\r\n\r\n\r\n\r\n Именем\r\n Российской Федерации\r\n\r\n П О С Т А Н О В Л Е Н И Е\r\n\r\n КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ\r\n\r\n\r\n по делу о проверке конституционности положений статей 144, 145 и\r\n 448 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и\r\n пункта 8 статьи 16 Закона Российской Федерации \"О статусе судей\r\n в Российской Федерации\" в связи с жалобой гражданина\r\n С.Л.Панченко\r\n\r\n город Санкт-Петербург 18 октября 2011 года\r\n\r\n Конституционный Суд Российской Федерации в составе\r\nПредседателя В.Д.Зорькина, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова,\r\nН.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина,\r\nС.М.Казанцева, М.И.Клеандрова, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова,\r\nЛ.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина,\r\nН.В.Селезнева, О.С.Хохряковой, В.Г.Ярославцева,\r\n с участием гражданина С.Л.Панченко и его представителя -\r\nадвоката И.А.Яшкова, постоянного представителя Государственной Думы\r\nв Конституционном Суде Российской Федерации А.Н.Харитонова,\r\nпредставителя Совета Федерации - доктора юридических наук\r\nЕ.В.Виноградовой,\r\n руководствуясь статьей 125 (часть 4) Конституции Российской\r\nФедерации, пунктом 3 части первой, частями третьей и четвертой\r\nстатьи 3, частью первой статьи 21, статьями 36, 74, 86, 96, 97 и 99\r\nФедерального конституционного закона \"О Конституционном Суде\r\nРоссийской Федерации\",\r\n рассмотрел в открытом заседании дело о проверке\r\nконституционности положений статей 144, 145 и 448 УПК Российской\r\nФедерации и пункта 8 статьи 16 Закона Российской Федерации\r\n\"О статусе судей в Российской Федерации\".\r\n Поводом к рассмотрению дела явилась жалоба гражданина\r\nС.Л.Панченко. Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся\r\nнеопределенность в вопросе о том, соответствуют ли Конституции\r\nРоссийской Федерации оспариваемые заявителем законоположения.\r\n Заслушав сообщение судьи-докладчика Ю.М.Данилова, объяснения\r\nпредставителей сторон, выступление приглашенного в заседание\r\nпредставителя от Генерального прокурора Российской Федерации -\r\nТ.А.Васильевой, исследовав представленные документы и иные\r\nматериалы, Конституционный Суд Российской Федерации\r\n\r\n у с т а н о в и л:\r\n\r\n 1. Статья 144 УПК Российской Федерации определяет порядок\r\nрассмотрения органами предварительного расследования сообщений о\r\nпреступлениях, а его статья 145 - виды решений, принимаемых по\r\nрезультатам рассмотрения таких сообщений: о возбуждении уголовного\r\nдела, об отказе в возбуждении уголовного дела, о передаче сообщения\r\nпо подследственности либо по подсудности (по уголовным делам\r\nчастного обвинения).\r\n Согласно статье 448 УПК Российской Федерации, регламентирующей\r\nпринятие решений о возбуждении уголовных дел в отношении отдельных\r\nкатегорий лиц, решение о возбуждении уголовного дела в отношении\r\nсудьи (за исключением судьи Конституционного Суда Российской\r\nФедерации) принимается Председателем Следственного комитета\r\nРоссийской Федерации с согласия соответствующей квалификационной\r\nколлегии судей. Аналогичная норма содержится в статье 16 Закона\r\nРоссийской Федерации от 26 июня 1992 года N 3132-I \"О статусе судей\r\nв Российской Федерации\", которая, кроме того, обязывает\r\nквалификационную коллегию судей в 10-дневный срок после поступления\r\nпредставления Председателя Следственного комитета Российской\r\nФедерации принять мотивированное решение по вопросу о даче согласия\r\nна возбуждение уголовного дела в отношении судьи (пункт 3), в том\r\nчисле отказать в даче такого согласия в случае, если она установит,\r\nчто возбуждение уголовного дела в отношении судьи обусловлено\r\nпозицией, занимаемой судьей при осуществлении им судейских\r\nполномочий (пункт 8).\r\n 1.1. Решением от 25 мая 2010 года Высшая квалификационная\r\nколлегия судей Российской Федерации дала согласие на возбуждение\r\nуголовного дела в отношении судьи в отставке, бывшего председателя\r\nРостовского-на-Дону гарнизонного военного суда С.Л.