\r\n\r\n\r\n\r\n Именем Российской Федерации\r\n\r\n ПОСТАНОВЛЕНИЕ\r\n\r\n КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ\r\n\r\n\r\n по делу о проверке конституционности положений частей третьей\r\n и девятой статьи 115 Уголовно-процессуального кодекса Российской\r\n Федерации в связи с жалобами общества с ограниченной\r\n ответственностью \"Аврора малоэтажное строительство\"\r\n и граждан В.А.Шевченко и М.П.Эйдлена\r\n\r\n город Санкт-Петербург 21 октября 2014 года\r\n\r\n Конституционный Суд Российской Федерации в составе\r\nПредседателя В.Д.Зорькина, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова,\r\nН.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина,\r\nС.М.Казанцева, М.И.Клеандрова, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова,\r\nЛ.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина,\r\nН.В.Селезнева, О.С.Хохряковой, В.Г.Ярославцева,\r\n руководствуясь статьей 125 (часть 4) Конституции Российской\r\nФедерации, пунктом 3 части первой, частями третьей и четвертой\r\nстатьи 3, частью первой статьи 21, статьями 36, 47-1, 74, 86, 96,\r\n97 и 99 Федерального конституционного закона \"О Конституционном\r\nСуде Российской Федерации\",\r\n рассмотрел в заседании без проведения слушания дело о проверке\r\nконституционности положений частей третьей и девятой статьи 115 УПК\r\nРоссийской Федерации.\r\n Поводом к рассмотрению дела явились жалобы ООО \"Аврора\r\nмалоэтажное строительство\" и граждан В.А.Шевченко и М.П.Эйдлена.\r\nОснованием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся\r\nнеопределенность в вопросе о том, соответствуют ли Конституции\r\nРоссийской Федерации оспариваемые заявителями законоположения.\r\n Поскольку все жалобы касаются одного и того же предмета,\r\nКонституционный Суд Российской Федерации, руководствуясь статьей 48\r\nФедерального конституционного закона \"О Конституционном Суде\r\nРоссийской Федерации\", соединил дела по этим жалобам в одном\r\nпроизводстве.\r\n Заслушав сообщение судьи-докладчика Г.А.Жилина, исследовав\r\nпредставленные документы и иные материалы, Конституционный Суд\r\nРоссийской Федерации\r\n\r\n у с т а н о в и л:\r\n\r\n 1. Согласно статье 115 УПК Российской Федерации,\r\nпредусматривающей в качестве меры процессуального принуждения\r\nналожение ареста на имущество, применяемое для обеспечения\r\nисполнения приговора в части гражданского иска, других\r\nимущественных взысканий или возможной конфискации имущества,\r\nследователь с согласия руководителя следственного органа, а также\r\nдознаватель с согласия прокурора возбуждают перед судом ходатайство\r\nо наложении ареста на имущество подозреваемого, обвиняемого или\r\nлиц, несущих по закону материальную ответственность за их действия\r\n(часть первая); арест может быть наложен на имущество, находящееся\r\nу других лиц, если есть достаточные основания полагать, что оно\r\nполучено в результате преступных действий подозреваемого,\r\nобвиняемого либо использовалось или предназначалось для\r\nиспользования в качестве орудия преступления либо для\r\nфинансирования терроризма, экстремистской деятельности\r\n(экстремизма), организованной группы, незаконного вооруженного\r\nформирования, преступного сообщества (преступной организации)\r\n(часть третья); наложение ареста на имущество отменяется на\r\nосновании постановления, определения лица или органа, в\r\nпроизводстве которого находится уголовное дело, когда в применении\r\nэтой меры отпадает необходимость (часть девятая).\r\n 1.1. По уголовному делу, возбужденному 31 августа 2009 года по\r\nпризнакам ряда преступлений, обвиняемым инкриминировалось, в\r\nчастности, мошенничество (часть четвертая статьи 159 УК Российской\r\nФедерации), выразившееся в хищении под видом кредитования\r\nюридических лиц (в том числе ЗАО \"Центральная девелоперская\r\nкомпания\") денежных средств у АО \"БТА Банк\", на которые были\r\nприобретены земельные участки, в дальнейшем - после снятия\r\nобременении по ипотеке с помощью подложных, по версии следствия,\r\nсоглашений - разделенные на более мелкие и перешедшие в\r\nсобственность третьих лиц по возмездным сделкам.\r\n В связи с продолжающимся производством предварительного\r\nследствия по данному уголовному делу Тверской районный суд города\r\nМосквы удовлетворил ходатайство следователя о наложении ареста на\r\nземельные участки, право собственности на часть которых по договору\r\nкупли-продажи от 20 сентября 2010 года, заключенному с\r\nЗАО \"Центральная девелоперская компания\", было зарегистрировано за\r\nООО \"Аврора малоэтажное строительство\", с запретом распоряжаться и\r\nпользоваться ими (постановление от 9 августа 2012 года, оставленное\r\nбез изменения кассационным определением судебной коллегии по\r\nуголовным делам Московского городского суда от 12 декабря\r\n2012 года). В обоснование своего решения суд сослался на наличие\r\nдостаточных данных полагать, что эти земельные участки до их\r\nразделения были приобретены в результате преступных действий\r\nобвиняемых, а также на необходимость обеспечить исполнение\r\nприговора в части гражданского иска и других имущественных\r\nвзысканий. В удовлетворении надзорных жалоб ООО \"Аврора малоэтажное\r\nстроительство\" на указанные судебные решения было отказано\r\nпостановлением судьи Московского городского суда от 18 марта\r\n2013 года и постановлением судьи Верховного Суда Российской\r\nФедерации от 31 июля 2013 года. Без удовлетворения оставлена и\r\nподанная в порядке статьи 125 УПК Российской Федерации жалоба\r\nООО \"Аврора малоэтажное строительство\" о признании незаконным и\r\nнеобоснованным постановления следователя от 8 февраля 2013 года,\r\nотклонившего ходатайство заявителя о снятии ареста с принадлежащих\r\nему земельных участков (постановление Тверского районного суда\r\nгорода Москвы от 4 июня 2013 года, оставленное без изменения\r\nапелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам\r\nМосковского городского суда от 24 июля 2013 года).