\r\n\r\n\r\n\r\n Именем\r\n Российской Федерации\r\n\r\n П О С Т А Н О В Л Е Н И Е\r\n\r\n КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ\r\n\r\n\r\n по делу о проверке конституционности части 8 статьи 4 и частей 2,\r\n 3 и 4 статьи 9 Федерального закона \"Об особенностях отчуждения\r\n недвижимого имущества, находящегося в государственной\r\n собственности субъектов Российской Федерации или в\r\n муниципальной собственности и арендуемого субъектами малого и\r\n среднего предпринимательства, и о внесении изменений в\r\n отдельные законодательные акты Российской Федерации\" в связи с\r\n жалобой администрации города Благовещенска\r\n\r\n город Санкт-Петербург 20 декабря 2010 года\r\n\r\n Конституционный Суд Российской Федерации в составе\r\nПредседателя В.Д.Зорькина, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова,\r\nН.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина,\r\nС.М.Казанцева, М.И.Клеандрова, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова,\r\nЛ.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина,\r\nН.В.Селезнева, О.С.Хохряковой, В.Г.Ярославцева,\r\n с участием представителя администрации города Благовещенска -\r\nадвоката В.М.Жуковского, постоянного представителя Государственной\r\nДумы в Конституционном Суде Российской Федерации А.Н.Харитонова,\r\nпредставителя Совета Федерации - доктора юридических наук\r\nЕ.В.Виноградовой, полномочного представителя Президента Российской\r\nФедерации в Конституционном Суде Российской Федерации М.В.Кротова,\r\n руководствуясь статьей 125 (часть 4) Конституции Российской\r\nФедерации, пунктом 3 части первой, частями третьей и четвертой\r\nстатьи 3, частью первой статьи 21, статьями 36, 74, 86, 96, 97 и 99\r\nФедерального конституционного закона \"О Конституционном Суде\r\nРоссийской Федерации\",\r\n рассмотрел в открытом заседании дело о проверке\r\nконституционности части 8 статьи 4 и частей 2, 3 и 4 статьи 9\r\nФедерального закона \"Об особенностях отчуждения недвижимого\r\nимущества, находящегося в государственной собственности субъектов\r\nРоссийской Федерации или в муниципальной собственности и\r\nарендуемого субъектами малого и среднего предпринимательства, и о\r\nвнесении изменений в отдельные законодательные акты Российской\r\nФедерации\".\r\n Поводом к рассмотрению дела явилась жалоба администрации\r\nгорода Благовещенска. Основанием к рассмотрению дела явилась\r\nобнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствуют ли\r\nКонституции Российской Федерации оспариваемые заявителем\r\nзаконоположения.\r\n Заслушав сообщение судьи-докладчика К.В.Арановского,\r\nобъяснения представителей сторон, выступления приглашенных в\r\nзаседание представителей: от Высшего Арбитражного Суда Российской\r\nФедерации - судьи Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации\r\nЕ.Е.Борисовой, от Министерства юстиции Российской Федерации -\r\nВ.В.Карпова, от Министерства экономического развития Российской\r\nФедерации - Н.И.Ларионовой, от Генерального прокурора Российской\r\nФедерации - Т.А.Васильевой, исследовав представленные документы и\r\nиные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации\r\n\r\n у с т а н о в и л:\r\n\r\n 1. Заявитель по настоящему делу - администрация города\r\nБлаговещенска оспаривает конституционность следующих положений\r\nФедерального закона от 22 июля 2008 года N 159-ФЗ \"Об особенностях\r\nотчуждения недвижимого имущества, находящегося в государственной\r\nсобственности субъектов Российской Федерации или в муниципальной\r\nсобственности и арендуемого субъектами малого и среднего\r\nпредпринимательства, и о внесении изменений в отдельные\r\nзаконодательные акты Российской Федерации\":\r\n части 8 статьи 4, наделяющей субъекты малого и среднего\r\nпредпринимательства правом обжаловать в порядке, установленном\r\nзаконодательством Российской Федерации, отказ органа\r\nгосударственной власти субъекта Российской Федерации или органа\r\nместного самоуправления, уполномоченных на осуществление функций по\r\nприватизации имущества, находящегося в государственной\r\nсобственности субъекта Российской Федерации или муниципальной\r\nсобственности, в реализации преимущественного права на приобретение\r\nарендуемого имущества, а также их бездействие в части принятия\r\nрешения об отчуждении арендуемого имущества и (или) совершения\r\nюридически значимых действий, необходимых для реализации\r\nпреимущественного права на приобретение арендуемого имущества;\r\n части 2 статьи 9, предусматривающей право субъектов малого и\r\nсреднего предпринимательства, отвечающих требованиям статьи 3\r\nданного Федерального закона, по своей инициативе направить в\r\nуполномоченный орган заявление о соответствии условиям отнесения к\r\nкатегории субъектов малого или среднего предпринимательства,\r\nустановленным статьей 4 Федерального закона \"О развитии малого и\r\nсреднего предпринимательства в Российской Федерации\", и о\r\nреализации преимущественного права на приобретение арендуемого\r\nимущества, не включенного в перечень государственного имущества или\r\nмуниципального имущества, предназначенного для передачи во владение\r\nи (или) в пользование субъектам малого и среднего\r\nпредпринимательства;\r\n части 3 статьи 9, обязывающей уполномоченный орган при\r\nпоступлении заявления обеспечить заключение договора на проведение\r\nоценки рыночной стоимости арендуемого имущества в порядке,\r\nустановленном Федеральным законом \"Об оценочной деятельности в\r\nРоссийской Федерации\", в двухмесячный срок с даты его получения,\r\nпринять решение об условиях приватизации арендуемого имущества в\r\nдвухнедельный срок с даты принятия отчета о его оценке, а также\r\nнаправить заявителю проект договора купли-продажи арендуемого\r\nимущества в десятидневный срок с даты принятия решения об условиях\r\nего приватизации;\r\n части 4 статьи 9, согласно которой в случае, если заявитель не\r\nсоответствует установленным статьей 3 данного Федерального закона\r\nтребованиям и (или) отчуждение арендуемого имущества, указанного в\r\nзаявлении, в порядке реализации преимущественного права на\r\nприобретение арендуемого имущества не допускается в соответствии с\r\nданным Федеральным законом или другими федеральными законами,\r\nуполномоченный орган в тридцатидневный срок с даты получения этого\r\nзаявления возвращает его арендатору с указанием причины отказа в\r\nприобретении арендуемого имущества.\r\n 1.1. Со ссылкой на названные нормы Арбитражный суд Амурской\r\nобласти решением от 20 января 2010 года, оставленным без изменения\r\nарбитражными судами апелляционной и кассационной инстанций,\r\nудовлетворил требование гражданки Т.А.