Панченко по\r\nпризнакам преступления, предусмотренного статьей 305 \"Вынесение\r\nзаведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта\"\r\nУК Российской Федерации. Данное решение было принято по\r\nпредставлению исполняющего обязанности Председателя Следственного\r\nкомитета при прокуратуре Российской Федерации, в котором\r\nуказывалось на допущенные С.Л.Панченко при рассмотрении дела по\r\nиску пенсионеров Минобороны России к военному комиссариату\r\nРостовской области о взыскании задолженности по пенсиям отступления\r\nот требований Гражданского процессуального кодекса Российской\r\nФедерации, такие как нарушение правил подсудности дела, неизвещение\r\nсторон о времени и месте судебного разбирательства, завышение суммы\r\nвзыскания задолженности по пенсиям, внесение в протокол судебного\r\nзаседания и текст решения заведомо ложных сведений, постановление\r\nрешения об удовлетворении иска в отсутствие сторон.\r\n Подобного рода нарушения гражданского процессуального\r\nзаконодательства, как усматривается из материалов, представленных в\r\nКонституционный Суд Российской Федерации Верховным Судом Российской\r\nФедерации, имели место и в ряде других рассматривавшихся\r\nС.Л.Панченко дел - по искам граждан о взыскании с государства\r\nкомпенсации за участие в контртеррористических операциях, решения\r\nпо которым в 2005-2006 годах были отменены президиумом\r\nСеверо-Кавказского окружного военного суда, однако вопрос о его\r\nпривлечении к дисциплинарной или уголовной ответственности в связи\r\nс этими нарушениями не ставился.\r\n Ростовский-на-Дону гарнизонный военный суд, куда С.Л.Панченко\r\nобратился с жалобой на действия и решения должностных лиц органов\r\nпрокуратуры и предварительного следствия, проводивших в отношении\r\nнего проверку поступившего сообщения, не принял во внимание довод\r\nзаявителя о том, что вынесенное им решение от 12 августа 2004 года,\r\nкоторое послужило поводом для ее производства, вступило в законную\r\nсилу и не отменено в надлежащей процедуре, и постановлением от\r\n25 ноября 2010 года, оставленным без изменения кассационным\r\nопределением судебной коллегии по уголовным делам\r\nСеверо-Кавказского окружного военного суда от 27 января 2011 года,\r\nв удовлетворении жалобы отказал. Заявление С.Л.Панченко об отмене\r\nрешения Высшей квалификационной коллегии судей Российской Федерации\r\nо даче согласия на возбуждение в отношении него уголовного дела\r\nоставлено без удовлетворения решением Верховного Суда Российской\r\nФедерации от 14 декабря 2010 года, подтвержденным определением\r\nКассационной коллегии Верховного Суда Российской Федерации от\r\n15 февраля 2011 года.\r\n 1.2. Гражданин С.Л.Панченко оспаривает конституционность\r\nположений статей 144, 145 и 448 УПК Российской Федерации, как\r\nдопускающих возбуждение уголовного дела в отношении судьи по\r\nпризнакам преступления, предусмотренного статьей 305 УК Российской\r\nФедерации, в связи с вынесением этим судьей судебного акта, который\r\nуже вступил в законную силу и не отменен в установленном законом\r\nпорядке. Такое регулирование, по мнению заявителя, противоречит\r\nстатьям 118 (части 1 и 2), 120 и 122 Конституции Российской\r\nФедерации. С.Л.Панченко утверждает также, что пункт 8 статьи 16\r\nЗакона Российской Федерации \"О статусе судей в Российской\r\nФедерации\" вопреки правовой позиции Конституционного Суда\r\nРоссийской Федерации, сформулированной в Определении от 17 июля\r\n2007 года N 615-О-О, не позволяет квалификационной коллегии судей\r\nотказывать в даче согласия на возбуждение уголовного дела в\r\nотношении судьи при наличии обстоятельств, исключающих его\r\nуголовное преследование, чем нарушаются требования статей 19 (части\r\n1 и 2), 122 и 125 Конституции Российской Федерации.\r\n Кроме того, заявитель просит проверить конституционность\r\nпункта 3 части первой статьи 24 УПК Российской Федерации,\r\nпредусматривающего в качестве основания отказа в возбуждении\r\nуголовного дела или прекращения уголовного дела истечение сроков\r\nдавности уголовного преследования. Однако, поскольку документы,\r\nподтверждающие применение судом названной нормы в его деле,\r\nзаявителем не представлены, его обращение в этой части не отвечает\r\nкритерию допустимости, закрепленному в статьях 96 и 97 Федерального\r\nконституционного закона \"О Конституционном Суде Российской\r\nФедерации\", и не может быть принято к рассмотрению.