\r\n\r\n\r\n\r\n Именем\r\n Российской Федерации\r\n\r\n П О С Т А Н О В Л Е Н И Е\r\n\r\n КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ\r\n\r\n\r\n по делу о проверке конституционности отдельных положений\r\n Федерального закона \"Об основных гарантиях избирательных прав\r\n и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации\"\r\n в связи с запросом группы депутатов Государственной Думы и\r\n жалобами граждан С.А.Бунтмана, К.А.Катаняна и К.С.Рожкова\r\n\r\n город Москва 30 октября 2003 года\r\n\r\n Конституционный Суд Российской Федерации в составе\r\nПредседателя В.Д.Зорькина, судей М.В.Баглая, Н.С.Бондаря,\r\nГ.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина,\r\nС.М.Казанцева, М.И.Клеандрова, А.Л.Кононова, Л.О.Красавчиковой,\r\nВ.О.Лучина, Ю.Д.Рудкина, Н.В.Селезнева, А.Я.Сливы, В.Г.Стрекозова,\r\nО.С.Хохряковой, Б.С.Эбзеева, В.Г.Ярославцева,\r\n с участием представителей группы депутатов Государственной\r\nДумы, направившей запрос в Конституционный Суд Российской\r\nФедерации, - депутатов Государственной Думы А.Н.Котюсова и\r\nБ.Б.Надеждина, а также адвоката В.Ю.Прохорова, гражданина\r\nС.А.Бунтмана и его представителя - адвоката П.А.Астахова, граждан\r\nК.А.Катаняна и К.С.Рожкова, представителей Государственной Думы -\r\nдепутатов Государственной Думы В.В.Гребенникова и С.А.Попова,\r\nполномочного представителя Совета Федерации в Конституционном Суде\r\nРоссийской Федерации Ю.А.Шарандина, полномочного представителя\r\nПрезидента Российской Федерации в Конституционном Суде Российской\r\nФедерации М.А.Митюкова,\r\n руководствуясь статьей 125 (пункт \"а\" части 2 и часть 4)\r\nКонституции Российской Федерации, подпунктом \"а\" пункта 1 и пунктом\r\n3 части первой, частями третьей и четвертой статьи 3, частью первой\r\nстатьи 21, статьями 36, 74, 84, 85, 86, 96, 97 и 99 Федерального\r\nконституционного закона \"О Конституционном Суде Российской\r\nФедерации\",\r\n рассмотрел в открытом заседании дело о проверке\r\nконституционности отдельных положений Федерального закона \"Об\r\nосновных гарантиях избирательных прав и права на участие в\r\nреферендуме граждан Российской Федерации\".\r\n Поводом к рассмотрению дела явились запрос группы депутатов\r\nГосударственной Думы и жалобы граждан С.А.Бунтмана, К.А.Катаняна и\r\nК.С.Рожкова, в которых оспаривается конституционность отдельных\r\nположений статей 45, 46, 48, 49, 50, 52 и 56 Федерального закона\r\n\"Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в\r\nреферендуме граждан Российской Федерации\". Основанием к\r\nрассмотрению дела явилась обнаружившаяся неопределенность в вопросе\r\nо том, соответствуют ли Конституции Российской Федерации\r\nоспариваемые заявителями законоположения.\r\n Поскольку все обращения касаются одного и того же предмета,\r\nКонституционный Суд Российской Федерации, руководствуясь статьей 48\r\nФедерального конституционного закона \"О Конституционном Суде\r\nРоссийской Федерации\", соединил дела по этим обращениям в одном\r\nпроизводстве.\r\n Заслушав сообщения судей-докладчиков М.В.Баглая и\r\nВ.Г.Стрекозова, объяснения сторон и их представителей, заключение\r\nэксперта - доктора юридических наук М.А.Федотова, выступления\r\nприглашенных в заседание полномочного представителя Правительства\r\nРоссийской Федерации в Конституционном Суде Российской Федерации\r\nМ.Ю.Барщевского, представителей: от Центральной избирательной\r\nкомиссии Российской Федерации - В.И.Лысенко и М.В.Гришиной, от\r\nГенерального прокурора Российской Федерации - М.Н.Малиновского,\r\nисследовав представленные документы и иные материалы,\r\nКонституционный Суд Российской Федерации\r\n\r\n у с т а н о в и л:\r\n\r\n 1. В запросе группы депутатов Государственной Думы и жалобах\r\nграждан С.А.Бунтмана, К.А.Катаняна и К.С.Рожкова оспаривается\r\nконституционность отдельных положений статей 45, 46, 48, 49, 50, 52\r\nи 56 Федерального закона от 12 июня 2002 года \"Об основных\r\nгарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме\r\nграждан Российской Федерации\" (в редакции от 4 июля 2003 года),\r\nкасающихся регулирования деятельности организаций, осуществляющих\r\nвыпуск средств массовой информации, в связи с информационным\r\nобеспечением выборов и референдумов.\r\n 1.1. Обратившиеся в Конституционный Суд Российской Федерации\r\nдепутаты Государственной Думы утверждают, что положения подпунктов\r\n\"д\", \"е\", \"ж\" определяющего понятие и виды предвыборной агитации\r\nпункта 2 статьи 48 Федерального закона \"Об основных гарантиях\r\nизбирательных прав и права на участие в референдуме граждан\r\nРоссийской Федерации\" противоречат статьям 29 и 55 (часть 3)\r\nКонституции Российской Федерации. По мнению заявителей, эти\r\nположения позволяют отнести к предвыборной агитации любую\r\nдеятельность по распространению информации о кандидатах, списках\r\nкандидатов, избирательных объединениях, избирательных блоках, что\r\nво взаимосвязи с подпунктом \"ж\" пункта 7 статьи 48 того же\r\nФедерального закона, запрещающим представителям организаций,\r\nосуществляющих выпуск средств массовой информации, при\r\nосуществлении ими профессиональной деятельности проводить\r\nпредвыборную агитацию, агитацию по вопросам референдума означает\r\nнесоразмерное ограничение свободы слова, права каждого передавать,\r\nпроизводить и распространять информацию и нарушает гарантии свободы\r\nмассовой информации.\r\n 1.2. Приказом главного редактора радиостанции \"Эхо Москвы\"\r\nсотруднику радиостанции С.А.Бунтману было объявлено дисциплинарное\r\nвзыскание в виде выговора за то, что, выступая с комментариями в\r\nпериод избирательной кампании по выборам губернатора\r\nСанкт-Петербурга, он в нарушение статей 45, 48 и 49 Федерального\r\nзакона \"Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие\r\nв референдуме граждан Российской Федерации\" в прямом эфире\r\nвысказался по поводу возможных последствий избрания одного из\r\nкандидатов, выразил свое отношение к его выдвижению на эту\r\nдолжность и заявил, что при таких условиях он голосовал бы против\r\nвсех.\r\n Исковые требования С.А.