Удод - индивидуального\r\nпредпринимателя о признании незаконным отказа администрации города\r\nБлаговещенска в реализации преимущественного права на приобретение\r\nарендуемого ею помещения и обязал ответчика заключить договор на\r\nпроведение оценки рыночной стоимости этого помещения, принять\r\nрешение об условиях его приватизации в порядке реализации\r\nпреимущественного права арендатора на приобретение арендуемого\r\nимущества в двухнедельный срок с даты принятия отчета об оценке его\r\nрыночной стоимости и направить в адрес Т.А.Удод проект\r\nсоответствующего договора купли-продажи. Определением от 28 июля\r\n2010 года, вынесенным коллегиальным составом судей Высшего\r\nАрбитражного Суда Российской Федерации, в передаче дела в Президиум\r\nВысшего Арбитражного Суда Российской Федерации для пересмотра в\r\nпорядке надзора отказано.\r\n Неконституционность примененных арбитражными судами\r\nзаконоположений администрация города Благовещенска усматривает в\r\nтом, что они, допуская возможность передачи муниципального\r\nимущества в частную собственность без согласия собственника, влекут\r\nнесоразмерные ограничения права собственности, нарушают\r\nимущественные права муниципального образования, ставят его в\r\nнеравное положение с другими собственниками, ограничивают\r\nсамостоятельность в решении вопросов местного значения и тем самым\r\nпротиворечат статьям 8 (часть 2), 12, 130 (часть 1), 132 (часть 1)\r\nи 133 Конституции Российской Федерации.\r\n 1.2. Как следует из статей 74, 96 и 97 Федерального\r\nконституционного закона \"О Конституционном Суде Российской\r\nФедерации\", Конституционный Суд Российской Федерации по жалобам\r\nграждан и объединений граждан, в том числе муниципальных\r\nобразований как территориальных объединений граждан, коллективно\r\nреализующих на основании Конституции Российской Федерации право на\r\nосуществление местного самоуправления (Постановление\r\nКонституционного Суда Российской Федерации от 2 апреля 2002 года\r\nN 7-П), проверяет конституционность закона или отдельных его\r\nположений только в той части, в какой они были применены или\r\nподлежат применению в деле заявителя и затрагивают конституционные\r\nправа и свободы, на нарушение которых указывается в жалобе;\r\nпринимая решение по делу, Конституционный Суд Российской Федерации\r\nоценивает как буквальный смысл этих законоположений, так и смысл,\r\nпридаваемый им официальным и иным толкованием и сложившейся\r\nправоприменительной практикой, исходя из их места в системе\r\nправовых норм.\r\n Положения части 8 статьи 4 и части 4 статьи 9 Федерального\r\nзакона \"Об особенностях отчуждения недвижимого имущества,\r\nнаходящегося в государственной собственности субъектов Российской\r\nФедерации или в муниципальной собственности и арендуемого\r\nсубъектами малого и среднего предпринимательства, и о внесении\r\nизменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации\"\r\nуже были предметом обращения администрации города Благовещенска в\r\nКонституционный Суд Российской Федерации. Жалоба заявителя на\r\nнарушение этими законоположениями конституционных прав и свобод\r\nОпределением Конституционного Суда Российской Федерации от\r\n19 января 2010 года N 12-О-О была признана не отвечающей критерию\r\nдопустимости, установленному в статьях 96 и 97 Федерального\r\nконституционного закона \"О Конституционном Суде Российской\r\nФедерации\". Конституционный Суд Российской Федерации пришел к\r\nвыводу, что оспариваемые нормы, вопреки утверждению заявителя, сами\r\nпо себе не обязывают к передаче имущества из муниципальной\r\nсобственности в собственность частную без согласия собственника, а\r\nпотому конституционные права муниципальных образований не нарушают,\r\nв связи с чем в принятии жалобы к рассмотрению было отказано.\r\nСоответственно, производство по настоящему делу в этой части\r\nподлежит прекращению в силу пункта 2 части первой статьи 43 и\r\nстатьи 68 Федерального конституционного закона \"О Конституционном\r\nСуде Российской Федерации\".\r\n Таким образом, предметом рассмотрения Конституционного Суда\r\nРоссийской Федерации по настоящему делу являются взаимосвязанные\r\nположения частей 2 и 3 статьи 9 Федерального закона\r\n\"Об особенностях отчуждения недвижимого имущества, находящегося в\r\nгосударственной собственности субъектов Российской Федерации или в\r\nмуниципальной собственности и арендуемого субъектами малого и\r\nсреднего предпринимательства, и о внесении изменений в отдельные\r\nзаконодательные акты Российской Федерации\" в той мере, в какой ими\r\nрегулируется отчуждение объектов недвижимого имущества,\r\nнаходящегося в муниципальной собственности и арендуемого субъектом\r\nмалого или среднего предпринимательства, по инициативе этого\r\nсубъекта в порядке реализации преимущественного права на\r\nприобретение такого имущества - применительно к обязанностям органа\r\nместного самоуправления, уполномоченного на осуществление функций\r\nпо приватизации имущества, находящегося в муниципальной\r\nсобственности, принять соответствующие решения и совершить\r\nюридически значимые действия в обеспечение указанного права.\r\n 2. Согласно Конституции Российской Федерации в Российской\r\nФедерации гарантируются единство экономического пространства,\r\nподдержка конкуренции, свобода экономической деятельности,\r\nпризнаются и защищаются равным образом частная, государственная,\r\nмуниципальная и другие формы собственности (статья 8); каждый имеет\r\nправо на свободное использование своих способностей и имущества для\r\nпредпринимательской и иной не запрещенной законом экономической\r\nдеятельности; не допускается экономическая деятельность,\r\nнаправленная на монополизацию и недобросовестную конкуренцию\r\n(статья 34); право частной собственности охраняется законом; каждый\r\nвправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и\r\nраспоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами;\r\nникто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению\r\nсуда, а принудительное отчуждение имущества для государственных\r\nнужд допускается при условии предварительного и равноценного\r\nвозмещения (статья 35, части 1-3).\r\n Как следует из приведенных положений Конституции Российской\r\nФедерации во взаимосвязи с положениями ее статей 17 (часть 3), 19\r\n(части 1 и 2) и 55 (части 2 и 3), право частной собственности,\r\nсвобода собственности и договора, добросовестная конкуренция и\r\nпредотвращение монополизации являются конституционной основой\r\nправовой рыночной экономики, адекватной принципу юридического\r\nравенства. В условиях перехода к многообразию форм собственности\r\nцелям становления и развития такой экономики, стимулированию\r\nэкономической самостоятельности граждан, свободы экономической\r\nдеятельности служит институт приватизации объектов публичной\r\nсобственности, т. е. передачи имущества, находящегося в\r\nгосударственной или муниципальной собственности, в собственность\r\nграждан и юридических лиц.