\r\n\r\n\r\n\r\n ОПРЕДЕЛЕНИЕ\r\n\r\n КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ\r\n\r\n\r\n об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Ельшина\r\n Александра Николаевича на нарушение его конституционных прав\r\n абзацем седьмым статьи 2 и пунктом 2 статьи 4 Федерального закона\r\n \"О несостоятельности (банкротстве)\"\r\n\r\n город Санкт-Петербург 1 ноября 2012 года\r\n\r\n Конституционный Суд Российской Федерации в составе\r\nПредседателя В.Д.Зорькина, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова,\r\nН.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина,\r\nС.М.Казанцева, М.И.Клеандрова, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова,\r\nЛ.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина,\r\nН.В.Селезнева, О.С.Хохряковой, В.Г.Ярославцева,\r\n заслушав заключение судьи Ю.М.Данилова, проводившего на\r\nосновании статьи 41 Федерального конституционного закона\r\n\"О Конституционном Суде Российской Федерации\" предварительное\r\nизучение жалобы гражданина А.Н.Ельшина,\r\n\r\n у с т а н о в и л:\r\n\r\n 1. Гражданин А.Н.Ельшин в своей жалобе в Конституционный Суд\r\nРоссийской Федерации оспаривает конституционность следующих\r\nположений Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ\r\n\"О несостоятельности (банкротстве)\", примененных арбитражными\r\nсудами в его деле:\r\n абзаца седьмого статьи 2, определяющего понятие кредиторов как\r\nлиц, имеющих по отношению к должнику права требования по денежным\r\nобязательствам и иным обязательствам, об уплате обязательных\r\nплатежей, о выплате выходных пособий и об оплате труда лиц,\r\nработающих по трудовому договору;\r\n пункта 2 статьи 4, предусматривающего, что для определения\r\nналичия признаков банкротства должника учитываются: размер денежных\r\nобязательств, в том числе размер задолженности за переданные\r\nтовары, выполненные работы и оказанные услуги, суммы займа с учетом\r\nпроцентов, подлежащих уплате должником, размер задолженности,\r\nвозникшей вследствие неосновательного обогащения, и размер\r\nзадолженности, возникшей вследствие причинения вреда имуществу\r\nкредиторов, за исключением обязательств перед гражданами, перед\r\nкоторыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни\r\nили здоровью, обязательств по выплате выходных пособий и оплате\r\nтруда лиц, работающих по трудовому договору, обязательств по\r\nвыплате вознаграждения авторам результатов интеллектуальной\r\nдеятельности, а также обязательств перед учредителями (участниками)\r\nдолжника, вытекающих из такого участия; размер обязательных\r\nплатежей без учета установленных законодательством Российской\r\nФедерации штрафов (пеней) и иных финансовых санкций; подлежащие\r\nприменению за неисполнение или ненадлежащее исполнение\r\nобязательства неустойки (штрафы, пени), проценты за просрочку\r\nплатежа, убытки в виде упущенной выгоды, подлежащие возмещению за\r\nнеисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, а также\r\nиные имущественные и (или) финансовые санкции, в том числе за\r\nнеисполнение обязанности по уплате обязательных платежей, не\r\nучитываются при определении наличия признаков банкротства должника.\r\n Как следует из представленных материалов, Арбитражный суд\r\nКраснодарского края, возбудив по заявлению ООО \"БУТ\" дело о\r\nбанкротстве ООО \"Анапа-Мидас\", возложив полномочия временного и\r\nконкурсного управляющего на А.Н.Ельшина, а определением от\r\n30 апреля 2010 года завершив конкурсное производство в связи с\r\nотсутствием у должника имущества, взыскал вознаграждение\r\nарбитражного управляющего и понесенные им расходы на проведение\r\nпроцедур банкротства в размере 639 760 руб. (судебные издержки, как\r\nуказано в определении) с конкурсного кредитора - ООО \"БУТ\".\r\n Исполнительное производство о взыскании с ООО \"БУТ\" в пользу\r\nА.Н.Ельшина указанной суммы было окончено в связи с невозможностью\r\nустановить местонахождение должника или местонахождение его\r\nимущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему\r\nденежных средств и иных ценностей.