Бунтмана о снятии взыскания, которое,\r\nкак он полагал, было вынесено на основании противоречащих статьям\r\n3, 29 и 32 Конституции Российской Федерации законоположений, судом\r\nобщей юрисдикции оставлены без удовлетворения с указанием на то,\r\nчто в соответствии со статьей 125 (часть 4) Конституции Российской\r\nФедерации проверка конституционности закона относится к компетенции\r\nКонституционного Суда Российской Федерации.\r\n В жалобе гражданина С.А.Бунтмана, направленной в\r\nКонституционный Суд Российской Федерации, утверждается, что\r\nположение пункта 5 статьи 45 Федерального закона \"Об основных\r\nгарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме\r\nграждан Российской Федерации\", запрещающее давать в информационных\r\nтеле- и радиопрограммах, публикациях в периодических печатных\r\nизданиях комментарии к сообщениям о проведении предвыборных\r\nмероприятий, а также регулирующая вопросы предвыборной агитации\r\nстатья 48 того же Федерального закона нарушают конституционные\r\nгарантии свободы информации и избирательных прав. В заседании\r\nКонституционного Суда Российской Федерации представитель заявителя\r\nадвокат П.А.Астахов уточнил предмет жалобы в части, касающейся\r\nстатьи 48, и просил проверить конституционность подпунктов \"в\", \"ж\"\r\nее пункта 2, признающих предвыборной агитацией описание возможных\r\nпоследствий избрания или неизбрания кандидата и иные действия,\r\nимеющие целью побудить или побуждающие избирателей голосовать за\r\nкандидатов или против них, а также против всех кандидатов, во\r\nвзаимосвязи с подпунктом \"ж\" пункта 7 данной статьи.\r\n 1.3. Решением суда общей юрисдикции оставлен без\r\nудовлетворения иск гражданина К.А.Катаняна к редакции газеты \"Время\r\nМН\" об отмене приказа о наложении на него дисциплинарного взыскания\r\nв виде выговора. При этом суд указал, что истцом, на момент\r\nвынесения решения являвшимся редактором отдела политики редакции\r\nгазеты \"Время МН\", были нарушены содержащиеся в статьях 45, 46, 48,\r\n50 и 52 Федерального закона \"Об основных гарантиях избирательных\r\nправ и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации\"\r\nположения, запрещающие предвыборную агитацию журналистам при\r\nосуществлении профессиональных обязанностей и требующие от них\r\nуделять равное внимание всем претендентам, не отдавая предпочтения\r\nкакому бы то ни было кандидату.\r\n В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации\r\nК.А.Катанян утверждает, что пункт 2 статьи 45, пункт 2 статьи 46,\r\nподпункты \"б\" - \"ж\" пункта 2, пункт 5 и подпункт \"ж\" пункта 7\r\nстатьи 48, пункт 11 статьи 50, пункт 5 статьи 52 и пункт 6 статьи\r\n56 Федерального закона \"Об основных гарантиях избирательных прав и\r\nправа на участие в референдуме граждан Российской Федерации\"\r\nнесоразмерно ограничивают право гражданина на участие в свободных\r\nвыборах, право каждого свободно производить и распространять\r\nинформацию, право каждого на свободное использование своих\r\nспособностей и имущества для предпринимательской и иной не\r\nзапрещенной законом экономической деятельности, а потому\r\nпротиворечат статьям 3, 29, 32, 34 и 55 (часть 3) Конституции\r\nРоссийской Федерации.\r\n Между тем, как следует из мотивировочной части судебного\r\nрешения, вынесенного по делу К.А.Катаняна, на основе исследования\r\nматериалов дела (в том числе пояснений истца и содержания его\r\nстатьи в газете \"Время МН\") суд общей юрисдикции пришел к выводу,\r\nчто опубликованная истцом информация способствовала созданию\r\nположительного отношения избирателей к одному из кандидатов на пост\r\nглавы Республики Мордовия, нарушила равенство кандидатов, отдав\r\nпредпочтение одному из них, что не соответствует требованиям\r\nФедерального закона \"Об основных гарантиях избирательных прав и\r\nправа на участие в референдуме граждан Российской Федерации\". Это\r\nозначает, что суд, по существу, основывал свое решение на пункте 5\r\nстатьи 45 названного Федерального закона и подпункте \"б\" пункта 2\r\nего статьи 48, в котором выражение предпочтения в отношении\r\nкакого-либо из кандидатов, в частности указание на то, за какого из\r\nкандидатов будет голосовать избиратель, признается предвыборной\r\nагитацией, во взаимосвязи с подпунктом \"ж\" пункта 7 той же статьи.\r\n Таким образом, только эти законоположения - в силу статьи 125\r\n(часть 4) Конституции Российской Федерации, пункта 3 части первой и\r\nчасти третьей статьи 3, части первой статьи 36, части третьей\r\nстатьи 74, части первой статьи 96 и пункта 2 статьи 97 Федерального\r\nконституционного закона \"О Конституционном Суде Российской\r\nФедерации\" - являются предметом проверки Конституционного Суда\r\nРоссийской Федерации по данной жалобе; в части, касающейся проверки\r\nиных оспариваемых К.А.Катаняном норм Федерального закона\r\n\"Об основных гарантиях и избирательных прав и права на участие в\r\nреферендуме граждан Российской Федерации\", производство по его\r\nжалобе подлежит прекращению в соответствии с пунктом 2 части первой\r\nстатьи 43 и статьей 68 Федерального конституционного закона\r\n\"О Конституционном Суде Российской Федерации\".\r\n 1.4. Постановлением мирового судьи гражданин К.С.Рожков был\r\nподвергнут административному штрафу за публикацию в газете\r\n\"Светлогорье\", главным редактором и учредителем которой он\r\nявляется, материалов, содержавших предусмотренные подпунктами \"в\",\r\n\"г\" пункта 2 статьи 48 Федерального закона \"Об основных гарантиях\r\nизбирательных прав и права на участие в референдуме граждан\r\nРоссийской Федерации\" признаки предвыборной агитации, выразившейся\r\nв описании возможных последствий избрания одного из кандидатов на\r\nдолжность мэра города Калининграда и распространении информации с\r\nявным преобладанием сведений об этом кандидате в сочетании с\r\nнегативными комментариями, что, как указал мировой судья, в силу\r\nподпункта \"ж\" пункта 7 статьи 48 названного Федерального закона\r\nпредставителям организаций, осуществляющих выпуск средств массовой\r\nинформации, при осуществлении ими профессиональной деятельности в\r\nагитационный период запрещено. В постановлении отмечается также,\r\nчто К.С.