\r\n Как полагает ООО \"Аврора малоэтажное строительство\", части\r\nтретья и девятая статьи 115 УПК Российской Федерации во взаимосвязи\r\nсо статьей 162 данного Кодекса, закрепляющей сроки предварительного\r\nследствия, не соответствуют статьям 8, 34 (часть 1), 35\r\n(части 1-3), 46 (часть 1), 49 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции\r\nРоссийской Федерации в той мере, в какой они не обязывают\r\nследователя по истечении определенного срока снять арест с\r\nимущества лица, не являющегося участником уголовного\r\nсудопроизводства, или предъявить владельцу этого имущества\r\nобвинение.\r\n Кроме того, заявитель оспаривает конституционность статей 38,\r\n122, 125, 161, 165, 216 и 217 УПК Российской Федерации, как не\r\nпредусматривающих надлежащего механизма защиты прав лица, не\r\nявляющегося в уголовном судопроизводстве подозреваемым, обвиняемым\r\nили лицом, несущим по закону материальную ответственность за их\r\nдействия, т. е. лицом, которое в соответствии с Гражданским\r\nкодексом Российской Федерации несет ответственность за вред,\r\nпричиненный преступлением, в случае наложения ареста на его\r\nимущество на основании части третьей статьи 115 УПК Российской\r\nФедерации.\r\n 1.2. По фактам злоупотребления должностными полномочиями и\r\nхищения имущества рядом должностных лиц Главного управления МЧС\r\nРоссии по Ямало-Ненецкому автономному округу было возбуждено\r\nуголовное дело по признакам преступлений, предусмотренных частями\r\nпервой и третьей статьи 285 и частью четвертой статьи 160 УК\r\nРоссийской Федерации.\r\n Постановлением Басманного районного суда города Москвы от\r\n7 октября 2010 года было удовлетворено ходатайство следователя о\r\nналожении ареста на недвижимое имущество - квартиру, право\r\nсобственности на которую зарегистрировано 13 сентября 2001 года за\r\nгражданином В.А.Шевченко, проходящим службу в органах\r\nгосударственного пожарного надзора и лично не причастным к\r\nсовершению преступлений. По версии органов предварительного\r\nследствия, выделение ему квартиры в собственность могло являться\r\nпопыткой одного из обвиняемых придать видимость законности своим\r\nпреступным действиям, выразившимся в растрате чужого имущества и\r\nсвязанным с инвестированием в строительство жилого дома, часть\r\nквартир которого была передана затем в собственность сотрудников\r\nорганов государственного пожарного надзора.\r\n Постановлением следователя от 15 сентября 2011 года\r\nпроизводство по данному уголовному делу было приостановлено в связи\r\nс тем, что обвиняемые скрылись от следствия. Постановлениями\r\nдолжностных лиц следственного органа от 3 октября 2012 года,\r\n4 марта 2013 года и 19 марта 2014 года отказано в удовлетворении\r\nходатайства В.А.Шевченко об отмене ареста на его квартиру. Поданная\r\nв порядке статьи 125 УПК Российской Федерации жалоба В.А.Шевченко\r\nна постановления руководителя следственного органа от 4 марта\r\n2013 года, отказавшего в удовлетворении ходатайства заявителя об\r\nотмене ареста на его квартиру, оставлена без удовлетворения\r\nСалехардским городским судом Ямало-Ненецкого автономного округа\r\n(постановление от 16 апреля 2013 года, оставленное без изменения\r\nапелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам\r\nсуда Ямало-Ненецкого автономного округа от 13 июня 2013 года). В\r\nпередаче кассационной жалобы В.А.Шевченко на указанные судебные\r\nрешения для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной\r\nинстанции отказано постановлением судьи суда Ямало-Ненецкого\r\nавтономного округа от 27 января 2014 года.\r\n Заявитель просит признать части третью и девятую статьи 115\r\nУПК Российской Федерации не соответствующими статьям 35 (части 2 и\r\n3), 49 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации в той мере,\r\nв какой они позволяют в случае приостановления производства\r\nпредварительного следствия по уголовному делу неограниченно долго\r\nприменять наложение ареста на имущество лиц, не являющихся в\r\nуголовном судопроизводстве подозреваемыми, обвиняемыми, не наделяя\r\nих при этом процессуальными правами, позволяющими эффективно\r\nзащищать свое право собственности.\r\n 1.3. По уголовному делу, возбужденному 14 февраля 2012 года в\r\nотношении неустановленного лица по признакам преступления,\r\nпредусмотренного частью четвертой статьи 159 УК Российской\r\nФедерации (мошенничество в особо крупном размере), потерпевшим было\r\nпризнано ООО \"Транспортные системы\", которому был причинен\r\nматериальный ущерб на сумму 216 миллионов рублей вследствие\r\nперехода права собственности на нежилые помещения без оплаты к\r\nпокупателю С., в дальнейшем совершившему их отчуждение в пользу\r\nгражданина М.