n(часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку не\r\nустанавливают определенного порядка рассмотрения судьей ходатайства\r\nпрокурора о продлении срока содержания обвиняемого под стражей и\r\nтем самым позволяют ему выносить соответствующее решение вне\r\nсудебного заседания без участия обвиняемого и его защитника.\r\n Право на судебную защиту, на которое ссылаются заявители в\r\nобоснование своей позиции, предполагает однако такие судебные\r\nпроцедуры, которые позволяют гражданам, участвующим в\r\nсудопроизводстве, отстаивать свои интересы на основе установленных\r\nКонституцией Российской Федерации принципов состязательности и\r\nравноправия сторон (статья 123, часть 3). Иное не соответствует\r\nсущности судебной защиты, что вытекает, в частности, из Конвенции о\r\nзащите прав человека и основных свобод, согласно статье 6 которой\r\nкаждый имеет право при определении его гражданских прав и\r\nобязанностей или при рассмотрении любого уголовного обвинения,\r\nпредъявленного ему, на справедливое публичное разбирательство дела\r\nнезависимым и беспристрастным судом. Статья 5 этой Конвенции также\r\nтесно связывает право каждого арестованного или задержанного на\r\nсудебное разбирательство с возлагаемой на органы расследования\r\nобязанностью сообщения ему причин ареста и незамедлительного\r\nдоставления его к судье.\r\n Поэтому отсутствие в статье 97 УПК РСФСР каких бы то ни было\r\nпроцедурных правил для разрешения ходатайства прокурора о продлении\r\nпредельного срока содержания обвиняемого под стражей не может\r\nпрепятствовать суду в том, чтобы непосредственно применять\r\nположения статей 46 (часть 1) и 123 (часть 3) Конституции\r\nРоссийской Федерации и, используя процессуальную аналогию,\r\nрассматривать такие ходатайства в порядке, установленном статьей\r\n220-2 УПК РСФСР применительно к судебной проверке законности и\r\nобоснованности ареста.\r\n 6. По мнению заявителей, части четвертая, пятая и шестая\r\nстатьи 97 УПК РСФСР в редакции Федерального закона от 31 декабря\r\n1996 года противоречат также статье 55 (часть 2) Конституции\r\nРоссийской Федерации, поскольку умаляют по сравнению с ранее\r\nдействовавшими нормами статьи 97 УПК РСФСР процессуальные гарантии\r\nправ обвиняемого, прежде всего права на свободу и личную\r\nнеприкосновенность.\r\n Между тем указанная конституционная норма оспариваемыми\r\nположениями статьи 97 УПК РСФСР, по существу, не затрагивается.\r\nДанная статья в прежней редакции фактически не исключала\r\nнеограниченное продление предельного срока содержания обвиняемого\r\nпод стражей, так как при его исчислении время ознакомления\r\nобвиняемого с материалами дела (независимо от продолжительности) не\r\nучитывалось. Новая же редакция части пятой статьи 97 УПК РСФСР\r\nограничивает продление предельного срока ареста шестью месяцами.\r\nТакую регламентацию нельзя признать ни влекущей большие, чем это\r\nбыло предусмотрено прежним законом, ограничения прав обвиняемых, ни\r\nтем более умаляющей конституционные права и свободы.\r\n Утверждение заявителей о том, что действующая редакция статьи\r\n97 УПК РСФСР также допускает неограниченное по времени продление\r\nсрока содержания обвиняемого под стражей, поскольку не исключает в\r\nслучаях возвращения дела для дополнительного расследования\r\nвозможность неоднократного продления срока ареста на шесть месяцев\r\nв связи с необходимостью каждый раз знакомить обвиняемого и его\r\nзащитника с материалами уголовного дела, не вытекает ни из текста,\r\nни из конституционного смысла оспариваемых норм. В части пятой\r\nстатьи 97 УПК РСФСР прямо указывается, что по ходатайству прокурора\r\nсудья может вынести постановление о продлении срока содержания\r\nобвиняемого под стражей до момента окончания ознакомления\r\nобвиняемого и его защитника с материалами дела и направления\r\nпрокурором дела в суд не более чем на шесть месяцев. Закон, таким\r\nобразом, не предусматривает возможности повторного, в том числе\r\nпосле дополнительного расследования, обращения прокурора в суд с\r\nходатайством о продлении срока содержания под стражей того же\r\nобвиняемого в период его ознакомления с полученными в результате\r\nдополнительного расследования материалами дела. При отсутствии\r\nпрямого указания в законе на возможность неоднократного продления\r\nпредельного срока ареста по указанным мотивам иное истолкование\r\nоспариваемых положений нарушало бы запрет произвольного ареста в\r\nтом его понимании, которое вытекает из постановления\r\nКонституционного Суда Российской Федерации от 13 июня 1996 года.