Рожков опубликовал материалы до того, как начался\r\nопределенный пунктом 2 статьи 49 Федерального закона \"Об основных\r\nгарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме\r\nграждан Российской Федерации\" 30-дневный срок предвыборной агитации\r\nна каналах организаций телерадиовещания и в периодических печатных\r\nизданиях.\r\n В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации\r\nК.С.Рожков просит проверить конституционность пункта 2 статьи 48 и\r\nпункта 2 статьи 49 Федерального закона \"Об основных гарантиях\r\nизбирательных прав и права на участие в референдуме граждан\r\nРоссийской Федерации\", которыми, по его мнению, неправомерно широко\r\nопределяется понятие предвыборной агитации, создается возможность\r\nподвести под это понятие любые сведения и информацию о кандидатах,\r\nчто ведет к нарушению закрепленных Конституцией Российской\r\nФедерацией свободы информации (статья 29) и права на свободные\r\nвыборы (статьи 3 и 32).\r\n Конституционность подпункта \"ж\" пункта 7 статьи 48\r\nФедерального закона \"Об основных гарантиях избирательных прав и\r\nправа на участие в референдуме граждан Российской Федерации\",\r\nустанавливающего безусловный запрет на проведение предвыборной\r\nагитации представителями организаций, осуществляющих выпуск средств\r\nмассовой информации, при осуществлении ими профессиональной\r\nдеятельности и тем самым исключающего их из числа субъектов\r\nправомерной предвыборной агитации, а следовательно, не допускающего\r\nраспространения на них предписания пункта 2 статьи 49 названного\r\nФедерального закона о возможности проведения агитации в указанный\r\nпериод, К.С.Рожковым не оспаривается. Не подвергая сомнению\r\nнеобходимость законодательного разграничения предвыборной агитации\r\nи информирования избирателей, нарушение своих конституционных прав\r\nзаявитель, по существу, связывает с неопределенностью положений\r\nпункта 2 статьи 48 этого Федерального закона, определяющих виды\r\nдействий, подпадающих под понятие предвыборной агитации.\r\n Поскольку суд отнес К.С.Рожкова к представителям организаций,\r\nосуществляющих выпуск средств массовой информации, и применил к\r\nнему подпункт \"ж\" пункта 7 статьи 48 Федерального закона\r\n\"Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в\r\nреферендуме граждан Российской Федерации\", вводящий запрет на\r\nпредвыборную агитацию лицами данной категории, нельзя полагать, что\r\nодновременно к нему можно было применить и пункт 2 статьи 49 того\r\nже Федерального закона, адресованный лицам, в силу его статей 50 и\r\n51 правомочным вести предвыборную агитацию в средствах массовой\r\nинформации.\r\n Следовательно, предметом проверки по жалобе К.С.Рожкова\r\nявляются положения, содержащиеся в подпунктах \"в\", \"г\" пункта 2\r\nстатьи 48 Федерального закона \"Об основных гарантиях избирательных\r\nправ и права на участие в референдуме граждан Российской\r\nФедерации\"; в части, касающейся проверки конституционности пункта 2\r\nстатьи 49 названного Федерального закона, производство по данной\r\nжалобе подлежит прекращению.\r\n 1.5. Таким образом, в соответствии с требованиями статей 3,\r\n84, 85, 96 и 97 Федерального конституционного закона\r\n\"О Конституционном Суде Российской Федерации\" предметом\r\nрассмотрения по настоящему делу являются следующие положения\r\nФедерального закона \"Об основных гарантиях избирательных прав и\r\nправа на участие в референдуме граждан Российской Федерации\":\r\n пункт 5 статьи 45, устанавливающий требования к содержанию\r\nсообщений о проведении предвыборных мероприятий, мероприятий,\r\nсвязанных с референдумом, в информационных теле- и радиопрограммах,\r\nпубликациях в периодических печатных изданиях;\r\n положения подпунктов \"б\", \"в\", \"г\", \"д\", \"е\", \"ж\" пункта 2\r\nстатьи 48, определяющие нормативное содержание предвыборной\r\nагитации, во взаимосвязи с положением подпункта \"ж\" пункта 7 той же\r\nстатьи, в силу которого представителям организаций, осуществляющих\r\nвыпуск средств массовой информации, при осуществлении ими\r\nпрофессиональной деятельности запрещается проводить предвыборную\r\nагитацию, агитацию по вопросам референдума.\r\n 2. Согласно Конституции Российской Федерации в Российской\r\nФедерации как демократическом правовом государстве высшим\r\nнепосредственным выражением власти народа являются референдум и\r\nсвободные выборы (статья 1, часть 1; статья 3, часть 3); граждане\r\nРоссийской Федерации имеют право участвовать в управлении делами\r\nгосударства как непосредственно, так и через своих представителей,\r\nизбирать и быть избранными в органы государственной власти и органы\r\nместного самоуправления, участвовать в референдуме (статья 32,\r\nчасти 1 и 2). Конституция Российской Федерации устанавливает также,\r\nчто каждому гарантируется свобода мысли и слова, каждый имеет право\r\nсвободно искать, получать, передавать, производить и распространять\r\nинформацию любым законным способом, гарантируется свобода массовой\r\nинформации (статья 29, части 1, 4 и 5), признание, соблюдение и\r\nзащита которых в силу статьи 2 являются обязанностью государства.\r\n Этим положениям корреспондируют требования Конвенции о защите\r\nправ человека и основных свобод, в соответствии с которыми\r\nсвободные выборы должны проводиться с разумной периодичностью путем\r\nтайного голосования в таких условиях, которые обеспечивали бы\r\nсвободное волеизъявление народа при выборе законодательной власти\r\n(статья 3 Протокола N 1); каждый имеет право на свободу выражения\r\nмнений, которое включает свободу придерживаться своего мнения и\r\nсвободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо\r\nвмешательства со стороны органов публичной власти и независимо от\r\nгосударственных границ (пункт 1 статьи 10).\r\n В целях гарантирования свободных выборов и референдумов\r\nфедеральный законодатель - по смыслу статей 3, 29, 32 во\r\nвзаимосвязи со статьями 71 (пункт \"в\"), 72 (пункт \"б\" части 1) и 76\r\n(части 1 и 2) Конституции Российской Федерации - вправе\r\nустанавливать порядок и условия их информационного обеспечения.