\r\n Соответственно, исходя из требований статей 36, 74, 96 и 97\r\nФедерального конституционного закона \"О Конституционном Суде\r\nРоссийской Федерации\" предметом рассмотрения Конституционного Суда\r\nРоссийской Федерации по настоящему делу являются взаимосвязанные\r\nположения статей 144, 145 и 448 УПК Российской Федерации и пункта 8\r\nстатьи 16 Закона Российской Федерации \"О статусе судей в Российской\r\nФедерации\", руководствуясь которыми уполномоченные органы и\r\nдолжностные лица рассматривают сообщения о совершении преступления\r\nсудьей, осуществляют проверку таких сообщений и по ее результатам\r\nпринимают соответствующее решение, - применительно к случаям, когда\r\nсудебный акт, вынесенный судьей, в отношении которого испрашивается\r\nразрешение на возбуждение уголовного дела по признакам\r\nпреступления, предусмотренного статьей 305 \"Вынесение заведомо\r\nнеправосудных приговора, решения или иного судебного акта\" УК\r\nРоссийской Федерации, вступил в законную силу и не отменен.\r\n 2. Согласно статьям 118, 120 (часть 1), 121 (часть 1) и 122\r\n(часть 1) Конституции Российской Федерации и конкретизирующим их\r\nположениям Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996\r\nгода N 1-ФКЗ \"О судебной системе Российской Федерации\" (статьи 1,\r\n4, 5, 15 и 16) правосудие в Российской Федерации осуществляется\r\nтолько судом; никакие другие органы и лица, кроме судей и\r\nпривлекаемых в установленном законом порядке к осуществлению\r\nправосудия присяжных, народных и арбитражных заседателей, не вправе\r\nпринимать на себя осуществление правосудия; суд осуществляет\r\nсудебную власть самостоятельно, независимо от чьей бы то ни было\r\nволи; судьи как представители судебной власти независимы и\r\nподчиняются только Конституции Российской Федерации и федеральному\r\nзакону, несменяемы и неприкосновенны.\r\n Развивая эти принципы, названный Федеральный конституционный\r\nзакон закрепляет, что в Российской Федерации не могут издаваться\r\nзаконы и иные нормативные правовые акты, отменяющие или умаляющие\r\nсамостоятельность судов, независимость судей (статья 5), и\r\nустанавливает обязательность вступивших в законную силу судебных\r\nпостановлений (статья 6). На законодательном уровне независимость\r\nсудей обеспечивается рядом гарантий, в том числе предусмотренной\r\nзаконом процедурой осуществления правосудия, запретом, под угрозой\r\nответственности, чьего бы то ни было вмешательства в деятельность\r\nпо осуществлению правосудия, а также правилом, в силу которого\r\nсудья не обязан давать каких-либо объяснений по существу\r\nрассмотренных или находящихся в производстве дел (пункт 1 статьи 9\r\nи пункт 2 статьи 10 Закона Российской Федерации \"О статусе судей в\r\nРоссийской Федерации\").\r\n Несменяемость и неприкосновенность, будучи элементами\r\nконституционно-правового статуса судьи, не являются его личной\r\nпривилегией как гражданина, на что неоднократно указывал\r\nКонституционный Суд Российской Федерации (постановления от 7 марта\r\n1996 года N 6-П, от 19 февраля 2002 года N 5-П, от 28 февраля 2008\r\nгода N 3-П и др.), они обеспечивают самостоятельность и\r\nнезависимость судебной власти, служат средством защиты публичных\r\nинтересов, прежде всего интересов правосудия, и не только не\r\nисключают, но, напротив, предполагают повышенную ответственность\r\nсудьи за выполнение своих профессиональных обязанностей, соблюдение\r\nзаконов и правил судейской этики. Именно поэтому Конституция\r\nРоссийской Федерации предоставляет федеральному законодателю право\r\nпредъявлять к судьям как представителям судебной власти,\r\nреализующим публично-правовые цели правосудия, особые\r\nквалификационные и иные требования (статья 119) и вместе с тем\r\nобязывает его к установлению специального порядка прекращения\r\nполномочий судьи (статья 121, часть 2) и особой процедуры\r\nпривлечения судьи к уголовной ответственности (статья 122,\r\nчасть 2).