\r\n Право на приватизацию, как следует из Постановления\r\nКонституционного Суда Российской Федерации от 3 ноября 1998 года\r\nN 25-П, не относится к числу конституционных, а регламентируется\r\nфедеральным законом. Соответственно, в федеральном законе должны\r\nбыть предусмотрены и надлежащие процедуры приватизации, с тем чтобы\r\nпри передаче имущества от публичного собственника в частную\r\nсобственность соблюдались конституционные гарантии права\r\nсобственности, в том числе обеспечивалась бы защита прав и законных\r\nинтересов всех участников соответствующих правоотношений на основе\r\nпринципа юридического равенства и вытекающего из него принципа\r\nсоразмерности используемых правовых средств и конституционно\r\nодобряемых целей.\r\n 2.1. В соответствии с Конституцией Российской Федерации в\r\nРоссийской Федерации признается и гарантируется местное\r\nсамоуправление (статья 12), которое обеспечивает самостоятельное\r\nрешение населением вопросов местного значения, владение,\r\nпользование и распоряжение муниципальной собственностью\r\n(статья 130, часть 1); органы местного самоуправления управляют\r\nмуниципальной собственностью самостоятельно (статья 132, часть 1);\r\nместное самоуправление в Российской Федерации гарантируется правом\r\nна судебную защиту, на компенсацию дополнительных расходов,\r\nвозникших в результате решений, принятых органами государственной\r\nвласти, запретом на ограничение прав местного самоуправления,\r\nустановленных Конституцией Российской Федерации и федеральными\r\nзаконами (статья 133).\r\n Ратифицированная Российской Федерацией Европейская хартия\r\nместного самоуправления от 15 октября 1985 года также исходит из\r\nпризнания подписавшими ее государствами - членами Совета Европы\r\nтого, что местное самоуправление является одной из основ любого\r\nдемократического строя и что в государствах, построенных на\r\nпринципах демократии и децентрализации власти, органы местного\r\nсамоуправления пользуются значительной самостоятельностью в\r\nотношении полномочий, порядка их осуществления и средств,\r\nнеобходимых для выполнения своих функций (преамбула).\r\n Основная цель местного самоуправления, как следует из\r\nприведенных положений Конституции Российской Федерации во\r\nвзаимосвязи с ее статьями 3 (часть 2) и 130 (часть 2), - решение\r\nвопросов местного значения, владение, пользование и распоряжение\r\nмуниципальной собственностью и тем самым удовлетворение основных\r\nжизненных потребностей населения муниципальных образований как\r\nсубъекта права на самостоятельное осуществление - непосредственно и\r\nчерез органы местного самоуправления - муниципальной власти, по\r\nсвоей природе являющейся властью местного сообщества (Постановление\r\nКонституционного Суда Российской Федерации от 2 апреля 2002 года\r\nN 7-П). Соответственно, в муниципальной собственности, как особой\r\nразновидности публичной собственности, - исходя из ее\r\nконституционного предназначения, заключающегося в обеспечении\r\nинтересов местного сообщества в целом, - должно находиться то\r\nимущество, которое требуется для решения возложенных на местное\r\nсамоуправление задач.\r\n 2.2. Из выраженных в Конституции Российской Федерации\r\nобщепризнанных принципов неприкосновенности и свободы\r\nсобственности, свободы договора и равенства всех собственников как\r\nучастников гражданского оборота проистекает свобода владения,\r\nпользования и распоряжения имуществом, включая возможность\r\nотчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать\r\nим, оставаясь собственником, права владения, пользования и\r\nраспоряжения имуществом (Постановление Конституционного Суда\r\nРоссийской Федерации от 22 ноября 2000 года N 14-П).\r\n Признание и защита равным образом частной, государственной,\r\nмуниципальной и иных форм собственности (статья 8, часть 2,\r\nКонституции Российской Федерации) обязывают федерального\r\nзаконодателя обеспечивать благоприятные условия\r\nфинансово-экономического развития публичной власти всех уровней\r\nтерриториальной организации. Во всяком случае, как указал\r\nКонституционный Суд Российской Федерации в Определении от 12 апреля\r\n2005 года N 142-О, он не вправе принимать решения, которые ставили\r\nбы под сомнение реальную возможность публично-правовых\r\nтерриториальных субъектов самостоятельно решать вопросы, отнесенные\r\nк их ведению Конституцией Российской Федерации, и, таким образом,\r\nумаляли бы права населения муниципальных образований в их\r\nстремлении к экономическому благополучию и созданию условий\r\nдостойной жизни (абзац восьмой преамбулы; статья 7, часть 1,\r\nКонституции Российской Федерации).\r\n Это означает необходимость обеспечения в правовом\r\nрегулировании отношений собственности на основе критериев,\r\nустановленных Конституцией Российской Федерации, надлежащего\r\nбаланса между такими конституционно защищаемыми ценностями, как\r\nправа населения муниципальных образований и права лиц,\r\nосуществляющих предпринимательскую деятельность, что, в свою\r\nочередь, допускает установление в рамках законодательной дискреции\r\nотдельных ограничений соответствующих прав, в том числе права\r\nсобственности.\r\n Право собственности, предназначение которого как\r\nгарантируемого и охраняемого Конституцией Российской Федерации\r\nсубъективного права состоит в том, чтобы обеспечить его обладателям\r\nопределенную степень свободы в экономической сфере, вместе с тем\r\nможет быть ограничено федеральным законом в той мере, в какой это\r\nнеобходимо в целях защиты основ конституционного строя,\r\nнравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц,\r\nобеспечения обороны страны и безопасности государства (статья 55,\r\nчасть 3; статья 71, пункт \"в\", Конституции Российской Федерации),\r\nт. е. с учетом основных конституционных ценностей (Постановление\r\nКонституционного Суда Российской Федерации от 31 мая 2005 года\r\nN 6-П).\r\n Для обеспечения баланса частных и публичных интересов в этой\r\nобласти общественных отношений необходимо, чтобы цели ограничения\r\nправ и свобод были не только юридически, но и социально оправданны,\r\nа сами ограничения - адекватны указанным целям и требованиям\r\nсправедливости; при допустимости ограничения федеральным законом\r\nтого или иного права в соответствии с конституционно одобряемыми\r\nцелями следует использовать не чрезмерные, а только необходимые и\r\nобусловленные ими меры; публичные интересы, перечисленные в\r\nстатье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, могут\r\nоправдывать ограничения прав и свобод, только если такие\r\nограничения адекватны социально необходимому результату\r\n(постановления Конституционного Суда Российской Федерации от\r\n18 февраля 2000 года N 3-П, от 22 июня 2010 года N 14-П, от 13 июля\r\n2010 года N 16-П и др.).