\r\n Требование А.Н.Ельшина признать ООО \"БУТ\" несостоятельным\r\n(банкротом) удовлетворено не было: определением Арбитражного суда\r\nКраснодарского края от 15 апреля 2011 года, оставленным без\r\nизменения постановлениями судов апелляционной и кассационной\r\nинстанций, со ссылкой в том числе на абзац седьмой статьи 2 и пункт\r\n2 статьи 4 Федерального закона \"О несостоятельности (банкротстве)\"\r\nему отказано во введении процедуры наблюдения в отношении ООО\r\n\"БУТ\", а производство по делу прекращено. Определением Высшего\r\nАрбитражного Суда Российской Федерации от 30 марта 2012 года\r\nзаявителю отказано в передаче его дела в Президиум данного суда для\r\nпересмотра в порядке надзора.\r\n По мнению заявителя, абзац седьмой статьи 2 и пункт 2 статьи 4\r\nФедерального закона \"О несостоятельности (банкротстве)\"\r\nпротиворечат статьям 37 (часть 2) и 46 (часть 1) Конституции\r\nРоссийской Федерации, поскольку не позволяют учитывать для\r\nопределения наличия признаков банкротства должника размер денежного\r\nобязательства по уплате вознаграждения арбитражному управляющему,\r\nвзысканного с должника в рамках другого, ранее проведенного\r\nарбитражным управляющим дела о банкротстве, в котором должник\r\nвыступал в качестве конкурсного кредитора.\r\n 2. Конституционный Суд Российской Федерации, обращаясь в своих\r\nрешениях к вопросу о характере деятельности арбитражного\r\nуправляющего как лица, осуществляющего преимущественно публичные\r\nфункции (Постановление от 19 декабря 2005 года N 12-П, Определение\r\nот 3 ноября 2009 года N 1364-О-О и др.), подчеркивал, что, действуя\r\nв рамках своих дискреционных полномочий при определении тех или\r\nиных требований и условий осуществления профессиональной\r\nдеятельности, имеющей публичное значение, федеральный законодатель\r\nво всяком случае должен исходить из необходимости обеспечения\r\nнепротиворечивого регулирования отношений в этой сфере и,\r\nустанавливая элементы правового статуса арбитражного управляющего,\r\nучитывать, что публичные функции, возложенные на арбитражного\r\nуправляющего, выступают в качестве своего рода пределов\r\nраспространения на него статуса индивидуального предпринимателя.\r\n 2.1. Федеральный закон \"О несостоятельности (банкротстве)\"\r\nсреди гарантий деятельности арбитражного управляющего указывает\r\nвнеочередной порядок выплаты ему вознаграждения за счет имущества\r\nдолжника (пункт 1 статьи 59), а в случае отсутствия у должника\r\nсредств, достаточных для погашения расходов по делу о банкротстве,\r\nвозлагает на заявителя по делу о банкротстве обязанность погасить\r\nуказанные расходы в части, не погашенной за счет имущества\r\nдолжника, за исключением расходов на выплату суммы процентов по\r\nвознаграждению арбитражного управляющего (пункт 3 статьи 59).\r\n Данные нормы действуют в системной взаимосвязи с иными\r\nположениями Федерального закона \"О несостоятельности\r\n(банкротстве)\", в частности с положением абзаца восьмого пункта 1\r\nстатьи 57, согласно которому арбитражный суд прекращает\r\nпроизводство по делу о банкротстве в случае отсутствия средств,\r\nдостаточных для возмещения судебных расходов на проведение\r\nпроцедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на\r\nвыплату вознаграждения арбитражному управляющему.\r\n Как разъяснил Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в\r\nпостановлении Пленума от 17 декабря 2009 года N 91 \"О порядке\r\nпогашения расходов по делу о банкротстве\", арбитражный управляющий\r\nпри обнаружении факта недостаточности имеющегося у должника\r\nимущества для осуществления расходов по делу о банкротстве не\r\nвправе осуществлять такие расходы в расчете на последующее\r\nвозмещение их заявителем, а обязан обратиться в суд,\r\nрассматривающий дело о банкротстве, с заявлением о прекращении\r\nпроизводства по делу на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи\r\n57 Федерального закона \"О несостоятельности (банкротстве)\"; если\r\nарбитражный управляющий не обратится в суд с названным заявлением,\r\nто впоследствии понесенные им расходы, в отношении которых\r\nдоказано, что он знал или должен был знать об отсутствии средств\r\nдля погашения их за счет имущества должника, не подлежат взысканию\r\nс заявителя (пункт 15).