\r\n Такой подход корреспондирует международным стандартам и\r\nрекомендациям в сфере правосудия. В соответствии с Бангалорскими\r\nпринципами поведения судей (одобрены резолюцией Экономического и\r\nСоциального Совета ООН 2006/23 от 27 июля 2006 года)\r\nбеспристрастность, честность, компетентность и добросовестность при\r\nисполнении обязанностей судьи имеют первостепенное значение для\r\nподдержания независимости судебной власти (пункт 1.6); следование\r\nвысоким стандартам поведения в ходе судебного заседания и вне стен\r\nсуда способствует поддержанию у общества, коллег и участвующих в\r\nсудопроизводстве сторон уверенности в беспристрастности как самого\r\nсудьи, так и судебной власти в целом (пункт 2.2); имея в виду\r\nпостоянное внимание со стороны общественности, судья сознательно,\r\nпо доброй воле принимает на себя необходимые для поддержания\r\nдостоинства судебной власти ограничения, которые рядовыми\r\nгражданами могут рассматриваться как обременительные (пункт 4.2), и\r\nне вправе совершать поступки, которые позволяли бы усомниться в его\r\nпрофессиональной добросовестности (пункт 6.7). Если же судья\r\nвыполняет свои обязанности неэффективно и ненадлежащим образом или\r\nесли с его стороны имеют место дисциплинарные нарушения,\r\nгосударство согласно Рекомендации N R (94) 12 по вопросам\r\nнезависимости судей (принята 13 октября 1994 года Комитетом\r\nМинистров государств - членов Совета Европы) должно принимать не\r\nнаносящие ущерба независимости судебных органов необходимые меры;\r\nпри этом судья не может быть снят с должности до достижения\r\nвозраста обязательного выхода на пенсию без веских на то оснований;\r\nтакие основания должны точно определяться законом и могут быть\r\nобусловлены неспособностью судьи выполнять свои функции,\r\nсовершением уголовного правонарушения или серьезным нарушением\r\nдисциплинарных норм (пункты 1 и 2 принципа VI). Аналогичное\r\nтребование включено в Основные принципы независимости судебных\r\nорганов, принятые седьмым Конгрессом ООН по предупреждению\r\nпреступности и обращению с правонарушителями (Милан, 26 августа -\r\n6 сентября 1985 года), пункт 18 которых допускает временное\r\nотстранение судьи от должности или увольнение только по причине\r\nнеспособности выполнять обязанности судьи или поведения, не\r\nсоответствующего занимаемой должности.\r\n Возложением на судей функции отправления правосудия\r\nобусловливается и необходимость особого порядка возбуждения в\r\nотношении них уголовных дел, в том числе введение дополнительных\r\nпроцессуальных гарантий, которые, не исключая уголовную\r\nответственность судьи за совершенное преступление, обеспечивали бы\r\nему защиту при осуществлении профессиональных обязанностей, носящих\r\nпубличный характер. Соответственно, регулирование отношений по\r\nповоду уголовного преследования судьи за деяние, совершенное им в\r\nпроцессе осуществления правосудия, требует от федерального\r\nзаконодателя соблюдения на основе принципа соразмерности баланса\r\nтаких конституционно значимых ценностей, как ответственность перед\r\nобществом судебной власти как института, служащего гарантией\r\nзаконности и верховенства права, с одной стороны, и независимость и\r\nнеприкосновенность судьи - с другой.\r\n 3. К числу гарантий, обеспечивающих независимость судьи при\r\nосуществлении правосудия, Закон Российской Федерации \"О статусе\r\nсудей в Российской Федерации\" относит неприкосновенность судьи\r\n(пункт 1 статьи 9). Согласно пункту 2 статьи 16 названного Закона,\r\nраскрывающему одну из сторон принципа неприкосновенности, судья, в\r\nтом числе после прекращения его полномочий, не может быть привлечен\r\nк какой-либо ответственности за выраженное им при осуществлении\r\nправосудия мнение и принятое судом решение, если только вступившим\r\nв законную силу приговором суда не будет установлена виновность\r\nсудьи в преступном злоупотреблении либо вынесении заведомо\r\nнеправосудных приговора, решения или иного судебного акта.