\r\n 2.3. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в\r\nПостановлении от 22 ноября 2000 года N 14-П, в силу\r\nконституционного требования о равной защите всех форм собственности\r\nне только право частной собственности, но и право собственности\r\nсубъектов Российской Федерации и муниципальных образований может\r\nбыть ограничено федеральным законом, если такое ограничение\r\nявляется соразмерным тем конституционно защищаемым целям, ради\r\nкоторых оно вводится. Конституционный Суд Российской Федерации\r\nпришел к выводу, что передача в хозяйственное ведение находящихся в\r\nсобственности субъектов Российской Федерации или являющихся\r\nмуниципальной собственностью помещений без согласия собственников,\r\nесли она осуществляется без разумной компенсации, выходит за рамки\r\nтребований статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации и\r\nкорреспондирующих ей положений статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции о\r\nзащите прав человека и основных свобод. Выраженная применительно к\r\nпередаче объектов публичной собственности в хозяйственное ведение,\r\nэта правовая позиция может быть распространена и на передачу\r\nмуниципального имущества в собственность третьих лиц, если такое\r\nимущество отчуждается вне зависимости от согласия собственника.\r\n Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской\r\nФедерации, реализация имущественных прав осуществляется на основе\r\nобщеправовых принципов неприкосновенности собственности и свободы\r\nдоговора, предполагающих равенство, автономию воли и имущественную\r\nсамостоятельность участников гражданско-правовых отношений,\r\nнедопустимость произвольного вмешательства кого-либо в частные дела\r\n(постановления от 6 июня 2000 года N 9-П, от 10 апреля 2003 года\r\nN 5-П). Вместе с тем обеспечение права частной собственности не\r\nдолжно вести к отказу от публичных начал в развитии отношений\r\nсобственности. Соответственно, введение ограничений права\r\nмуниципальной собственности, обусловленных конституционно\r\nодобряемыми целями развития малого и среднего предпринимательства,\r\nпредполагает, по смыслу статьи 35 (часть 3) Конституции Российской\r\nФедерации, предоставление местному самоуправлению разумного\r\nвозмещения, компенсацию дополнительных расходов, возникающих в\r\nрезультате решений, принятых органами государственной власти, что\r\nвытекает из конституционных гарантий неприкосновенности\r\nсобственности и недопустимости ограничения прав местного\r\nсамоуправления.\r\n 3. Федеральный закон \"Об особенностях отчуждения недвижимого\r\nимущества, находящегося в государственной собственности субъектов\r\nРоссийской Федерации или в муниципальной собственности и\r\nарендуемого субъектами малого и среднего предпринимательства, и о\r\nвнесении изменений в отдельные законодательные акты Российской\r\nФедерации\" направлен, как следует из его содержания, на поддержку\r\nмалого и среднего предпринимательства. С этой целью субъектам\r\nмалого и среднего предпринимательства предоставляется, в частности,\r\nпреимущественное право на приобретение арендуемых ими объектов\r\nмуниципального имущества, которое они могут реализовать в\r\nупрощенном (вне конкурсных процедур) по отношению к общим правилам\r\nприватизации порядке.\r\n Введение для этой категории предпринимателей упрощенного\r\nмеханизма реализации права на приватизацию отвечает вытекающим из\r\nКонституции Российской Федерации целям стимулирования свободы\r\nпредпринимательской деятельности, поддержки конкуренции,\r\nстановления и развития рыночной экономики, основанной на свободе\r\nсобственности и договора (статьи 8, 19, 34, 35; статья 71,\r\nпункт \"ж\"). Такое регулирование, корреспондирующее положениям\r\nФедерального закона от 24 июля 2007 года N 209-ФЗ \"О развитии\r\nмалого и среднего предпринимательства в Российской Федерации\",\r\nгарантирует экономическую самостоятельность более широкому кругу\r\nлиц, что, в свою очередь, содействует обеспечению занятости\r\nнаселения и права каждого на защиту от безработицы (статья 37,\r\nчасть 3, Конституции Российской Федерации), а следовательно, более\r\nуспешной реализации принципов социального государства и социально\r\nориентированной рыночной экономики на основе баланса прав и\r\nзаконных интересов местного самоуправления и лиц, занятых в сфере\r\nмалого и среднего предпринимательства, и в конечном счете\r\nспособствует упрочению гражданского общества, верховенства права и\r\nдемократии.\r\n 3.1. В силу статей 8 (часть 2) и 130 (часть 1) Конституции\r\nРоссийской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 71 (пункты \"в\",\r\n\"о\") и 76 (части 1 и 2) федеральный законодатель, осуществляя\r\nприменительно к гражданским отношениям регулирование муниципальной\r\nсобственности, в том числе определяя статус и состав ее объектов,\r\nособенности отдельных категорий имущества, находящегося в\r\nмуниципальной собственности, должен учитывать публично-правовую\r\nприроду этой формы собственности, в силу которой она - в отличие от\r\nчастной собственности - следует общим интересам и связана с\r\nосуществлением задач и функций публичной власти, что предполагает\r\nнахождение в собственности публично-правовых образований только\r\nтого имущества, которое необходимо для реализации их публичных\r\nфункций и полномочий по предметам их ведения и составляет\r\nэкономическую основу деятельности органов публичной власти.\r\n Имущество, находящееся в собственности муниципальных\r\nобразований, предназначено обеспечивать наиболее полное покрытие их\r\nрасходных обязательств и планы развития в соответствии с\r\nконституционно-правовым статусом муниципального образования. Именно\r\nконституционными характеристиками местного самоуправления как формы\r\nпубличной власти обусловливаются особенности его правосубъектности,\r\nсопоставимые с особенностями правосубъектности иных публичных\r\nобразований - Российской Федерации и субъектов Российской Федерации\r\n(Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 2 ноября\r\n2006 года N 540-О).