\r\nВместе с тем выборы могут считаться свободными, только когда\r\nреально гарантированы право на информацию и свобода выражения\r\nмнений. Поэтому законодатель обязан обеспечивать права граждан на\r\nполучение и распространение информации о выборах и референдумах,\r\nсоблюдая применительно к данному предмету регулирования баланс\r\nконституционно защищаемых ценностей - права на свободные выборы и\r\nсвободы слова и информации и не допуская неравенства и\r\nнесоразмерных ограничений (статьи 19 и 55 Конституции Российской\r\nФедерации; пункт 2 статьи 10 Конвенции о защите прав человека и\r\nосновных свобод; пункт 3 статьи 19 Международного пакта о\r\nгражданских и политических правах).\r\n 3. Выполнение организациями, осуществляющими выпуск средств\r\nмассовой информации, такой социальной функции, как информационное\r\nобеспечение выборов и референдумов, в Российской Федерации как\r\nдемократическом правовом государстве призвано способствовать\r\nосознанному волеизъявлению граждан, гласности выборов и\r\nреферендумов. Исходя из того, что пользование свободой массовой\r\nинформации - по смыслу статьи 29 Конституции Российской Федерации,\r\nпункта 2 статьи 10 Конвенции о защите прав человека и основных\r\nсвобод и пункта 3 статьи 19 Международного пакта о гражданских и\r\nполитических правах - налагает на организации, осуществляющие\r\nвыпуск средств массовой информации, особые обязанности и особую\r\nответственность, представители этих организаций, действующих на\r\nоснове редакционной независимости и вырабатываемых журналистским\r\nсообществом норм саморегуляции, т. е. правил профессии и этических\r\nпринципов, должны занимать этичные и взвешенные позиции и освещать\r\nизбирательные кампании справедливым, сбалансированным и\r\nбеспристрастным образом.\r\n Федеральный закон \"Об основных гарантиях избирательных прав и\r\nправа на участие в референдуме граждан Российской Федерации\", в\r\nсоответствии с которым информационное обеспечение выборов и\r\nреферендумов включает как информирование избирателей, так и\r\nпредвыборную агитацию, исходит из того, что представители\r\nорганизаций, осуществляющих выпуск средств массовой информации, при\r\nосуществлении ими профессиональной деятельности не должны являться\r\nсубъектами агитационной деятельности. Это прямо следует из\r\nсодержания главы VII \"Гарантии прав граждан на получение и\r\nраспространение информации о выборах и референдумах\" данного\r\nФедерального закона: если за гражданами и общественными\r\nобъединениями признается право проведения предвыборной агитации в\r\nдопускаемых законом формах и законными методами (пункт 1 статьи\r\n48), то организации, осуществляющие выпуск средств массовой\r\nинформации, осуществляют лишь информирование избирателей (статья\r\n45), а их представителям при осуществлении профессиональной\r\nдеятельности запрещено проводить предвыборную агитацию, выпускать и\r\nраспространять любые агитационные материалы (подпункт \"ж\" пункта 7\r\nстатьи 48). При этом в соответствии с Кодексом Российской Федерации\r\nоб административных правонарушениях нарушение данного запрета\r\nвлечет административную ответственность (статья 5.8).\r\n Устанавливаемое Федеральным законом \"Об основных гарантиях\r\nизбирательных прав и права на участие в референдуме граждан\r\nРоссийской Федерации\" отграничение информирования избирателей от\r\nпредвыборной агитации направлено на обеспечение формирования\r\nсвободного волеизъявления граждан и гласности выборов и отвечает\r\nтребованиям статей 3 (часть 3), 29 (части 1, 3, 4 и 5), 32 (части\r\n1, 2 и 3) Конституции Российской Федерации, поскольку только когда\r\nреально гарантированы право на объективную информацию и свобода\r\nвыражения мнений, выборы могут считаться свободными. Применительно\r\nк средствам массовой информации свободу выражения мнений нельзя\r\nотождествлять со свободой предвыборной агитации, к которой не\r\nпредъявляются требования объективности. Поэтому в целях защиты\r\nправа на свободные выборы, являющиеся одной из основ\r\nконституционного строя, в том числе в целях обеспечения свободного\r\nволеизъявления избирателей, свобода выражения мнений для\r\nпредставителей средств массовой информации, как следует из статей 3\r\n(часть 3), 17 (часть 3), 29 (часть 5), 32 (часть 2) и 55 (часть 3)\r\nКонституции Российской Федерации, может быть ограничена федеральным\r\nзаконом.\r\n Вместе с тем, как вытекает из сформулированных Конституционным\r\nСудом Российской Федерации правовых позиций, ограничения\r\nконституционных прав, в том числе, следовательно, свободы массовой\r\nинформации, должны быть необходимыми и соразмерными конституционно\r\nпризнаваемым целям таких ограничений; в тех случаях, когда\r\nконституционные нормы позволяют законодателю установить ограничения\r\nзакрепляемых ими прав, он не может осуществлять такое\r\nрегулирование, которое посягало бы на само существо того или иного\r\nправа и приводило бы к утрате его реального содержания; при\r\nдопустимости ограничения того или иного права в соответствии с\r\nконституционно одобряемыми целями государство, обеспечивая баланс\r\nконституционно защищаемых ценностей и интересов, должно\r\nиспользовать не чрезмерные, а только необходимые и строго\r\nобусловленные этими целями меры; публичные интересы, перечисленные\r\nв статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, могут\r\nоправдать правовые ограничения прав и свобод, только если такие\r\nограничения отвечают требованиям справедливости, являются\r\nадекватными, пропорциональными, соразмерными и необходимыми для\r\nзащиты конституционно значимых ценностей, в том числе прав и\r\nзаконных интересов других лиц, не имеют обратной силы и не\r\nзатрагивают само существо конституционного права, т. е. не\r\nограничивают пределы и применение основного содержания\r\nсоответствующих конституционных норм; чтобы исключить возможность\r\nнесоразмерного ограничения прав и свобод человека и гражданина в\r\nконкретной правоприменительной ситуации, норма должна быть\r\nформально определенной, точной, четкой и ясной, не допускающей\r\nрасширительного толкования установленных ограничений и,\r\nследовательно, произвольного их применения.