П.Эйдлена.\r\n Для обеспечения исполнения приговора в части конфискации\r\nимущества, возмещения причиненного ущерба, в целях исключения\r\nвозможности заключения сделок, предметом которых могут являться\r\nуказанные нежилые помещения, а также обеспечения исполнения\r\nприговора в части имущественных взысканий постановлением\r\nДзержинского районного суда города Санкт-Петербурга от 27 марта\r\n2012 года (оставлено без изменения кассационным определением\r\nсудебной коллегии по уголовным делам Санкт-Петербургского\r\nгородского суда от 4 июля 2012 года) разрешено наложение ареста на\r\nнежилые помещения, принадлежащие на праве собственности\r\nМ.П.Эйдлену, с запретом распоряжаться ими. В обоснование своего\r\nрешения суд сослался на наличие убедительных оснований полагать,\r\nчто данное недвижимое имущество до его отчуждения в пользу\r\nМ.П.Эйдлена было получено С. в результате преступных действий.\r\nПостановлением судьи Санкт-Петербургского городского суда от\r\n11 января 2013 года и постановлением судьи Верховного Суда\r\nРоссийской Федерации от 24 сентября 2013 года в удовлетворении\r\nнадзорных жалоб М.П.Эйдлена на указанные судебные решения отказано.\r\n По мнению заявителя, часть третья статьи 115 УПК Российской\r\nФедерации не соответствует статьям 35 (части 1-3) и 55 (часть 3)\r\nКонституции Российской Федерации, поскольку - по смыслу,\r\nпридаваемому ей правоприменительной практикой, - несоразмерно\r\nограничивает право собственности, позволяя налагать арест на\r\nимущество лица, не являющегося подозреваемым, обвиняемым по\r\nуголовному делу, притом что лицо, подлежащее привлечению в качестве\r\nподозреваемого, обвиняемого, не установлено и, следовательно,\r\nотсутствуют основания полагать, что материальную ответственность за\r\nего действия должен нести собственник имущества, спор относительно\r\nкоторого разрешен к тому же в порядке гражданского\r\nсудопроизводства.\r\n 1.4. В соответствии со статьями 3, 36, 74, 96 и 97\r\nФедерального конституционного закона \"О Конституционном Суде\r\nРоссийской Федерации\" Конституционный Суд Российской Федерации\r\nпринимает к рассмотрению жалобы граждан и объединений граждан на\r\nнарушение конституционных прав и свобод законом, примененным в\r\nконкретном деле, рассмотрение которого завершено в суде, если\r\nпридет к выводу, что оспариваемые законоположения затрагивают\r\nконституционные права и свободы граждан и что имеется\r\nнеопределенность в вопросе о том, соответствуют ли они Конституции\r\nРоссийской Федерации; Конституционный Суд Российской Федерации\r\nпринимает постановление только по предмету, указанному в жалобе, и\r\nлишь в отношении той части оспариваемых законоположений, которые\r\nбыли применены в деле заявителя, оценивая как буквальный смысл\r\nрассматриваемых законоположений, так и смысл, придаваемый им\r\nофициальным и иным толкованием или сложившейся правоприменительной\r\nпрактикой, а также исходя из их места в системе правовых норм.\r\n Положения статей 38, 122, 125, 161, 162, 165, 216 и 217 УПК\r\nРоссийской Федерации, конституционность которых подвергает сомнению\r\nООО \"Аврора малоэтажное строительство\", устанавливают полномочия\r\nследователя, порядок разрешения ходатайств участников уголовного\r\nсудопроизводства, судебный порядок рассмотрения их жалоб,\r\nзакрепляют недопустимость разглашения данных предварительного\r\nрасследования, определяют сроки предварительного следствия,\r\nсудебный порядок получения разрешения на производство отдельных\r\nследственных действий и порядок ознакомления участников уголовного\r\nсудопроизводства с материалами уголовного дела. Сами по себе\r\nуказанные законоположения не содержат неопределенности\r\nприменительно к обстоятельствам дела заявителя и не могут\r\nрасцениваться как нарушающие его права и свободы, в связи с чем его\r\nжалоба в части, касающейся оспаривания их конституционности, не\r\nявляется допустимой по смыслу статей 96 и 97 Федерального\r\nконституционного закона \"О Конституционном Суде Российской\r\nФедерации\", что не препятствует Конституционному Суду Российской\r\nФедерации учитывать как эти, так и другие положения\r\nУголовно-процессуального кодекса Российской Федерации при оценке\r\nконституционности частей третьей и девятой его статьи 115.\r\n Кроме того, часть третья статьи 115 УПК Российской Федерации в\r\nтой части, в какой ею предусматривается наложение ареста на\r\nимущество, находящееся у других лиц, если есть достаточные\r\nоснования полагать, что оно использовалось или предназначалось для\r\nиспользования в качестве орудия преступления либо для\r\nфинансирования терроризма, экстремистской деятельности\r\n(экстремизма), организованной группы, незаконного вооруженного\r\nформирования, преступного сообщества (преступной организации), в\r\nделах ООО \"Аврора малоэтажное строительство\", а также граждан\r\nВ.А.Шевченко и М.П.Эйдлена не применялась, а потому в этой части их\r\nжалобы также не могут быть признаны допустимыми.