\r\n Соответственно, в муниципальной собственности, согласно\r\nстатье 50 Федерального закона от 6 октября 2003 года N 131-ФЗ\r\n\"Об общих принципах организации местного самоуправления в\r\nРоссийской Федерации\", может находиться следующее имущество:\r\nпредназначенное для решения установленных данным Федеральным\r\nзаконом вопросов местного значения; предназначенное для\r\nосуществления отдельных государственных полномочий, переданных\r\nорганам местного самоуправления, в случаях, установленных\r\nфедеральными законами и законами субъектов Российской Федерации, а\r\nтакже предназначенное для осуществления отдельных полномочий\r\nорганов местного самоуправления, переданных им в порядке,\r\nпредусмотренном частью 4 статьи 15 данного Федерального закона;\r\nпредназначенное для обеспечения деятельности органов местного\r\nсамоуправления и должностных лиц местного самоуправления,\r\nмуниципальных служащих, работников муниципальных предприятий и\r\nучреждений в соответствии с нормативными правовыми актами\r\nпредставительного органа муниципального образования; необходимое\r\nдля решения вопросов, право решения которых предоставлено органам\r\nместного самоуправления федеральными законами и которые не отнесены\r\nк вопросам местного значения. При этом, как указано в Определении\r\nКонституционного Суда Российской Федерации от 2 ноября 2006 года\r\nN 540-О, федеральный законодатель, перечисляя имущество, которое\r\nможет находиться в собственности муниципальных образований, не\r\nограничивает их в возможности иметь в собственности и иное\r\nимущество, если оно предназначено для осуществления возложенных на\r\nних полномочий.\r\n 3.2. Формирование муниципальной собственности в Российской\r\nФедерации - в рамках перераспределения собственности между\r\nпублично-правовыми образованиями, а также между публично-правовыми\r\nобразованиями и частным сектором - осуществлялось преимущественно\r\nна основе разграничения единого массива государственной\r\nсобственности (в соответствии с Постановлением Верховного\r\nСовета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года N 3020-I\r\n\"О разграничении государственной собственности в Российской\r\nФедерации на федеральную собственность, государственную\r\nсобственность республик в составе Российской Федерации, краев,\r\nобластей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и\r\nСанкт-Петербурга и муниципальную собственность\", статьей 61\r\nФедерального закона от 28 августа 1995 года N 154-ФЗ \"Об общих\r\nпринципах организации местного самоуправления в Российской\r\nФедерации\", частями 11 и 11-1 статьи 154 Федерального закона от\r\n22 августа 2004 года N 122-ФЗ \"О внесении изменений в\r\nзаконодательные акты Российской Федерации и признании утратившими\r\nсилу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с\r\nпринятием федеральных законов \"О внесении изменений и дополнений в\r\nФедеральный закон \"Об общих принципах организации законодательных\r\n(представительных) и исполнительных органов государственной власти\r\nсубъектов Российской Федерации\" и \"Об общих принципах организации\r\nместного самоуправления в Российской Федерации\") и сопровождалось\r\nпроцессом приватизации имущества, находящегося в публичной\r\nсобственности (Федеральный закон от 21 декабря 2001 года N 178-ФЗ\r\n\"О приватизации государственного и муниципального имущества\").\r\n Поскольку, по смыслу Конституции Российской Федерации\r\n(статья 34, часть 1), один и тот же субъект не может совмещать\r\nвластную деятельность в сфере государственного и муниципального\r\nуправления и предпринимательскую деятельность, направленную на\r\nсистематическое получение прибыли (Определение Конституционного\r\nСуда Российской Федерации от 1 октября 1998 года N 168-О), участие\r\nмуниципальных образований в гражданском обороте, как и состав\r\nобъектов муниципальной собственности могут быть связаны только с\r\nосуществлением властных функций и решением задач, возложенных на\r\nместное самоуправление. Исходя из этого применительно к публичной\r\nсобственности допустима возможность законодательного установления\r\nусловий приватизации предприятий и средств производства,\r\nнепосредственно не связанных с решением задач местного\r\nсамоуправления, - при соблюдении требований статей 8 и 35\r\nКонституции Российской Федерации на основе принципа юридического\r\nравенства и с учетом необходимости обеспечения баланса различных\r\nконституционно защищаемых прав и законных интересов.\r\n Хотя муниципальные образования в силу своей природы и статуса\r\nкак участника гражданского оборота не занимаются\r\nпредпринимательской деятельностью, решение вопросов местного\r\nзначения в ряде случаев предполагает предоставление муниципального\r\nимущества хозяйствующим субъектам не муниципальной формы\r\nсобственности (с сохранением права муниципальной собственности) для\r\nоказания тех или иных услуг, связанных с жизнеобеспечением\r\nнаселения. В таких случаях нахождение конкретного объекта в\r\nпубличной собственности выступает гарантией того, что - вне\r\nзависимости от воли субъекта экономической деятельности, свободного\r\nв принятии решения о ее прекращении по собственному желанию в любое\r\nвремя, - население муниципального образования не лишится\r\nвозможности получения этих услуг из-за отсутствия соответствующей\r\nинфраструктуры.\r\n Следовательно, ограничение участия публичных образований в\r\nимущественных отношениях случаями, когда такое участие необходимо с\r\nточки зрения реализации функций и полномочий органов публичной\r\nвласти, не должно создавать препятствий для решения вопросов\r\nместного значения, связанных с организацией жизнеобеспечения\r\nнаселения муниципального образования.\r\n В соответствии со статьями 41 и 42 Бюджетного кодекса\r\nРоссийской Федерации доходы от использования имущества,\r\nнаходящегося в муниципальной собственности, включая доходы,\r\nполучаемые в виде арендной либо иной платы за передачу в возмездное\r\nпользование муниципального имущества, относятся к неналоговым\r\nдоходам местного бюджета. Эти доходы, как и средства, полученные от\r\nприватизации непрофильных для публичного образования объектов\r\nнедвижимости, предназначены, прежде всего, для поддержания на\r\nнадлежащем уровне сферы услуг, относящихся к жизнеобеспечению\r\nнаселения муниципального образования, поскольку позволяют\r\nнаращивать соответствующую инфраструктуру за счет приобретения\r\nнеобходимых объектов муниципальной собственности и поддерживать в\r\nдолжном техническом состоянии объекты, находящиеся в муниципальной\r\nсобственности, чем достигаются конституционно значимые цели\r\nпубличного управления. Не препятствует использованию муниципальными\r\nобразованиями установленных законом способов привлечения денежных\r\nсредств и иного имущества для формирования доходов местных\r\nбюджетов, в том числе такого, как сдача муниципального имущества в\r\nаренду, и статья 50 Федерального закона \"Об общих принципах\r\nорганизации местного самоуправления в Российской Федерации\".