\r\n Изложенные правовые позиции Конституционного Суда Российской\r\nФедерации корреспондируют правовым позициям Европейского Суда по\r\nправам человека в делах, связанных с определением границ свободы\r\nвыражения мнений и права на информацию в период избирательной\r\nкампании. В частности, в решении от 19 февраля 1998 года по делу\r\n\"Боуман против Соединенного Королевства\" отмечается, что право на\r\nсвободу слова, гарантированное статьей 10 Конвенции о защите прав\r\nчеловека и основных свобод, необходимо рассматривать в свете права\r\nна свободные выборы. Европейский Суд подчеркивает, что свободные\r\nвыборы и свобода слова, в особенности свобода политической\r\nдискуссии, образуют основу любой демократической системы, оба права\r\nвзаимосвязаны и укрепляют друг друга; по этой причине особенно\r\nважно, чтобы всякого рода информация и мнения могли циркулировать\r\nсвободно в период, предшествующий выборам; тем не менее при\r\nнекоторых обстоятельствах эти два права могут вступить в конфликт,\r\nи тогда может быть сочтено необходимым, чтобы до или во время\r\nпроведения выборов были установлены определенные ограничения\r\nсвободы слова, которые в обычных условиях были бы неприемлемы; их\r\nцель - обеспечить свободное выражение мнений народа при избрании\r\nзаконодательной власти.\r\n 4. В соответствии с пунктом 5 статьи 45 Федерального закона\r\n\"Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в\r\nреферендуме граждан Российской Федерации\" в информационных теле- и\r\nрадиопрограммах, публикациях в периодических печатных изданиях\r\nсообщения о проведении предвыборных мероприятий, мероприятий,\r\nсвязанных с референдумом, должны даваться исключительно отдельным\r\nинформационным блоком, без комментариев; в них не должно отдаваться\r\nпредпочтение какому бы то ни было кандидату, избирательному\r\nобъединению, избирательному блоку, инициативной группе по\r\nпроведению референдума, иной группе участников референдума, в том\r\nчисле по времени освещения их предвыборной деятельности,\r\nдеятельности, связанной с проведением референдума, объему печатной\r\nплощади, отведенной таким сообщениям.\r\n Положения пункта 2 статьи 48 данного Федерального закона\r\nпризнают предвыборной агитацией осуществляемые в период\r\nизбирательной кампании:\r\n выражение предпочтения в отношении какого-либо из кандидатов,\r\nизбирательных объединений, избирательных блоков, в частности\r\nуказание на то, за какого из кандидатов, за какой из списков\r\nкандидатов, за какое из избирательных объединений, за какой из\r\nизбирательных блоков будет голосовать избиратель (подпункт \"б\");\r\n описание возможных последствий избрания или неизбрания\r\nкандидата (списка кандидатов) (подпункт \"в\");\r\n распространение информации с явным преобладанием сведений о\r\nкаких-либо кандидатах, избирательных объединениях, избирательных\r\nблоках в сочетании с позитивными либо негативными комментариями\r\n(подпункт \"г\");\r\n распространение информации о деятельности кандидата, не\r\nсвязанной с его профессиональной деятельностью или исполнением им\r\nсвоих служебных (должностных) обязанностей (подпункт \"д\");\r\n деятельность, способствующую созданию положительного или\r\nотрицательного отношения избирателей к кандидату, избирательному\r\nобъединению, избирательному блоку, к которым принадлежит\r\nданный кандидат, к избирательному объединению, избирательному\r\nблоку, выдвинувшим кандидата, кандидатов, список кандидатов\r\n(подпункт \"е\");\r\n иные действия, имеющие целью побудить или побуждающие\r\nизбирателей голосовать за кандидатов, списки кандидатов или против\r\nних, против всех кандидатов, против всех списков кандидатов\r\n(подпункт \"ж\").\r\n Согласно подпункту \"ж\" пункта 7 статьи 48 запрещается\r\nпроводить предвыборную агитацию, агитацию по вопросам референдума,\r\nвыпускать и распространять любые агитационные материалы\r\nпредставителям организаций, осуществляющих выпуск средств массовой\r\nинформации, при осуществлении ими профессиональной деятельности.\r\n 4.1. Названные положения Федерального закона \"Об основных\r\nгарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме\r\nграждан Российской Федерации\", касающиеся регулирования\r\nобщественных отношений в сфере информационного обеспечения выборов\r\nприменительно к организациям, осуществляющим выпуск средств\r\nмассовой информации, следует рассматривать во взаимосвязи с другими\r\nположениями данного Федерального закона, также отражающими различия\r\nв осуществлении этими организациями деятельности по информированию\r\nизбирателей и использовании средств массовой информации для\r\nпредвыборной агитации.\r\n Так, статьей 44 устанавливается, что информирование\r\nизбирателей и предвыборная агитация, агитация по вопросам\r\nреферендума являются элементами информационного обеспечения выборов\r\nи способствуют осознанному волеизъявлению граждан, гласности\r\nвыборов и референдумов. При этом согласно статье 45 содержание\r\nинформационных материалов, размещаемых в средствах массовой\r\nинформации, должно быть объективным, достоверным, не должно\r\nнарушать равенство кандидатов, избирательных объединений,\r\nизбирательных блоков (пункт 2), а деятельность организаций,\r\nосуществляющих выпуск средств массовой информации, по\r\nинформированию избирателей, участников референдума осуществляется\r\nсвободно(пункт 4).\r\n Что касается предвыборной агитации, то она определяется как\r\nдеятельность, осуществляемая в период избирательной кампании,\r\nимеющая целью побудить или побуждающая избирателей к голосованию за\r\nкандидата, кандидатов, список кандидатов или против него (них) либо\r\nпротив всех кандидатов (против всех списков кандидатов) (пункт 4\r\nстатьи 2) и выражающаяся в призывах голосовать за или против\r\nкандидата (списка кандидатов) (подпункт \"а\" пункта 2 статьи 48), а\r\nтакже в иных действиях, указанных в подпунктах \"б\" - \"ж\" пункта 2\r\nстатьи 48. Следовательно, понятие \"предвыборная агитация\" включает\r\nв себя совокупность действий, имеющих целью побудить или\r\nпобуждающих избирателей голосовать за или против кандидата,\r\nкандидатов или списков кандидатов и осуществляемых кандидатом,\r\nизбирательным объединением, избирательным блоком самостоятельно\r\nлибо в установленном законодательством порядке с привлечением иных\r\nлиц (пункт 4 статьи 48) со дня выдвижения или регистрации (пункт 1\r\nстатьи 49), а на каналах организаций телерадиовещания и в\r\nпериодических печатных изданиях - за 30 дней до начала голосования\r\n(пункт 2 статьи 49).