\r\n Таким образом, предметом рассмотрения Конституционного Суда\r\nРоссийской Федерации по настоящему делу являются положения частей\r\nтретьей и девятой статьи 115 УПК Российской Федерации, как служащие\r\nоснованием для установления на стадии производства предварительного\r\nрасследования по уголовному делу правового режима ареста имущества\r\nлица, не являющегося по данному уголовному делу подозреваемым,\r\nобвиняемым или лицом, несущим в соответствии с Гражданским кодексом\r\nРоссийской Федерации ответственность за вред, причиненный\r\nпреступлением, если имеются достаточные основания полагать, что это\r\nимущество получено в результате преступных действий подозреваемого,\r\nобвиняемого.\r\n 2. Согласно Конституции Российской Федерации в Российской\r\nФедерации гарантируется свобода экономической деятельности,\r\nпризнаются и защищаются равным образом все формы собственности;\r\nправо частной собственности, относящееся к основным правам\r\nчеловека, подлежит защите со стороны государства и наряду с другими\r\nправами и свободами человека и гражданина определяет смысл,\r\nсодержание и применение законов, деятельность законодательной и\r\nисполнительной власти, местного самоуправления и обеспечивается\r\nправосудием (статьи 2, 8, 18 и 34; статья 35, части 1-3; статья 46,\r\nчасти 1 и 2; статья 118, часть 2; статья 128, часть 3).\r\n В силу фундаментальных принципов верховенства права и\r\nюридического равенства вмешательство государства в отношения\r\nсобственности, как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд\r\nРоссийской Федерации, не должно быть произвольным и нарушать\r\nравновесие между требованиями интересов общества и необходимыми\r\nусловиями защиты основных прав личности, что предполагает разумную\r\nсоразмерность используемых средств и преследуемой цели, с тем чтобы\r\nобеспечивался баланс конституционно защищаемых ценностей и лицо не\r\nподвергалось чрезмерному обременению; при этом ограничения права\r\nсобственности, по смыслу статьи 55 (часть 3) Конституции Российской\r\nФедерации во взаимосвязи с ее статьями 8, 17 (часть 3), 19 (части 1\r\nи 2), 34 и 35 (части 1 и 3), могут вводиться федеральным законом,\r\nтолько если они необходимы для защиты иных конституционно значимых\r\nценностей, в том числе прав и законных интересов других лиц,\r\nотвечают требованиям справедливости, разумности и соразмерности\r\n(пропорциональности), носят общий и абстрактный характер, не имеют\r\nобратной силы и не затрагивают само существо данного\r\nконституционного права.\r\n Необходимостью такого рода ограничений при осуществлении\r\nуголовного судопроизводства в целях обеспечения исполнения\r\nприговора в части гражданского иска, других имущественных взысканий\r\nили возможной конфискации обусловливается, в частности,\r\nпредоставление суду полномочия разрешать по ходатайству следователя\r\nили дознавателя вопрос о наложении ареста на имущество на период\r\nпредварительного расследования и судебного разбирательства по\r\nуголовному делу. Данная уголовно-процессуальная мера имеет\r\nпринудительный характер и вторгается помимо воли собственника в его\r\nправомочия по владению, пользованию и распоряжению имуществом, а\r\nпотому должна применяться - как того требуют выражающие принцип\r\nнеприкосновенности собственности конституционные гарантии охраны\r\nчастной собственности законом и допустимости лишения имущества не\r\nиначе как по решению суда, а также конституционные гарантии\r\nсудебной защиты - при эффективном, а не формальном контроле суда;\r\nпри этом не должна допускаться подмена частноправовых механизмов\r\nразрешения споров о собственности уголовно-процессуальными\r\nсредствами, направленными на достижение публично-правовых целей\r\nуголовного судопроизводства.\r\n Поскольку наложение ареста на имущество в ходе производства\r\nпредварительного расследования по уголовному делу влечет для\r\nсобственника этого имущества ограничения в праве владеть,\r\nпользоваться и распоряжаться им, применение данной процессуальной\r\nмеры не может быть произвольным, - оно должно быть обусловлено\r\nпредполагаемой причастностью конкретного лица к преступной\r\nдеятельности или предполагаемым преступным характером происхождения\r\nконкретного имущества либо должно основываться на законе,\r\nустанавливающем материальную ответственность лица за действия\r\nподозреваемого или обвиняемого.\r\n По смыслу приведенных правовых позиций Конституционного Суда\r\nРоссийской Федерации, выраженных в постановлениях от 16 июля\r\n2008 года N 9-П и от 31 января 2011 года N 1-П и основанных на\r\nпринципах верховенства права, предполагающего защиту от\r\nпроизвольных действий государственных органов и должностных лиц, а\r\nтакже неприкосновенности собственности и соблюдения баланса частных\r\nи публичных интересов, наложение в рамках производства по\r\nуголовному делу ареста на имущество, которое находится у лиц, не\r\nявляющихся подозреваемыми, обвиняемыми или несущими по закону\r\nматериальную ответственность за действия подозреваемого,\r\nобвиняемого, и получение которого в результате совершения\r\nпреступления лишь предполагается, может иметь лишь временный\r\nхарактер и применяться при предоставлении таким лицам\r\nпроцессуальных гарантий, обеспечивающих восстановление нарушенных\r\nправ посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости\r\nи равенства.