\r\n Вместе с тем гарантии судейского иммунитета, включая\r\nнеприкосновенность, не носят абсолютного характера. Устанавливая в\r\nкачестве общего правила запрет на привлечение судьи к\r\nответственности за выраженное им при осуществлении правосудия\r\nмнение и вынесенные судебные акты, федеральный законодатель исходил\r\nиз того, что при осуществлении судебной деятельности возможны\r\nнеумышленные ошибки ординарного характера, не дискредитирующие\r\nаприори лиц, их допустивших, которые возникают в ходе разрешения\r\nконкретного дела при толковании и применении норм материального или\r\nпроцессуального права и подлежат исправлению вышестоящими судебными\r\nинстанциями. Что касается судебных ошибок, которые являются\r\nследствием профессиональной некомпетентности или небрежности судьи,\r\nт. е. недобросовестного исполнения им функции по отправлению\r\nправосудия, то они могут приводить к искажению фундаментальных\r\nпринципов судопроизводства и грубому нарушению прав участников\r\nпроцесса и, соответственно, повлечь вынесение неправосудного\r\nсудебного акта, которое хотя и не подпадает под признаки состава\r\nпреступления, тем не менее может служить основанием для применения\r\nк судье мер дисциплинарной ответственности (постановления\r\nКонституционного Суда Российской Федерации от 28 февраля 2008 года\r\nN 3-П и от 20 июля 2011 года N 19-П).\r\n Тем более не предполагается ограждение судьи, совершившего\r\nпреступление, от уголовной ответственности - иное приводило бы к\r\nискажению конституционного смысла судейского иммунитета, а также к\r\nнарушению конституционных прав потерпевших от преступлений и\r\nзлоупотреблений властью (определения Конституционного Суда\r\nРоссийской Федерации от 16 декабря 2004 года N 394-О, от 7 февраля\r\n2008 года N 157-О-О и др.).\r\n 3.1. Процедурный механизм осуществления уголовного\r\nпреследования в отношении судей урегулирован\r\nУголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, в том числе\r\nего статьями 144, 145 и 448, во взаимосвязи с положениями Закона\r\nРоссийской Федерации \"О статусе судей в Российской Федерации\" и\r\nпредусматривает в качестве составной части и одновременно способа\r\nобеспечения неприкосновенности и независимости судей особый -\r\nусложненный по сравнению с обычным - порядок возбуждения уголовного\r\nдела в отношении судьи и привлечения его в качестве обвиняемого.\r\n Обязательным условием этого порядка является наличие решения\r\nквалификационной коллегии судей о даче согласия на осуществление в\r\nотношении судьи уголовного преследования, что само по себе, как\r\nуказывал Конституционный Суд Российской Федерации, не\r\nпредопределяет обязательность вынесения постановления о возбуждении\r\nуголовного дела в отношении судьи или о привлечении его в качестве\r\nобвиняемого либо отказе в этом, а также принятия того или иного\r\nитогового решения по уголовному делу; при этом сама\r\nквалификационная коллегия судей в своем решении не вправе делать\r\nвыводы (в том числе о виновности привлекаемого к уголовной\r\nответственности лица), которые могут содержаться только в приговоре\r\n(статья 302 УПК Российской Федерации) или ином итоговом решении,\r\nпостановляемом по результатам непосредственного исследования в ходе\r\nсудебного разбирательства всех обстоятельств уголовного дела,\r\nт. е. разрешать вопросы, которые могут стать предметом доказывания\r\nна последующих стадиях уголовного процесса (определения от\r\n14 декабря 2004 года N 452-О и от 7 февраля 2008 года N 224-О-О).\r\n При осуществлении уголовного преследования в отношении судьи\r\nза деяние, совершенное им в процессе осуществления правосудия,\r\nдолжен безусловно учитываться вытекающий из статей 10, 11 (часть\r\n1), 18, 118 (часть 1) и 120 (часть 1) Конституции Российской\r\nФедерации и закрепленный в федеральных конституционных законах\r\n\"О судебной системе Российской Федерации\" (статьи 1 и 6) и \"О судах\r\nобщей юрисдикции в Российской Федерации\" (статья 5), а также в\r\nсоответствующих нормах процессуального законодательства принцип\r\nобязательности судебных актов, их неукоснительного исполнения на\r\nвсей территории Российской Федерации и опровержимости только в\r\nсудебном порядке в специальных, предусмотренных законом процедурах.