\r\n Поскольку как агитация, так и информирование любого характера\r\nмогут побудить избирателей сделать тот или иной выбор, при том что\r\nдостоверные и объективные сведения о кандидате в большей мере\r\nпомогают избирателю сформировать свои предпочтения, чем просто\r\nпризывы голосовать \"за\" или \"против\", то очевидно, что критерием,\r\nпозволяющим различить предвыборную агитацию и информирование, может\r\nслужить лишь наличие в агитационной деятельности специальной цели -\r\nсклонить избирателей в определенную сторону, обеспечить поддержку\r\nили, напротив, противодействие конкретному кандидату,\r\nизбирательному объединению. В противном случае граница между\r\nинформированием и предвыборной агитацией стиралась бы, так что\r\nлюбые действия по информированию избирателей можно было бы подвести\r\nпод понятие агитации, что в силу действующего для представителей\r\nорганизаций, осуществляющих выпуск средств массовой информации,\r\nзапрета неправомерно ограничивало бы конституционные гарантии\r\nсвободы слова и информации, а также нарушало бы принципы свободных\r\nи гласных выборов.\r\n По смыслу положений пункта 2 статьи 48 во взаимосвязи с\r\nподпунктом \"ж\" ее пункта 7 и пунктом 4 статьи 2, последствия\r\nагитации как правонарушающего действия представителя организации,\r\nосуществляющей выпуск средства массовой информации, при\r\nосуществлении им профессиональной деятельности не являются\r\nэлементом объективной стороны состава данного правонарушения,\r\nкоторая ограничена лишь самим противоправным действием, не\r\nпредполагающим подтверждение того, что распространенная информация\r\nдействительно повлияла или могла повлиять на отношение\r\nнеопределенного круга избирателей к соответствующему кандидату или\r\nизбирательному объединению. Следовательно, умысел в качестве\r\nнеобходимого элемента субъективной стороны формального состава\r\nтакого правонарушения, как незаконная агитация, не может охватывать\r\nее последствия и заключается лишь в осознании прямой цели данного\r\nпротивоправного действия. Именно поэтому не может быть признано\r\nагитацией информирование избирателей через средства массовой\r\nинформации, в том числе об имевших место агитационных призывах\r\nголосовать за или против кандидата или о других агитационных\r\nдействиях, предусмотренных пунктом 2 статьи 48, без выявления\r\nсоответствующей непосредственно агитационной цели, наличие либо\r\nотсутствие которой во всяком случае подлежит установлению судами\r\nобщей юрисдикции и (или) иными правоприменителями при оценке ими\r\nтех или иных конкретных действий как противозаконной предвыборной\r\nагитации.\r\n 4.2. Пункт 2 статьи 48 Федерального закона \"Об основных\r\nгарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме\r\nграждан Российской Федерации\" признает предвыборной агитацией\r\nвыражение предпочтения в отношении кого-либо из кандидатов, в\r\nчастности указание на то, за кого будет голосовать избиратель\r\n(подпункт \"б\"). Само по себе позитивное или негативное мнение о\r\nком-либо из кандидатов не является предвыборной агитацией и не\r\nможет послужить основанием для привлечения к административной\r\nответственности представителя организации, осуществляющей выпуск\r\nсредств массовой информации, если только не будет доказана\r\nспециальная цель, а именно направленность на поддержку либо на\r\nпротиводействие конкретному кандидату, избирательному объединению,\r\nизбирательному блоку. \"Выражение предпочтения\" является не чем\r\nиным, как разновидностью выражения мнений. Следовательно,\r\nприменительно к профессиональной деятельности представителей\r\nсредств массовой информации толкование такого действия, как\r\nвыражение предпочтения, в качестве правонарушения - без\r\nдоказанности его направленности именно на агитацию - означало бы\r\nограничение свободы выражения мнений и нарушение свободы массовой\r\nинформации (статья 29, части 1, 3 и 5, Конституции Российской\r\nФедерации).\r\n Наличие именно агитационной цели предполагает и подпункт \"в\"\r\nпункта 2 статьи 48, признающий одним из видов предвыборной агитации\r\nописание возможных последствий избрания или неизбрания кандидата\r\n(списка кандидатов), поскольку в отсутствие такой цели подобное\r\n\"описание\" являлось бы не чем иным, как разновидностью выражения\r\nмнений.\r\n В подпункте \"г\" пункта 2 статьи 48 предвыборной агитацией\r\nпризнается распространение информации с явным преобладанием\r\nсведений о каких-либо кандидатах в сочетании с позитивными либо\r\nнегативными комментариями. Однако в информационных сообщениях о\r\nпредвыборных мероприятиях кандидата не могут не преобладать\r\nсведения именно об этом кандидате, и, следовательно, главную\r\nсмысловую нагрузку в предусмотренном данным подпунктом виде\r\nагитационной деятельности имеет наличие позитивных или негативных\r\nкомментариев о нем, что также является разновидностью выражения\r\nмнений и в отсутствие агитационной цели не может рассматриваться в\r\nкачестве предвыборной агитации.\r\n Подпункт \"д\" пункта 2 статьи 48 к предвыборной агитации\r\nотносит распространение информации о деятельности кандидата, не\r\nсвязанной с его профессиональной деятельностью или исполнением им\r\nсвоих служебных (должностных) обязанностей. Распространение данной\r\nнормы на представителей организаций, осуществляющих выпуск средств\r\nмассовой информации, как на субъектов, которым предвыборная\r\nагитация не разрешается, без подтверждения агитационной цели их\r\nдействий означало бы существенное ограничение права избирателей на\r\nполучение достоверной, объективной и всесторонней информации о\r\nкандидатах, поскольку для формирования наиболее полного\r\nпредставления о том или ином кандидате избирателю необходимо\r\nрасполагать сведениями как о его текущей служебной, так и об иной\r\nдеятельности. Одновременно это ущемляло бы право граждан свободно\r\nискать, получать, передавать, производить и распространять\r\nинформацию любым законным способом, и следовательно, противоречило\r\nбы статье 29 (части 4 и 5) Конституции Российской Федерации.