\r\n 3.3. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в\r\nПостановлении от 31 мая 2005 года N 6-П, федеральный законодатель,\r\nпредъявляя к субъектам экономической деятельности конкретные\r\nтребования и устанавливая механизм контроля за условиями ее\r\nреализации, которые отвечали бы критериям соразмерности и\r\nпропорциональности государственного вмешательства и обеспечивали бы\r\nчастное и публичное начала в сфере экономической деятельности, во\r\nвсяком случае связан конституционным принципом недопустимости\r\nискажения самого существа права на занятие предпринимательской и\r\nиной не запрещенной законом экономической деятельностью и\r\nобязанностью не допускать экономическую деятельность, направленную\r\nна монополизацию и недобросовестную конкуренцию (статья 34\r\nКонституции Российской Федерации).\r\n В этом смысле ограничение права муниципальной собственности на\r\nобъекты, не связанные целевым назначением с реализацией компетенции\r\nместного самоуправления, и предоставление преимущественного права\r\nвыкупа таких объектов субъектам малого и среднего\r\nпредпринимательства оправдано конституционно значимыми целями\r\nзащиты основ, в том числе экономических, конституционного строя,\r\nправ и законных интересов других лиц. Ограничение состава объектов\r\nпубличной собственности, включая муниципальную, пределами,\r\nобусловленными ее назначением, уменьшает нагрузку публичной власти\r\nв процессе исполнения обязательств, вытекающих из принципов\r\nсоциального государства, и вместе с тем влечет рост экономической\r\nсамостоятельности граждан, прежде всего занятых в сфере малого и\r\nсреднего предпринимательства.\r\n Согласно пункту 4 части 8 статьи 85 Федерального закона\r\n\"Об общих принципах организации местного самоуправления в\r\nРоссийской Федерации\" органы местного самоуправления до 1 января\r\n2012 года осуществляют в порядке, предусмотренном законодательством\r\nо приватизации, отчуждение или производят перепрофилирование\r\nмуниципального имущества, находящегося в муниципальной\r\nсобственности на 1 января 2006 года, не соответствующего\r\nтребованиям статьи 50 данного Федерального закона и не переданного\r\nв федеральную собственность, в собственность субъектов Российской\r\nФедерации, а также в собственность иных муниципальных образований.\r\n Органы местного самоуправления в порядке реализации указанных\r\nпредписаний, самостоятельно управляя муниципальной собственностью\r\nот имени местного сообщества, определяют в своих правовых актах,\r\nявляющихся официальной формой осуществления муниципальной власти,\r\nнастоящее и будущее предназначение объектов муниципальной\r\nсобственности. Закрепление в муниципальных правовых актах целей и\r\nспособов использования объектов муниципальной собственности,\r\nвозможности, сроков и условий их приватизации обеспечивает не\r\nтолько соблюдение конституционных прав населения муниципального\r\nобразования на самостоятельное владение, пользование и распоряжение\r\nобъектами муниципальной собственности, но и выполнение публичной\r\nвластью своих социальных функций.\r\n Таким образом, вопрос, соответствует ли сохранение недвижимого\r\nимущества в муниципальной собственности (с целью дальнейшего\r\nпредоставления его в аренду) публичным функциям, возложенным на\r\nместное самоуправление, и требованиям, предъявляемым к составу и\r\nцелевому назначению муниципальной собственности, имеет\r\nпринципиальное значение для решения вопроса о реализации\r\nарендатором преимущественного права на приватизацию такого\r\nимущества на основании положений частей 2 и 3 статьи 9 Федерального\r\nзакона \"Об особенностях отчуждения недвижимого имущества,\r\nнаходящегося в государственной собственности субъектов Российской\r\nФедерации или в муниципальной собственности и арендуемого\r\nсубъектами малого и среднего предпринимательства, и о внесении\r\nизменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации\" с\r\nучетом их места в общей системе конституционно-правового и\r\nгражданско-правового регулирования соответствующих отношений.\r\n Исходя из презумпции добросовестности законодателя и его\r\nприверженности общеправовым и конституционным принципам,\r\nобладающим, как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд\r\nРоссийской Федерации, высшей степенью нормативной обобщенности,\r\nпредопределяющим содержание конституционных прав человека и\r\nотраслевых прав граждан, носящим универсальный характер и в связи с\r\nэтим оказывающим регулирующее воздействие на все сферы общественных\r\nотношений (постановления от 27 января 1993 года N 1-П, от 10 апреля\r\n2003 года N 5-П), предполагается, что реализация субъектом малого\r\nили среднего предпринимательства преимущественного права на\r\nприватизацию арендуемого им муниципального имущества осуществляется\r\nприменительно к тем объектам муниципальной собственности, в\r\nотношении которых имеет место волеизъявление муниципального\r\nобразования как собственника этого имущества, выраженное в\r\nсоответствующих нормативных предписаниях, отвечающих требованиям\r\nКонституции Российской Федерации.\r\n 4. Таким образом, положения частей 2 и 3 статьи 9 Федерального\r\nзакона \"Об особенностях отчуждения недвижимого имущества,\r\nнаходящегося в государственной собственности субъектов Российской\r\nФедерации или в муниципальной собственности и арендуемого\r\nсубъектами малого и среднего предпринимательства, и о внесении\r\nизменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации\",\r\nкак направленные на поддержку малого и среднего\r\nпредпринимательства, отвечают провозглашенным Конституцией\r\nРоссийской Федерации целям политики правового демократического\r\nгосударства с социально ориентированной рыночной экономикой,\r\nпризванного создавать условия, обеспечивающие достойную жизнь и\r\nсвободное развитие человека (статья 7, часть 1), не нарушают\r\nустановленные ею гарантии единства экономического пространства и\r\nсвободы экономической деятельности (статья 8, часть 1), признания и\r\nзащиты равным образом частной, государственной, муниципальной и\r\nиных форм собственности (статья 8, часть 2), права граждан на\r\nсвободное использование своих способностей и имущества для\r\nпредпринимательской и иной не запрещенной законом экономической\r\nдеятельности (статья 34, часть 1), права иметь имущество в\r\nсобственности, владеть, пользоваться, распоряжаться им как\r\nединолично, так и совместно с другими лицами (статья 35, часть 2),\r\nправа на труд (статья 37).