\r\nВступивший в законную силу, не отмененный и не измененный судебный\r\nакт не может рассматриваться как неправосудный, поскольку\r\nотсутствие подтверждения в установленном порядке незаконности и\r\nнеобоснованности этого судебного акта вышестоящей судебной\r\nинстанцией презюмирует его правосудность.\r\n Применительно к вопросу о возбуждении уголовного дела в\r\nотношении судьи по признакам преступления, предусмотренного статьей\r\n305 УК Российской Федерации, устанавливающей ответственность за\r\nвынесение заведомо неправосудных приговора, решения или иного\r\nсудебного акта, это означает, что квалификационная коллегия судей\r\nне вправе самостоятельно определять, является ли конкретный\r\nсудебный акт неправосудным, т. е. оценивать его законность и\r\nобоснованность, в том числе с точки зрения правильности применения\r\nматериального закона или соблюдения процессуальных правил, - такая\r\nпроверка может осуществляться лишь в специальных, закрепленных\r\nпроцессуальным законом процедурах, а именно посредством\r\nрассмотрения дела судами апелляционной, кассационной и надзорной\r\nинстанций.\r\n Как следует из правовой позиции, изложенной Конституционным\r\nСудом Российской Федерации в Определении от 17 июля 2007 года\r\nN 615-О-О, возбуждение в отношении судьи уголовного дела и\r\nпривлечение его в качестве обвиняемого в связи с вынесением им\r\nзаведомо неправосудного решения не являются средством пересмотра\r\nтакого решения, в связи с чем они могут иметь место лишь после\r\nтого, как в установленной процессуальным законом процедуре принятое\r\nсудьей решение будет признано незаконным и (или) необоснованным.\r\nДанный вывод соотносится с международными стандартами в сфере\r\nправосудия, исключающими возможность пересмотра судебных актов во\r\nвнесудебном порядке (пункт 4 Основных принципов независимости\r\nсудебных органов), и подкрепляется имеющей универсальный характер\r\nправовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации,\r\nсогласно которой иная - не судебная - процедура ревизии судебных\r\nактов принципиально недопустима, поскольку означала бы возможность\r\nзамещения (вопреки обусловленным природой правосудия и\r\nустановленным процессуальным законом формам пересмотра судебных\r\nрешений и проверки их правосудности исключительно вышестоящими\r\nсудебными инстанциями) актов органов правосудия административными\r\nактами, что является безусловным отступлением от необходимых\r\nгарантий самостоятельности, полноты и исключительности судебной\r\nвласти (постановления от 25 января 2001 года N 1-П, от 4 апреля\r\n2002 года N 8-П, от 28 февраля 2008 года N 3-П и от 17 марта 2009\r\nгода N 5-П).\r\n 3.2. Таким образом, обращение следственных органов в\r\nквалификационную коллегию судей с представлением о даче согласия на\r\nвозбуждение в отношении судьи уголовного преследования по статье\r\n305 УК Российской Федерации, предусматривающей ответственность за\r\nвынесение заведомо неправосудного судебного акта, в случае, когда\r\nсам этот акт не отменен как незаконный и необоснованный, а потому\r\nне признан в качестве неправосудного, получение согласия\r\nквалификационной коллегии судей, разрешение вопроса о возбуждении\r\nуголовного дела и его дальнейшем процессуальном движении означают,\r\nпо сути, отрицание окончательности, исполнимости, неопровержимости\r\nи обязательности судебного решения, гарантированно исполняющегося\r\nсилой государства, и являются неправомерным вмешательством в\r\nосуществление судебной власти, самостоятельность и независимость\r\nкоторой находятся под защитой Конституции Российской Федерации,\r\nпрежде всего ее статьи 10.