\r\n Подпункт \"е\" пункта 2 статьи 48 признает предвыборной\r\nагитацией деятельность, способствующую созданию положительного или\r\nотрицательного отношения избирателей к кандидату. В случаях\r\nпротивоправной агитации эта деятельность также предполагает наличие\r\nтакого необходимого признака (компонента) агитации, как ее\r\nосознанно агитационный характер. Иначе допускалось бы неправомерное\r\nраспространение данной нормы на произвольно широкий круг действий,\r\nсвязанных с информированием, которое объективно может\r\nспособствовать созданию положительного или отрицательного отношения\r\nизбирателей к кандидату, однако в силу отсутствия умысла не\r\nотносится к агитации. Тем самым вводились бы чрезмерные\r\nограничения как права избирателей на получение достоверной\r\nинформации, так и свободы массовой информации.\r\n Таким образом, подпункты \"б\", \"в\", \"г\", \"д\", \"е\" пункта 2\r\nстатьи 48 Федерального закона \"Об основных гарантиях избирательных\r\nправ и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации\"\r\nво взаимосвязи с положениями статьи 45, подпунктом \"а\" пункта 2 и\r\nподпунктом \"ж\" пункта 7 статьи 48 - исходя из их\r\nконституционно-правового предназначения и смысла - не допускают\r\nрасширительного понимания предвыборной агитации применительно к ее\r\nзапрету для представителей организаций, осуществляющих выпуск\r\nсредств массовой информации, при осуществлении ими профессиональной\r\nдеятельности, т. е. без учета того, что противозаконной\r\nагитационной деятельностью (нарушающей предписание подпункта \"ж\"\r\nпункта 7 статьи 48) может признаваться только совершение ими\r\nпредусмотренных в пункте 2 статьи 48 действий, преследующих\r\nспециальную агитационную цель, - в отличие от информирования\r\nизбирателей, в том числе во внешне сходной по форме с агитацией\r\nпрофессиональной деятельности, предусмотренной пунктом 5 статьи 45.\r\n Положение пункта 5 статьи 45, согласно которому в\r\nинформационных программах телевидения и радио не должно отдаваться\r\nпредпочтение какому бы то ни было кандидату, избирательному\r\nобъединению или блоку, относящееся к нормам, регулирующим именно\r\nпорядок информирования (а не агитации), во взаимосвязи с пунктом 2\r\nданной статьи, статьей 48 и пунктами 1 и 2 статьи 52 не может\r\nтолковаться как запрещающее представителям организаций,\r\nосуществляющих выпуск средств массовой информации, высказывать\r\nсобственное мнение, давать комментарий за пределами отдельного\r\nинформационного блока, поскольку только в таком блоке не должно\r\nсодержаться комментариев и не должно отдаваться предпочтение\r\nкандидату, избирательному объединению, избирательному блоку по\r\nвремени освещения предвыборной деятельности, объему печатной\r\nплощади и соотношению ее предоставления бесплатно и за плату. Иное\r\nбыло бы неоправданным ограничением прав, гарантированных статьей 29\r\n(часть 4) Конституции Российской Федерации.\r\n Конституционно-правовой смысл указанных положений пункта 5\r\nстатьи 45, подпунктов \"б\", \"в\", \"г\", \"д\", \"е\" пункта 2 статьи 48 во\r\nвзаимосвязи с подпунктом \"ж\" пункта 7 статьи 48 Федерального закона\r\n\"Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в\r\nреферендуме граждан Российской Федерации\", выявленный в настоящем\r\nПостановлении, в силу статьи 6, части второй статьи 74 и части\r\nвторой статьи 79 Федерального конституционного закона\r\n\"О Конституционном Суде Российской Федерации\", является\r\nобщеобязательным и исключает любое иное их истолкование в\r\nправоприменительной практике.\r\n 5. Согласно подпункту \"ж\" пункта 2 статьи 48 Федерального\r\nзакона \"Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие\r\nв референдуме граждан Российской Федерации\" в качестве предвыборной\r\nагитации признаются иные (помимо упомянутых в подпунктах \"а\" - \"е\")\r\nдействия, имеющие целью побудить или побуждающие избирателей\r\nголосовать за кандидатов, списки кандидатов или против них, против\r\nвсех кандидатов, против всех списков кандидатов.\r\n Использование формулы \"иные действия\" в запретительных целях\r\nделает открытым и перечень видов противоправной предвыборной\r\nагитации, допускает расширительное толкование понятия и видов\r\nзапрещенной агитации и тем самым не исключает произвольное\r\nприменение данной нормы. Такое расширительное толкование, связанное\r\nс основаниями дисциплинарной и административной ответственности\r\nпредставителей организаций, осуществляющих выпуск средств массовой\r\nинформации, при осуществлении ими профессиональной деятельности,\r\nнесовместимо с юридическим равенством, а также принципом\r\nсоразмерности устанавливаемых ограничений конституционно одобряемым\r\nцелям и ведет к нарушению свободы средств массовой информации.\r\n Действия, не имеющие целью побудить избирателей голосовать за\r\nкандидатов или против них, т. е. не обусловленные объективно\r\nподтвержденным умыслом добиться конкретного результата на выборах,\r\nне могут рассматриваться в качестве предвыборной агитации. Между\r\nтем, по смыслу подпункта \"ж\" пункта 2 статьи 48 в его взаимосвязи с\r\nопределяющим понятие агитации пунктом 4 статьи 2, а также во\r\nвзаимосвязи с подпунктом \"ж\" пункта 7 статьи 48 Федерального закона\r\n\"Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в\r\nреферендуме граждан Российской Федерации\", под иными действиями,\r\nподпадающими под понятие неправомерной агитации, подразумеваются и\r\nтакие действия представителей организаций, осуществляющих выпуск\r\nсредств массовой информации, в процессе информационного обеспечения\r\nвыборов, которые могут быть и не обусловлены объективно\r\nподтвержденным умыслом, сознательной направленностью действий\r\nдобиться конкретного результата на выборах, поскольку использование\r\nзаконодателем понятия \"действия, побуждающие голосовать\" (в\r\nдополнение к понятию \"действия, имеющие целью побудить голосовать\")\r\nдопускает - вместо выявления цели склонить избирателей голосовать\r\nопределенным образом - оценку побудительного эффекта агитации.