\r\n Соответственно, соблюдение условий для продолжения (сохранения\r\nрежима) ареста имущества должно находиться под эффективным\r\nконтролем суда, с тем чтобы обеспечивался баланс конституционно\r\nзащищаемых ценностей и лицо, на имущество которого наложен арест,\r\nне подвергалось чрезмерному обременению вследствие неоправданно\r\nдлительного применения данной меры процессуального принуждения,\r\nчто, в свою очередь, требует дополнительных усилий от органов\r\nпредварительного расследования, на которые законом возложены\r\nобязанности по осуществлению уголовного преследования, собиранию\r\nдоказательств и обеспечению прав и законных интересов граждан и\r\nюридических лиц, так или иначе вовлеченных в уголовный процесс.\r\n Аналогичного подхода придерживается Европейский Суд по правам\r\nчеловека, полагающий, что, поскольку арест имущества всегда несет\r\nриск наложения чрезмерных ограничений, отрицательные последствия\r\nкоторых с течением времени существенно усугубляются, для сохранения\r\nсправедливого баланса между требованием соблюдения общих интересов\r\nи требованием защиты фундаментальных прав человека собственник\r\nдолжен располагать эффективными средствами правовой защиты, с тем\r\nчтобы воздействие на его имущественные права не было произвольным\r\nили непредсказуемым, а понесенные им убытки не превышали\r\nдействительно неизбежных; так, при отсутствии гражданского иска,\r\nпредъявленного к владельцу имущества, национальные власти обязаны\r\nосуществить оценку законности и необходимости продолжения действия\r\nрешения о наложении ареста на это имущество (постановление от\r\n22 января 2009 года по делу \"Боржонов против России\").\r\n Таким образом, Конституция Российской Федерации и Конвенция о\r\nзащите прав человека и основных свобод, как следует из основанных\r\nна их требованиях правовых позиций Конституционного Суда Российской\r\nФедерации и Европейского Суда по правам человека, обязывают\r\nгосударство обеспечить эффективную защиту, включая судебную, права\r\nсобственности лицам, чье имущество длительное время находится под\r\nарестом, в том числе изначально наложенным в не терпящих\r\nотлагательства случаях. Соответственно, устанавливаемые во\r\nисполнение судебного решения о наложении ареста на имущество\r\nограничения правомочий владения, пользования и распоряжения могут\r\nбыть оспорены в судебном порядке, с тем чтобы, как указал\r\nКонституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от\r\n31 января 2011 года N 1-П, по прошествии времени суд проверил\r\nсоразмерность ограничения прав собственника и рассмотрел\r\nвозможность (при наличии к тому оснований) возвращения ему\r\nимущества во владение и пользование или возможность полной отмены\r\nданной меры процессуального принуждения.\r\n 3. Предусмотренная статьей 115 УПК Российской Федерации мера\r\nпроцессуального принуждения в виде наложения ареста на имущество в\r\nходе производства предварительного расследования по уголовному делу\r\nприменяется как в публично-правовых целях - для обеспечения\r\nвозможной конфискации имущества, имущественных взысканий в виде\r\nпроцессуальных издержек или штрафа в качестве меры уголовного\r\nнаказания, а также для сохранности имущества, относящегося к\r\nвещественным доказательствам по уголовному делу, так и в целях\r\nзащиты субъективных гражданских прав лиц, потерпевших от\r\nпреступления.\r\n Часть третья статьи 115 УПК Российской Федерации допускает\r\nналожение ареста на имущество, если есть достаточные основания\r\nполагать, что оно получено в результате преступных действий\r\nподозреваемого, обвиняемого. Лица, на имущество которых\r\nраспространяется действие данной нормы, не являются подозреваемыми,\r\nобвиняемыми и не подлежат привлечению в качестве гражданских\r\nответчиков, каковыми согласно части первой статьи 54 УПК Российской\r\nФедерации могут быть физические или юридические лица, несущие в\r\nсоответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации\r\nответственность за вред, причиненный преступлением. На указанных в\r\nчасти третьей статьи 115 УПК Российской Федерации лиц, в чьем\r\nзаконном владении (собственности) находится имущество,\r\nпредположительно полученное в результате преступных действий\r\nподозреваемого, обвиняемого, имущественная ответственность не\r\nвозлагается - в противном случае применению подлежит часть первая\r\nтой же статьи.\r\n 3.1. Как следует из статьи 115 УПК Российской Федерации во\r\nвзаимосвязи с его статьей 160-1 и частью пятой статьи 165,\r\nналожение ареста на имущество производится следователем или\r\nдознавателем, по общему правилу, на основании постановления судьи\r\n(за исключением случаев, не терпящих отлагательства) для\r\nпредотвращения сокрытия или отчуждения имущества, необходимого для\r\nобеспечения гражданского иска, других имущественных взысканий или\r\nвозможной конфискации, в том числе при неустановлении или неполном\r\nустановлении обстоятельств, подлежащих согласно статье 73 данного\r\nКодекса доказыванию по уголовному делу.