\r\n Кроме того, само по себе возбуждение в отношении судьи\r\nуголовного преследования по статье 305 УК Российской Федерации\r\nпредполагает необходимость доказывания именно заведомой\r\nнеправосудности вынесенного им судебного акта. Если же при этом\r\nсоответствующий судебный акт не был отменен в надлежащей процедуре,\r\nвозбуждение уголовного дела в таком случае означает, что\r\nследственными органами констатируется вынесение судьей незаконного\r\nили необоснованного судебного акта, - тем самым осуществляется\r\nуголовное преследование судьи за вынесенное им решение по делу,\r\nсохраняющее свою законную силу, чем нарушаются закрепленные\r\nстатьями 118 и 120 Конституции Российской Федерации принципы\r\nосуществления правосудия только судом, а также независимости судей\r\nкак гарантии самостоятельности и независимости судебной власти.\r\n 4. В 2010 году Высшей квалификационной коллегией судей\r\nРоссийской Федерации до сведения квалификационных коллегий судей\r\nсубъектов Российской Федерации доведены разъяснения, которыми\r\nследует руководствоваться при принятии решений по рассмотрению\r\nвнесенных Председателем Следственного комитета Российской Федерации\r\nпредставлений о даче согласия на возбуждение уголовного дела в\r\nотношении судьи. Согласно этим разъяснениям соответствующая\r\nквалификационная коллегия судей не дает согласие на возбуждение\r\nуголовного дела в отношении судьи по статье 305 УК Российской\r\nФедерации в случае, если вынесенный судьей судебный акт не отменен\r\nили не изменен вышестоящей судебной инстанцией как неправосудный\r\n(письмо от 21 июля 2010 года N ВКК-ИП 389/10).\r\n Аналогичная позиция нашла отражение в определении Военной\r\nколлегии Верховного Суда Российской Федерации по делу N 2н-261/08:\r\nпроверка органами прокуратуры, не обладающими полномочиями по\r\nпересмотру судебных актов, заявления о вынесении судьей заведомо\r\nнеправосудного, на взгляд заявителя, судебного акта допустима\r\nтолько при условии отмены этого акта вышестоящим судом в\r\nкассационном либо надзорном порядке; иное означало бы незаконное\r\nвмешательство в отправление судом правосудия, допускало бы оценку\r\nзаконности судебного акта и проверку его по существу некомпетентным\r\nорганом (Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда\r\nРоссийской Федерации за четвертый квартал 2008 года, утвержденный\r\nпостановлениями Президиума Верховного Суда Российской Федерации от\r\n4 и 25 марта 2009 года).\r\n Однако другие материалы, изученные Конституционным Судом\r\nРоссийской Федерации при рассмотрении настоящего дела, в том числе\r\nконкретные правоприменительные решения, вынесенные в отношении\r\nС.Л.Панченко, свидетельствуют о том, что органы прокуратуры\r\nРоссийской Федерации, Следственный комитет Российской Федерации, а\r\nтакже Высшая квалификационная коллегия судей Российской Федерации и\r\nВерховный Суд Российской Федерации допускают применительно к\r\nслучаям возбуждения уголовных дел по статье 305 УК Российской\r\nФедерации и прямо противоположное толкование положений статей 144,\r\n145 и 448 УПК Российской Федерации и пункта 8 статьи 16 Закона\r\nРоссийской Федерации \"О статусе судей в Российской Федерации\".\r\n Такое неоднозначное понимание рассматриваемых законоположений\r\nв правоприменительной практике свидетельствует о наличии\r\nнеопределенности, дающей возможность неограниченного усмотрения при\r\nопределении процессуальных прав и обязанностей участников\r\nуголовного судопроизводства, что, в свою очередь, означает\r\nнарушение вытекающего из Конституции Российской Федерации принципа\r\nюридического равенства, которое, как неоднократно указывал\r\nКонституционный Суд Российской Федерации, может быть обеспечено\r\nлишь при условии единообразного применения правовых норм,\r\nвозможного только при наличии их формальной определенности,\r\nточности, ясности, недвусмысленности и согласованности в системе\r\nдействующего правового регулировании. Отступление же от указанных\r\nкритериев с неизбежностью приводит к нарушению конституционных\r\nгарантий государственной, в том числе судебной, защиты прав, свобод\r\nи законных интересов граждан, включая реализуемые в процедурах\r\nуголовного преследования за совершение преступления (статья 19,\r\nчасть 1; статья 46; статья 49, часть 1, Конституции Российской\r\nФедерации).