\r\n Вместе с тем, поскольку законодательное усмотрение связано не\r\nтолько обязанностью следовать конституционно одобряемым целям, но и\r\nвыбором средств их достижения, которые также не должны\r\nпротиворечить Конституции Российской Федерации, меры поддержки\r\nмалого и среднего предпринимательства, предполагающие обременения\r\nправа муниципальной собственности, не должны приводить к отрицанию\r\nсамого этого права, в том числе к неоправданному сокращению\r\nимущественной основы местного самоуправления. Кроме того, такие\r\nмеры допустимы при условии, что вызванное ими обременение\r\nмуниципальной собственности действительно позволяет рассчитывать на\r\nдостижение конституционно значимых целей.\r\n Исходя из конституционно-правового смысла ограничений права\r\nпубличной собственности, введенное рассматриваемыми\r\nзаконоположениями обязательное отчуждение арендуемых субъектами\r\nмалого и среднего предпринимательства объектов муниципальной\r\nсобственности касается, таким образом, имущества, нахождение\r\nкоторого в муниципальной собственности не допускается и которое\r\nподлежит приватизации в силу закона.\r\n 4.1. Сохранение имущественной основы местного самоуправления\r\nобеспечивается соблюдением не только вытекающего из Конституции\r\nРоссийской Федерации требования о допустимости принудительного\r\nотчуждения лишь тех объектов, которые в силу закона не могут\r\nнаходиться в собственности муниципальных образований, но и условия\r\nо справедливом возмещении, соразмерном действительной стоимости\r\nмуниципального имущества, подлежащего отчуждению в целях поддержки\r\nмалого и среднего предпринимательства.\r\n Возмездный характер осуществляемого в этих целях отчуждения\r\nимущества, находящегося в публичной собственности, следует из\r\nстатьи 1 Федерального закона \"О приватизации государственного и\r\nмуниципального имущества\", определяющей приватизацию как возмездное\r\nотчуждение государственного или муниципального имущества в\r\nсобственность физических и (или) юридических лиц, что предполагает\r\nего продажу с соблюдением правил, позволяющих выявить разумную цену\r\nприватизируемого муниципального имущества и тем самым обеспечить\r\nравноценность возмещения при его отчуждении.\r\n В отличие от установления цены на аукционе или конкурсе, как\r\nэто предусмотрено Федеральным законом \"О приватизации\r\nгосударственного и муниципального имущества\" в качестве общего\r\nправила, определение рыночной стоимости арендуемого имущества,\r\nнаходящегося в муниципальной собственности, в целях реализации\r\nсубъектом малого или среднего предпринимательства преимущественного\r\nправа на его приобретение осуществляется независимыми оценщиками в\r\nсоответствии с Федеральным законом от 29 июля 1998 года N 135-ФЗ\r\n\"Об оценочной деятельности в Российской Федерации\". Названный\r\nФедеральный закон обязывает оценщиков соблюдать стандарты оценки\r\nпод контролем саморегулируемой организации (статьи 15, 20, 22,\r\n24-3, 24-4), гарантирует их независимость (статья 16),\r\nимущественную ответственность (статья 24-6), страхование таковой\r\n(статья 24-7), образование компенсационного фонда для возмещения\r\nущерба от оценки, не обеспечившей установление рыночной цены\r\n(статья 24-8), и позволяет оспорить отчет об оценке (статья 13).\r\nТем самым гарантируется достоверность оценки, заказчиком проведения\r\nкоторой выступают органы, уполномоченные осуществлять действия по\r\nприватизации, что позволяет муниципальному образованию\r\nсамостоятельно обеспечить свой интерес в установлении рыночной цены\r\nпредназначенного к отчуждению имущества, - по общему правилу, его\r\nвыкупная цена, определяемая законом в размере рыночной стоимости,\r\nпредположительно должна покрывать возможные потери муниципального\r\nобразования. Кроме того, в таких случаях отчуждение муниципального\r\nимущества должно сопровождаться эффективным судебным контролем\r\n(статьи 8, 35 и 46; статья 130, часть 1; статья 132, часть 1,\r\nКонституции Российской Федерации).\r\n 4.2. Создание для субъектов малого и среднего\r\nпредпринимательства льготного правового режима отвечает правовым\r\nцелям и ценностям, находящимся под защитой статей 8, 34 и 35\r\nКонституции Российской Федерации. Вместе с тем гарантии прав\r\nместного самоуправления, закрепленные статьями 12, 130-133\r\nКонституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 17\r\n(часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (части 2 и 3), не допускают такого\r\nпорядка предоставления указанным субъектам преференций, при котором\r\nместное самоуправление - вопреки его законным интересам,\r\nнаходящимся под защитой статьи 55 (часть 3) Конституции Российской\r\nФедерации и статьи 50 Федерального закона \"Об общих принципах\r\nорганизации местного самоуправления в Российской Федерации\", -\r\nлишалось бы объектов публичной собственности, необходимых для\r\nвыполнения муниципальных функций и полномочий.\r\n Соблюдение баланса между интересами поддержки малого и\r\nсреднего предпринимательства и самостоятельностью местного\r\nсамоуправления в распоряжении муниципальной собственностью\r\nобеспечивается, в частности, предоставлением органам местного\r\nсамоуправления возможности утверждать перечни муниципального\r\nимущества, свободного от прав третьих лиц (за исключением\r\nимущественных прав субъектов малого и среднего\r\nпредпринимательства), используемого для поддержки\r\nпредпринимательства и не подлежащего отчуждению в частную\r\nсобственность.\r\n Само по себе включение имущества в соответствующие перечни\r\nограничивает права местного самоуправления на самостоятельное\r\nвладение, пользование, распоряжение муниципальной собственностью.\r\nВместе с тем, поскольку Федеральный закон \"О развитии малого и\r\nсреднего предпринимательства в Российской Федерации\" позволяет\r\nиспользовать включенное в эти перечни имущество исключительно для\r\nпредоставления субъектам малого и среднего предпринимательства и\r\nорганизациям, образующим инфраструктуру их поддержки, во владение и\r\n(или) в пользование на долгосрочной основе и не допускает, даже в\r\nслучае необходимости, приватизацию такого имущества, его\r\nиспользование для решения всех иных вопросов местного значения,\r\nпомимо поддержки малого и среднего предпринимательства, становится\r\nневозможным.