\r\n 7. Все рассмотренные доводы заявителей свидетельствуют о том,\r\nчто фактически ими оспаривается не само содержание частей\r\nчетвертой, пятой и шестой статьи 97 УПК РСФСР, а расходящиеся с\r\nконституционным смыслом этих норм правоприменительные решения по\r\nконкретным делам.\r\n Проверка и оценка таких решений с точки зрения их законности и\r\nобоснованности не входит в компетенцию Конституционного Суда\r\nРоссийской Федерации, а относится к полномочиям судов общей\r\nюрисдикции. Реализуя эти полномочия, они обязаны толковать\r\nположения частей четвертой, пятой и шестой статьи 97 УПК РСФСР в их\r\nконституционном смысле, вытекающем из выраженной Конституционным\r\nСудом Российской Федерации в постановлении от 13 июня 1996 года\r\nправовой позиции, как она изложена применительно к оспариваемым в\r\nданном деле нормам в настоящем Определении (пункты 3-6\r\nмотивировочной части).\r\n Придание положениям частей четвертой, пятой и шестой статьи 97\r\nУПК РСФСР какого-либо иного смысла могло бы приводить к\r\nмногократному продлению сроков содержания обвиняемого под стражей\r\nсо ссылкой на одну лишь необходимость ознакомления с материалами\r\nоконченного расследования и потому противоречило бы требованию о\r\nнедопустимости избыточного или не ограниченного по\r\nпродолжительности содержания под стражей, как не соответствующего\r\nстатье 22 (часть 1) Конституции Российской Федерации, а также\r\nстатьям 9 (пункт 1) и 14 (пункт 2) Международного пакта о\r\nгражданских и политических правах. Именно такой вывод сформулирован\r\nв постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от\r\n13 июня 1996 года.\r\n При истолковании положений частей четвертой, пятой и шестой\r\nстатьи 97 УПК РСФСР в соответствии с указанным постановлением,\r\nсохраняющим свою силу, неопределенность в вопросе об их\r\nконституционности отсутствует. Следовательно, жалобы заявителей по\r\nданному делу не могут быть признаны отвечающими критерию\r\nдопустимости обращений по смыслу Федерального конституционного\r\nзакона \"О Конституционном Суде Российской Федерации\".\r\n Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи\r\n36, пунктами 2 и 3 части первой статьи 43, статьей 68, частями\r\nпервой и четвертой статьи 71, частями первой и второй статьи 79 и\r\nчастью второй статьи 87 Федерального конституционного закона \"О\r\nКонституционном Суде Российской Федерации\", Конституционный Суд\r\nРоссийской Федерации\r\n\r\n о п р е д е л и л:\r\n\r\n 1. Прекратить производство по данному делу в связи с тем, что\r\nконституционный смысл положений о продлении предельного срока\r\nсодержания обвиняемого под стражей выявлен в постановлении\r\nКонституционного Суда Российской Федерации от 13 июня 1996 года по\r\nделу о проверке конституционности части пятой статьи 97 УПК РСФСР,\r\nсохраняющем свою юридическую силу, чем обеспечивается\r\nконституционное истолкование содержания частей четвертой, пятой и\r\nшестой статьи 97 УПК РСФСР с учетом их места в системе действующих\r\nпроцессуально-правовых норм.\r\n 2. Вытекающий из постановления Конституционного Суда\r\nРоссийской Федерации от 13 июня 1996 года по делу о проверке\r\nконституционности части пятой статьи 97 УПК РСФСР и настоящего\r\nОпределения конституционно-правовой смысл предписаний частей\r\nчетвертой, пятой и шестой статьи 97 УПК РСФСР является\r\nобщеобязательным и исключает любое иное их истолкование в\r\nправоприменительной практике.\r\n 3. Согласно части первой статьи 79 Федерального\r\nконституционного закона \"О Конституционном Суде Российской\r\nФедерации\" настоящее Определение окончательно и обжалованию не\r\nподлежит.\r\n 4. Согласно статье 78 Федерального конституционного закона \"О\r\nКонституционном Суде Российской Федерации\" настоящее Определение\r\nподлежит незамедлительному опубликованию в \"Собрании\r\nзаконодательства Российской Федерации\" и \"Российской газете\".\r\nОпределение должно быть опубликовано также в \"Вестнике\r\nКонституционного Суда Российской Федерации\".\r\n\r\n\r\n Председательствующий -\r\n судья Конституционного Суда\r\n Российской Федерации А.Л.Кононов\r\n\r\n N 167-О\r\n\r\n
", "rdk": 0, "docid": "1000000000102057307", "tounitid": null }