\r\n 5. Таким образом, взаимосвязанные положения статей 144, 145 и\r\n448 УПК Российской Федерации и пункта 8 статьи 16 Закона Российской\r\nФедерации \"О статусе судей в Российской Федерации\", устанавливающие\r\nпорядок рассмотрения сообщения о совершении преступления судьей и\r\nпринятия решения по такому сообщению, не соответствуют Конституции\r\nРоссийской Федерации, ее статьям 10, 19 (часть 1), 46 (часть 1),\r\n118, 120 и 122, в той мере, в какой на основании этих положений\r\nдопускается возбуждение в отношении судьи уголовного дела по\r\nпризнакам преступления, предусмотренного статьей 305 \"Вынесение\r\nзаведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта\"\r\nУК Российской Федерации, что предполагает непосредственную оценку\r\nво внесудебном порядке вынесенного этим судьей судебного акта,\r\nвступившего в законную силу, не отмененного и не признанного в\r\nсоответствующем процессуальном порядке незаконным и необоснованным,\r\nв качестве неправосудного.\r\n Этим не ставится под сомнение возможность разрешения в\r\nустановленном законом порядке вопроса о проведении в отношении\r\nсудьи предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской\r\nФедерации действий для проверки сообщения о преступлении и\r\nвозбуждении по результатам этой проверки уголовного дела по\r\nпризнакам других, как правило, сопутствующих преступлению,\r\nпредусмотренному статьей 305 УК Российской Федерации, составов\r\nпреступлений, таких как \"Мошенничество\" (статья 159),\r\n\"Злоупотребление должностными полномочиями\" (статья 285),\r\n\"Превышение должностных полномочий\" (статья 286), \"Получение\r\nвзятки\" (статья 290).\r\n В целях совершенствования правового регулирования порядка\r\nпривлечения судей к уголовной ответственности, а также обеспечения\r\nгарантий справедливой и эффективной судебной защиты федеральному\r\nзаконодателю надлежит внести в действующее законодательство\r\nнеобходимые изменения, вытекающие из требований Конституции\r\nРоссийской Федерации и настоящего Постановления.\r\n Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи\r\n71, статьями 72, 74, 75, 78, 79 и 100 Федерального конституционного\r\nзакона \"О Конституционном Суде Российской Федерации\",\r\nКонституционный Суд Российской Федерации\r\n\r\n п о с т а н о в и л:\r\n\r\n 1. Признать взаимосвязанные положения статей 144, 145 и 448\r\nУПК Российской Федерации и пункта 8 статьи 16 Закона Российской\r\nФедерации \"О статусе судей в Российской Федерации\" не\r\nсоответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 10,\r\n19 (часть 1), 46 (часть 1), 118, 120 и 122, в той мере, в какой\r\nэтими положениями допускается возбуждение в отношении судьи\r\nуголовного дела по признакам преступления, предусмотренного статьей\r\n305 \"Вынесение заведомо неправосудных приговора, решения или иного\r\nсудебного акта\" УК Российской Федерации, в случае, когда\r\nсоответствующий судебный акт, вынесенный этим судьей, вступил в\r\nзаконную силу и не отменен в установленном процессуальным законом\r\nпорядке.\r\n 2. Правоприменительные решения, касающиеся уголовного\r\nпреследования по признакам преступления, предусмотренного статьей\r\n305 УК Российской Федерации, осуществляемого в отношении гражданина\r\nПанченко Сергея Леонидовича на основании положений статей 144, 145\r\nи 448 УПК Российской Федерации и пункта 8 статьи 16 Закона\r\nРоссийской Федерации \"О статусе судей в Российской Федерации\",\r\nпризнанных в настоящем Постановлении не соответствующими\r\nКонституции Российской Федерации, подлежат пересмотру в\r\nустановленном порядке, если для этого нет других препятствий.\r\n 3. Настоящее Постановление окончательно, не подлежит\r\nобжалованию, вступает в силу немедленно после провозглашения,\r\nдействует непосредственно и не требует подтверждения другими\r\nорганами и должностными лицами.\r\n 4. Настоящее Постановление подлежит незамедлительному\r\nопубликованию в \"Российской газете\" и \"Собрании законодательства\r\nРоссийской Федерации\". Постановление должно быть опубликовано также\r\nв \"Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации\".\r\n\r\n\r\n Конституционный Суд\r\n Российской Федерации\r\n\r\n N 23-П\r\n
", "baseid": "c000000000", "tounitid": null, "toparaid": "", "docid": "1000000000102151378" }