\r\n В силу конституционных принципов правового государства и\r\nнеприкосновенности собственности (статья 1, часть 1; статья 35;\r\nстатья 55, части 2 и 3, Конституции Российской Федерации) решения о\r\nвозможности принудительной приватизации арендуемых субъектами\r\nмалого и среднего предпринимательства объектов муниципальной\r\nсобственности должны приниматься в надлежащей юридической процедуре\r\nпри эффективном судебном контроле, позволяющем оценить целевое\r\nназначение имущества, определенное муниципальными правовыми актами,\r\nпланируемое использование объектов муниципальной собственности, на\r\nприватизацию которых у субъектов малого и среднего\r\nпредпринимательства возникает преимущественное право, основания\r\nвозникновения права муниципальной собственности на конкретное\r\nимущество, последствия отчуждения муниципального имущества для его\r\nсобственника и соответствие имущества положениям законодательства о\r\nсоставе объектов муниципальной собственности, а также установить,\r\nпредпринимались ли органами местного самоуправления действия,\r\nнаправленные на его использование в дальнейшем с целью реализации\r\nфункций, возложенных на муниципальное образование. В противном\r\nслучае не соблюдался бы баланс конституционно защищаемых ценностей.\r\n 4.3. Таким образом, положения частей 2 и 3 статьи 9\r\nФедерального закона \"Об особенностях отчуждения недвижимого\r\nимущества, находящегося в государственной собственности субъектов\r\nРоссийской Федерации или в муниципальной собственности и\r\nарендуемого субъектами малого и среднего предпринимательства, и о\r\nвнесении изменений в отдельные законодательные акты Российской\r\nФедерации\" в системе действующего правового регулирования,\r\nоснованного на предписаниях Конституции Российской Федерации о\r\nравной защите всех форм собственности, о запрете на ограничение\r\nправ местного самоуправления и его самостоятельности в решении\r\nвопросов местного значения, о социальном характере российского\r\nгосударства, не предполагают возможность принудительного отчуждения\r\nиз муниципальной собственности объектов, хотя и предоставленных в\r\nаренду субъектам малого и среднего предпринимательства, но\r\nнеобходимых муниципальным образованиям для решения вопросов\r\nместного значения и соответствующих требованиям законодательства о\r\nсоставе объектов муниципальной собственности, в том числе тех\r\nобъектов, которые были созданы (приобретены) муниципальными\r\nобразованиями за счет собственных средств, а не поступили в\r\nмуниципальную собственность в процессе разграничения\r\nобщегосударственной собственности. Отчуждение же объектов\r\nмуниципального имущества по воле собственника, а также того\r\nимущества, которое в соответствии с требованиями федерального\r\nзаконодательства не должно находиться в муниципальной\r\nсобственности, возможно только с надлежащим возмещением и в силу\r\nэтого не противоречит Конституции Российской Федерации. Иное\r\nистолкование и применение указанных законоположений, в том числе\r\nсудами, расходилось бы с их действительным смыслом и вело бы к\r\nнарушению гарантий прав граждан, установленных Конституцией\r\nРоссийской Федерации.\r\n Кроме того, следует принять во внимание, что установленные\r\nназванным Федеральным законом обременения муниципальной\r\nсобственности представляют собой, по сути, разовую меру, поскольку\r\nраспространяются лишь на арендуемое имущество, которое находилось\r\nво владении арендаторов до дня его вступления в силу (пункт 1\r\nстатьи 3), т. е. не предусматривают преимущественного права на\r\nприобретение объектов муниципальной собственности, переданных в\r\nаренду впоследствии, и, кроме того, утрачивают силу по истечении\r\nсрока, установленного статьей 10 того же Федерального закона.\r\n Такое регулирование корреспондирует статьям 2, 7 (часть 1), 8,\r\n12, 18, 34 и 35 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации,\r\nпоскольку способствует установлению баланса между различными\r\nформами собственности. Соответственно, оно не может рассматриваться\r\nкак вводящее вопреки конституционному требованию о признании и\r\nзащите равным образом частной, государственной, муниципальной и\r\nиных форм собственности их правовое неравенство, а также как\r\nпредполагающее в нарушение статей 130 (часть 1), 132 (часть 1) и\r\n133 Конституции Российской Федерации произвольное отчуждение\r\nимущества, в котором местное самоуправление нуждается для\r\nсамостоятельного решения населением вопросов местного значения, и\r\nограничивающее права местного самоуправления.\r\n Исходя из изложенного и руководствуясь статьей 6, пунктом 2\r\nчасти первой статьи 43, статьей 68, частями первой и второй статьи\r\n71, статьями 72, 74, 75, 79 и 100 Федерального конституционного\r\nзакона \"О Конституционном Суде Российской Федерации\",\r\nКонституционный Суд Российской Федерации\r\n\r\n п о с т а н о в и л:\r\n\r\n 1. Признать не противоречащими Конституции Российской\r\nФедерации взаимосвязанные положения частей 2 и 3 статьи 9\r\nФедерального закона \"Об особенностях отчуждения недвижимого\r\nимущества, находящегося в государственной собственности субъектов\r\nРоссийской Федерации или в муниципальной собственности и\r\nарендуемого субъектами малого и среднего предпринимательства, и о\r\nвнесении изменений в отдельные законодательные акты Российской\r\nФедерации\", поскольку эти положения в их конституционно-правовом\r\nсмысле в системе действующего правового регулирования не\r\nпредполагают возможности принудительного отчуждения из\r\nмуниципальной собственности объектов, хотя и предоставленных в\r\nаренду субъектам малого и среднего предпринимательства, но\r\nнеобходимых муниципальным образованиям для решения вопросов\r\nместного значения и соответствующих требованиям законодательства о\r\nсоставе объектов муниципальной собственности.\r\n Конституционно-правовой смысл указанных законоположений,\r\nвыявленный в настоящем Постановлении, является общеобязательным и\r\nисключает любое иное их истолкование в правоприменительной\r\nпрактике.\r\n 2. Прекратить производство по настоящему делу в части,\r\nкасающейся проверки конституционности части 8 статьи 4 и части 4\r\nстатьи 9 Федерального закона \"Об особенностях отчуждения\r\nнедвижимого имущества, находящегося в государственной собственности\r\nсубъектов Российской Федерации или в муниципальной собственности и\r\nарендуемого субъектами малого и среднего предпринимательства, и о\r\nвнесении изменений в отдельные законодательные акты Российской\r\nФедерации\".\r\n 3. Настоящее Постановление окончательно, не подлежит\r\nобжалованию, вступает в силу немедленно после провозглашения,\r\nдействует непосредственно и не требует подтверждения другими\r\nорганами и должностными лицами.\r\n 4. Согласно статье 78 Федерального конституционного закона\r\n\"О Конституционном Суде Российской Федерации\" настоящее\r\nПостановление подлежит незамедлительному опубликованию в\r\n\"Российской газете\" и \"Собрании законодательства Российской\r\nФедерации\". Постановление должно быть опубликовано также в\r\n\"Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации\".\r\n\r\n\r\n Конституционный Суд\r\n Российской Федерации\r\n\r\n N 22-П\r\n
" }