\r\n Таким образом, публично-правовой статус арбитражного\r\nуправляющего предполагает, среди прочего, проявление им должной\r\nосмотрительности в своей профессиональной деятельности для\r\nпредотвращения риска невыплаты вознаграждения, что вытекает, в\r\nчастности, из закрепленной статьей 20-3 Федерального закона\r\n\"О несостоятельности (банкротстве)\" обязанности арбитражного\r\nуправляющего действовать добросовестно и разумно в интересах\r\nдолжника, кредиторов и общества (пункт 4).\r\n 2.2. Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях\r\nнеоднократно указывал, что Конституция Российской Федерации,\r\nгарантируя каждому право на судебную защиту его прав и свобод\r\n(статья 46, часть 1), непосредственно не устанавливает какой-либо\r\nопределенный порядок реализации данного права и не предполагает\r\nвозможность выбора заинтересованным лицом по своему усмотрению\r\nконкретных форм и способов такой защиты, которые устанавливаются\r\nфедеральным законом.\r\n Соответственно, федеральный законодатель, принимая во внимание\r\nхарактер и природу различных денежных требований, очередность их\r\nудовлетворения и пр., вправе ограничить перечень денежных\r\nобязательств, которые учитываются для определения наличия признаков\r\nбанкротства должника и могут явиться основанием для подачи в\r\nарбитражный суд заявления о признании должника банкротом.\r\n Оспариваемые заявителем положения Федерального закона\r\n\"О несостоятельности (банкротстве)\", устанавливающие такие\r\nобязательства, а также определяющие понятие кредиторов для целей\r\nданного Федерального закона, сами по себе конституционные права\r\nзаявителя, перечисленные в жалобе, не нарушают.\r\n Арбитражные суды, как это следует из представленных в\r\nКонституционный Суд Российской Федерации материалов, отказывая\r\nА.Н.Ельшину во введении процедуры наблюдения в отношении ООО \"БУТ\",\r\nуказывали: требование арбитражного управляющего к должнику о\r\nвыплате вознаграждения \"не вытекает из гражданско-правовой сделки и\r\n(или) иных оснований, предусмотренных Гражданским кодексом\r\nРоссийской Федерации и бюджетным законодательством\", по своему\r\nправовому содержанию представляет собой юридическую разновидность\r\nсудебных расходов и, следовательно, не может служить основанием для\r\nвозбуждения дела о банкротстве. Между тем разрешение в рамках\r\nконституционного судопроизводства вопроса о том, относятся ли те\r\nили иные заявленные требования к денежным обязательствам, которые\r\nучитываются для определения наличия признаков банкротства должника,\r\nк судебным или иным расходам, как связанного с установлением и\r\nисследованием фактических обстоятельств, не входит в полномочия\r\nКонституционного Суда Российской Федерации, определенные в статье\r\n125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального\r\nконституционного закона \"О Конституционном Суде Российской\r\nФедерации\".\r\n Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой\r\nстатьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного\r\nзакона \"О Конституционном Суде Российской Федерации\",\r\nКонституционный Суд Российской Федерации\r\n\r\n о п р е д е л и л:\r\n\r\n 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина\r\nЕльшина Александра Николаевича, поскольку она не отвечает\r\nтребованиям Федерального конституционного закона \"О Конституционном\r\nСуде Российской Федерации\", в соответствии с которыми жалоба в\r\nКонституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.\r\n 2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по\r\nданной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.\r\n 3. Настоящее Определение подлежит опубликованию в \"Вестнике\r\nКонституционного Суда Российской Федерации\".\r\n\r\n\r\n Председатель\r\n Конституционного Суда\r\n Российской Федерации В.Д.Зорькин\r\n\r\n N 2047-О\r\n
" }