\r\n При этом в силу пункта 2-1 части первой статьи 81 и пункта 3-1\r\nчасти второй статьи 82 УПК Российской Федерации деньги, ценности и\r\nиное имущество, полученные в результате совершения преступления,\r\nпризнаются вещественными доказательствами и, будучи обнаруженными\r\nпри производстве следственных действий, подлежат аресту в порядке,\r\nустановленном статьей 115 данного Кодекса. При разрешении\r\nуголовного дела, в том числе приговором суда, указанное имущество,\r\nесли его принадлежность установлена судом, может быть возвращено\r\nзаконному владельцу (пункт 4 части третьей статьи 81 УПК Российской\r\nФедерации), конфисковано, если лицо, принявшее имущество, знало или\r\nдолжно было знать, что оно получено в результате преступных\r\nдействий (часть третья статьи 104-1 УК Российской Федерации), или\r\nиспользовано для возмещения вреда, причиненного преступлением\r\n(статья 104-3 УК Российской Федерации), причем возмещение вреда\r\nпотерпевшему возможно лишь по его требованию, заявленному с\r\nсоблюдением правил об исковой давности.\r\n Соответственно, как по буквальному смыслу части третьей статьи\r\n115 УПК Российской Федерации, так и по смыслу, придаваемому ей\r\nправоприменительной практикой, наложение ареста на имущество лица,\r\nкоторое не является подозреваемым, обвиняемым и не привлекается по\r\nуголовному делу в качестве гражданского ответчика, допускается лишь\r\nв публично-правовых целях обеспечения предполагаемой конфискации\r\nимущества или сохранности имущества, относящегося к вещественным\r\nдоказательствам по данному уголовному делу, и лишь при условии, что\r\nотносительно этого имущества имеются достаточные, подтвержденные\r\nдоказательствами основания полагать, что оно получено в результате\r\nпреступных действий подозреваемого, обвиняемого либо использовалось\r\nили предназначалось для использования в качестве орудия\r\nпреступления либо для финансирования преступной деятельности.\r\n Пролонгация действия данной меры процессуального принуждения,\r\nпервоначально примененной в неотложной ситуации, также должна\r\nосуществляться с учетом данных, которые получены в результате\r\nдальнейшего расследования и свидетельствуют о возможности\r\nприменения по приговору суда конфискации имущества, на которое\r\nналожен арест, о необходимости его сохранности как вещественного\r\nдоказательства по уголовному делу и позволяют оценить,\r\nдействительно ли арестованное имущество приобретено у лица, не\r\nимевшего права его отчуждать (о чем приобретатель не знал и не мог\r\nзнать), знал или должен был знать владелец арестованного имущества,\r\nчто оно получено в результате преступных действий, причастен ли он\r\nк совершению преступления, на каком основании (возмездно или\r\nбезвозмездно) приобретено имущество. При этом не исключается\r\nсохранение действия правового режима ареста имущества для\r\nобеспечения - при эффективном судебном контроле - частноправовых\r\nцелей возмещения потерпевшему вреда, причиненного преступлением,\r\nесли по делу будет заявлен гражданский иск и владелец арестованного\r\nимущества подлежит привлечению в качестве гражданского ответчика.\r\nОднако в таком случае пролонгация ареста имущества должна\r\nосуществляться на основании части первой статьи 115 УПК Российской\r\nФедерации.\r\n 3.2. Положения частей третьей и девятой статьи 115 УПК\r\nРоссийской Федерации, предусматривая возможность наложения ареста\r\nна имущество, находящееся у лиц, не являющихся подозреваемыми,\r\nобвиняемыми или гражданскими ответчиками по уголовному делу, вплоть\r\nдо его отмены решением должностного лица или органа, в производстве\r\nкоторого находится данное уголовное дело, когда в применении этой\r\nмеры отпадает необходимость, не устанавливают срок, по истечении\r\nкоторого ее законность и обоснованность могут быть подвергнуты\r\nсудебному контролю, притом что вопрос об отмене наложения ареста на\r\nимущество решается по усмотрению дознавателя либо следователя,\r\nкоторые вправе самостоятельно принимать процессуальные решения\r\n(пункт 3 части второй статьи 38 и пункт 1 части третьей статьи 41\r\nУПК Российской Федерации).\r\n Это означает, что в существующей системе правового\r\nрегулирования срок действия меры процессуального принуждения в виде\r\nналожения ареста на имущество в высокой степени зависит от\r\nфакторов, влияющих на длительность предварительного расследования и\r\nсудебного разбирательства по уголовному делу, общие сроки\r\nпроведения которых обусловливают продолжительность применения этой\r\nмеры (статьи 162, 223, 226-6, 227 и 233 УПК Российской Федерации),\r\nа предельные сроки ограничены лишь сроками давности (статья 78 УК\r\nРоссийской Федерации). Не содержит уголовно-процессуальный закон и\r\nспециальных предписаний относительно отмены или, напротив,\r\nпролонгации наложения ареста на имущество в случаях приостановления\r\nпредварительного следствия по основаниям, предусмотренным статьей\r\n208 УПК Российской Федерации, допуская тем самым, как указал\r\nКонституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от\r\n31 января 2011 года N 1-П, сохранение действия данной меры\r\nпроцессуального принуждения на все время приостановления\r\nпроизводства по делу, т. е. до истечения сроков давности уголовного\r\nпреследования.\r\n Поскольку продление сроков предварительного следствия не\r\nсвязано с необходимостью сохранения правового режима ареста\r\nимущества, а обусловливается иными обстоятельствами (производство\r\nэкспертиз и прочих следственных действий, установление соучастников\r\nпреступления и дополнительных эпизодов преступной деятельности и\r\nт. д.), ни при принятии следователем соответствующего\r\nпроцессуального решения, ни при проверке его законности и\r\nобоснованности судом необходимость в сохранении действия данной\r\nмеры процессуального принуждения и соразмерность ограничений права\r\nсобственности на арестованное имущество не оцениваются. Равным\r\nобразом это относится к случаям приостановления предварительного\r\nследствия.