\r\n Тем самым создается возможность недопустимо широкого\r\nусмотрения правоприменителя при квалификации информационной\r\nдеятельности представителей организаций, осуществляющих выпуск\r\nсредств массовой информации, как нарушающей установленный для них\r\nподпунктом \"ж\" пункта 7 статьи 48 данного Федерального закона\r\nзапрет проводить предвыборную агитацию. Это также несовместимо с\r\nюридическим равенством, ограничивает свободу массовой информации и\r\nправо граждан на получение информации, необходимой для формирования\r\nсвободного волеизъявления на выборах.\r\n Таким образом, положение подпункта \"ж\" пункта 2 статьи 48\r\nФедерального закона \"Об основных гарантиях избирательных прав и\r\nправа на участие в референдуме граждан Российской Федерации\" во\r\nвзаимосвязи с положением пункта 4 его статьи 2 не соответствует\r\nКонституции Российской Федерации, ее статьям 3 (часть 3), 19 (части\r\n1 и 2), 29 (части 4 и 5), 32 (части 1 и 2) и 55 (часть 3).\r\n Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 6 и 68,\r\nчастями первой и второй статьи 71, статьями 72, 75, 79, 87 и 100\r\nФедерального конституционного закона \"О Конституционном Суде\r\nРоссийской Федерации\", Конституционный Суд Российской Федерации\r\n\r\n п о с т а н о в и л:\r\n\r\n 1. Признать положения подпунктов \"б\", \"в\", \"г\", \"д\", \"е\"\r\nпункта 2 статьи 48 Федерального закона \"Об основных гарантиях\r\nизбирательных прав и права на участие в референдуме граждан\r\nРоссийской Федерации\" не противоречащими Конституции Российской\r\nФедерации, поскольку они по своему конституционно-правовому смыслу\r\nво взаимосвязи с подпунктом \"а\" пункта 2 статьи 48, статьей 45 и\r\nподпунктом \"ж\" пункта 7 статьи 48 того же Федерального закона не\r\nдопускают расширительного понимания предвыборной агитации\r\nприменительно к ее запрету для представителей организаций,\r\nосуществляющих выпуск средств массовой информации, при\r\nосуществлении ими профессиональной деятельности и предполагают, что\r\nпротивозаконной агитационной деятельностью может признаваться\r\nтолько умышленное совершение ими предусмотренных в пункте 2 статьи\r\n48 названного Федерального закона действий, непосредственно\r\nнаправленных на такую агитацию, в отличие от информирования\r\nизбирателей, в том числе во внешне сходной по форме с агитацией\r\nпрофессиональной деятельности, предусмотренной пунктом 5 его\r\nстатьи 45.\r\n 2. Признать пункт 5 статьи 45 Федерального закона \"Об основных\r\nгарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме\r\nграждан Российской Федерации\" не противоречащим Конституции\r\nРоссийской Федерации, поскольку содержащиеся в нем положения - по\r\nих конституционно-правовому смыслу в системе норм - не могут\r\nслужить основанием для запрета представителям организаций,\r\nосуществляющих выпуск средств массовой информации, при\r\nосуществлении ими профессиональной деятельности высказывать\r\nсобственное мнение, давать комментарии за пределами отдельного\r\nинформационного блока и предполагают, что только в таком\r\nинформационном блоке не должно содержаться комментариев и не должно\r\nотдаваться предпочтение кандидату, избирательному объединению,\r\nизбирательному блоку по времени освещения предвыборной\r\nдеятельности, объему печатной площади и соотношению ее\r\nпредоставления бесплатно и за плату.\r\n 3. Признать положение подпункта \"ж\" пункта 2 статьи 48\r\nФедерального закона \"Об основных гарантиях избирательных прав и\r\nправа на участие в референдуме граждан Российской Федерации\" не\r\nсоответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 3\r\n(часть 3), 19 (части 1 и 2), 29 (части 4 и 5), 32 (части 1 и 2) и\r\n55 (часть 3), поскольку на его основании во взаимосвязи с\r\nположением пункта 4 статьи 2 того же Федерального закона в качестве\r\nпредвыборной агитации признаются любые иные помимо перечисленных в\r\nподпунктах \"а\", \"б\", \"в\", \"г\", \"д\", \"е\" пункта 2 статьи 48\r\nдействия, имеющие целью побудить или побуждающие избирателей\r\nголосовать за кандидатов, списки кандидатов или против них, против\r\nвсех кандидатов, против всех списков кандидатов.\r\n 4. Конституционно-правовой смысл взаимосвязанных положений\r\nпункта 5 статьи 45, подпунктов \"б\", \"в\", \"г\", \"д\", \"е\" пункта 2 и\r\nподпункта \"ж\" пункта 7 статьи 48 Федерального закона \"Об основных\r\nгарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме\r\nграждан Российской Федерации\", выявленный в настоящем\r\nПостановлении, является общеобязательным и исключает любое иное их\r\nистолкование в правоприменительной практике, а также любое иное\r\nистолкование аналогичных им положений других нормативных правовых\r\nактов.\r\n 5. Положения нормативных актов, содержащих такое же положение,\r\nкакое пунктом 3 настоящего Постановления признано не\r\nсоответствующим Конституции Российской Федерации, не могут\r\nприменяться судами, другими органами и должностными лицами и\r\nподлежат отмене в установленном порядке.\r\n 6. Прекратить производство по делу в части, касающейся\r\nпроверки конституционности пункта 2 статьи 45, пункта 2 статьи 46,\r\nпункта 5 статьи 48, пункта 2 статьи 49, пункта 11 статьи 50, пункта\r\n5 статьи 52 и пункта 6 статьи 56 Федерального закона \"Об основных\r\nгарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме\r\nграждан Российской Федерации\".\r\n 7. Дела граждан С.А.Бунтмана, К.А.Катаняна и К.С.Рожкова\r\nподлежат пересмотру в обычном порядке с учетом настоящего\r\nПостановления, если для этого нет других препятствий.\r\n 8. Согласно частям первой и второй статьи 79 Федерального\r\nконституционного закона \"О Конституционном Суде Российской\r\nФедерации\" настоящее Постановление окончательно, не подлежит\r\nобжалованию, вступает в силу немедленно после провозглашения,\r\nдействует непосредственно и не требует подтверждения другими\r\nорганами и должностными лицами.\r\n 9. Согласно статье 78 Федерального конституционного закона\r\n\"О Конституционном Суде Российской Федерации\" настоящее\r\nПостановление подлежит незамедлительному опубликованию в \"Собрании\r\nзаконодательства Российской Федерации\" и \"Российской газете\".\r\nПостановление должно быть опубликовано также в \"Вестнике\r\nКонституционного Суда Российской Федерации\".\r\n\r\n\r\n Конституционный Суд\r\n Российской Федерации\r\n\r\n N 15-П\r\n\r\n
", "tounitid": null, "docid": "1000000000102083973" }