\r\n Не предполагает необходимость судебного контроля за\r\nпродолжительностью наложения ареста на имущество, в отношении\r\nкоторого имеются основания полагать, что оно получено в результате\r\nпреступных действий подозреваемого, обвиняемого, и статья 165 УПК\r\nРоссийской Федерации, закрепляющая лишь судебный порядок получения\r\nпервоначального разрешения на производство такого следственного\r\nдействия. Что касается возможности лица, на имущество которого\r\nналожен арест, обратиться в случае продления сроков или\r\nприостановления предварительного следствия к органу,\r\nосуществляющему досудебное производство по уголовному делу, с\r\nходатайством об отмене наложения ареста на имущество, обжаловать\r\nсоответствующее постановление следователя руководителю\r\nследственного органа, прокурору в порядке статей 123 и 124 УПК\r\nРоссийской Федерации или в суд по правилам статьи 125 данного\r\nКодекса, притом что такое лицо, если оно не является подозреваемым,\r\nобвиняемым или гражданским ответчиком, о продлении сроков\r\nпредварительного следствия или о его приостановлении не\r\nуведомляется (часть восьмая статьи 162 и часть вторая статьи 208\r\nУПК Российской Федерации), то такая возможность - как по\r\nбуквальному смыслу части девятой статьи 115 УПК Российской\r\nФедерации во взаимосвязи с частью третьей той же статьи и частью\r\nпервой его статьи 208, так и по смыслу, придаваемому им\r\nправоприменительной практикой, - не может быть признана эффективным\r\nсредством защиты прав собственника арестованного имущества\r\n(Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от\r\n31 января 2011 года N 1-П). Кроме того, на указанных в части\r\nтретьей статьи 115 УПК Российской Федерации лиц, поскольку они\r\nне являются участниками уголовного судопроизводства, не\r\nраспространяются такие процессуальные гарантии, как право знать\r\nсущность предъявленных к ним материально-правовых притязаний и\r\nобстоятельств, на которых они основаны, возражать против этих\r\nпритязаний, давать объяснения, представлять доказательства, иметь\r\nпредставителя, знакомиться с материалами уголовного дела, заявлять\r\nотводы и т. д.\r\n Не предусматривает уголовно-процессуальный закон и\r\nспециального механизма возмещения убытков собственнику\r\nарестованного имущества, причиненных чрезмерно длительным\r\nограничением его прав: так, расходы собственника по содержанию\r\nарестованного имущества и неполученные доходы от его возможного\r\nиспользования не отнесены законом к процессуальным издержкам,\r\nподлежащим взысканию по итогам судебного разбирательства по делу\r\n(статьи 131 и 132 УПК Российской Федерации); возмещение вреда,\r\nпричиненного чрезмерно длительным арестом имущества, наложенным на\r\nзаконных основаниях, в уголовно-процессуальном порядке не\r\nпредусмотрено (части третья и пятая статьи 133 УПК Российской\r\nФедерации); не являющиеся подозреваемыми, обвиняемыми или\r\nгражданскими ответчиками лица, на имущество которых наложен арест,\r\nне относятся к числу субъектов, имеющих право на обращение в суд с\r\nзаявлением о присуждении компенсации за нарушение права на\r\nсудопроизводство в разумный срок (часть 1 статьи 1 Федерального\r\nзакона от 30 апреля 2010 года N 68-ФЗ \"О компенсации за нарушение\r\nправа на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение\r\nсудебного акта в разумный срок\"); отсутствие специального механизма\r\nвозмещения собственнику арестованного имущества убытков,\r\nпричиненных чрезмерно длительным ограничением его прав, не\r\nкомпенсируется и возможностью обращения за судебной защитой в\r\nпорядке гражданского судопроизводства (Постановление\r\nКонституционного Суда Российской Федерации от 31 января 2011 года\r\nN 1-П).\r\n 4. Таким образом, положения частей третьей и девятой статьи\r\n115 УПК Российской Федерации не соответствуют Конституции\r\nРоссийской Федерации, ее статьям 35 (части 1-3), 46 (часть 1) и 55\r\n(часть 3), в той мере, в какой этими положениями в системе\r\nдействующего правового регулирования не предусматривается\r\nнадлежащий правовой механизм, применение которого - при сохранении\r\nбаланса между публично-правовыми и частноправовыми интересами -\r\nпозволяло бы эффективно защищать в судебном порядке права и\r\nзаконные интересы лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми\r\nили гражданскими ответчиками по уголовному делу, право\r\nсобственности которых ограничено чрезмерно длительным наложением\r\nареста на принадлежащее им имущество, предположительно полученное в\r\nрезультате преступных действий подозреваемого, обвиняемого.\r\n Федеральному законодателю надлежит - исходя из требований\r\nКонституции Российской Федерации и с учетом правовых позиций\r\nКонституционного Суда Российской Федерации, выраженных в настоящем\r\nПостановлении, - внести в действующее правовое регулирование\r\nизменения, направленные на ограничение срока (продолжительности)\r\nприменения наложения ареста на имущество лиц, не являющихся\r\nподозреваемыми, обвиняемыми и гражданскими ответчиками по\r\nуголовному делу, разумность и необходимость которого должны\r\nопределяться судом в процедурах, обеспечивающих собственников\r\nарестованного имущества процессуальными правами, необходимыми для\r\nзащиты их права собственности от необоснованного или чрезмерно\r\nдлительного ограничения.\r\n Впредь до внесения в действующее правовое регулирование\r\nнадлежащих изменений, вытекающих из настоящего Постановления, суд\r\nпри принятии решения об удовлетворении ходатайства органа\r\nпредварительного расследования о наложении ареста на имущество лиц,\r\nне являющихся подозреваемыми, обвиняемыми и гражданскими\r\nответчиками по уголовному делу, должен указывать в соответствующем\r\nпостановлении разумный и не превышающий установленных законом\r\nсроков предварительного расследования срок действия данной меры\r\nпроцессуального принуждения, который при необходимости может быть\r\nпродлен судом. По уголовным делам, по которым наложение ареста на\r\nимущество уже применяется, вопросы, связанные с необходимостью его\r\nсохранения и сроком применения, подлежат разрешению судом по\r\nсоответствующим жалобам или ходатайствам заинтересованных лиц.\r\nПродление срока наложения ареста на имущество осуществляется с\r\nучетом результатов предварительного расследования,\r\nсвидетельствующих, в частности, о возможности применения по\r\nприговору суда конфискации имущества, на которое наложен арест, о\r\nнеобходимости его сохранности как вещественного доказательства по\r\nуголовному делу, а также позволяющих оценить, действительно ли\r\nарестованное имущество приобретено у лица, которое не имело права\r\nего отчуждать (о чем приобретатель не знал и не мог знать), знал\r\nили должен был знать владелец арестованного имущества, что оно\r\nполучено в результате преступных действий, причастен ли он к\r\nсовершению преступления и подлежит ли привлечению к уголовной\r\nответственности, возмездно или безвозмездно приобретено имущество,\r\nимеются ли основания для наложения ареста на имущество в\r\nсоответствии с частью первой статьи 115 УПК Российской Федерации\r\nдля обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, в\r\nтом числе с учетом соблюдения правил о сроках исковой давности и\r\nпривлечения владельца арестованного имущества в качестве\r\nгражданского ответчика.\r\n Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 47-1, 71, 72,\r\n74, 75, 78, 79 и 100 Федерального конституционного закона\r\n\"О Конституционном Суде Российской Федерации\", Конституционный Суд\r\nРоссийской Федерации\r\n\r\n п о с т а н о в и л:\r\n\r\n 1. Признать положения частей третьей и девятой статьи 115 УПК\r\nРоссийской Федерации не соответствующими Конституции Российской\r\nФедерации, ее статьям 35 (части 1-3), 46 (часть 1) и 55 (часть 3),\r\nв той мере, в какой этими положениями в системе действующего\r\nправового регулирования не предусматривается надлежащий правовой\r\nмеханизм, применение которого - при сохранении баланса между\r\nпублично-правовыми и частноправовыми интересами - позволяло бы\r\nэффективно защищать в судебном порядке права и законные интересы\r\nлиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или гражданскими\r\nответчиками по уголовному делу, право собственности которых\r\nограничено чрезмерно длительным наложением ареста на принадлежащее\r\nим имущество, предположительно полученное в результате преступных\r\nдействий подозреваемого, обвиняемого.\r\n 2. Федеральному законодателю надлежит - исходя из требований\r\nКонституции Российской Федерации и с учетом правовых позиций\r\nКонституционного Суда Российской Федерации, выраженных в настоящем\r\nПостановлении, - внести в действующее правовое регулирование\r\nизменения, направленные на ограничение срока (продолжительности)\r\nприменения наложения ареста на имущество, разумность и\r\nнеобходимость которого должны определяться судом в процедурах,\r\nобеспечивающих предоставление собственникам арестованного имущества\r\nпроцессуальных прав, необходимых для защиты их права собственности\r\nот необоснованного или чрезмерно длительного ограничения.\r\n 3. Судебные акты по делам общества с ограниченной\r\nответственностью \"Аврора малоэтажное строительство\", граждан\r\nШевченко Владимира Анатольевича и Эйдлена Марка Павловича,\r\nоснованием для вынесения которых положения частей третьей и девятой\r\nстатьи 115 УПК Российской Федерации послужили в той мере, в какой\r\nони признаны настоящим Постановлением не соответствующими\r\nКонституции Российской Федерации, подлежат пересмотру, если для\r\nэтого нет иных препятствий.\r\n 4. Настоящее Постановление окончательно, не подлежит\r\nобжалованию, вступает в силу со дня официального опубликования,\r\nдействует непосредственно и не требует подтверждения другими\r\nорганами и должностными лицами.\r\n 5. Настоящее Постановление подлежит незамедлительному\r\nопубликованию в \"Российской газете\", \"Собрании законодательства\r\nРоссийской Федерации\" и на \"Официальном интернет-портале правовой\r\nинформации\" (www.pravo.gov.ru). Постановление должно быть\r\nопубликовано также в \"Вестнике Конституционного Суда Российской\r\nФедерации\".\r\n\r\n\r\n Конституционный Суд\r\n Российской Федерации\r\n\r\n N 25-П\r\n
" }