\r\n\r\n\r\n\r\n Именем\r\n Российской Федерации\r\n\r\n П О С Т А Н О В Л Е Н И Е\r\n\r\n КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ\r\n\r\n\r\n по делу о проверке конституционности части 5 статьи 59\r\n Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в\r\n связи с запросами Государственного Собрания - Курултая\r\n Республики Башкортостан, Губернатора Ярославской области,\r\n Арбитражного суда Красноярского края, жалобами ряда\r\n организаций и граждан\r\n\r\n город Москва 16 июля 2004 года\r\n\r\n Конституционный Суд Российской Федерации в составе\r\nпредседательствующего О.С.Хохряковой, судей Ю.М.Данилова,\r\nЛ.М.Жарковой, Г.А.Жилина, В.Д.Зорькина, С.М.Казанцева,\r\nМ.И.Клеандрова, В.О.Лучина, Н.В.Селезнева,\r\n с участием представителя Государственного Собрания - Курултая\r\nРеспублики Башкортостан - кандидата юридических наук\r\nС.И.Комарицкого, представителя Губернатора Ярославской области -\r\nкандидата юридических наук Ю.А.Новикова, представителя ОАО\r\n\"Холдинговая компания \"Отечество\" - кандидата юридических наук\r\nВ.М.Мелихова, генерального директора ООО \"Гориславцев и К°.\r\nЮридические услуги\" и ЗАО \"Гориславцев и К°. Аудит\"\r\nК.М.Гориславцева, директора ЗАО \"Управление и Финансы\"\r\nВ.А.Кянганена, директора ООО \"Юридическая фирма \"Ардашев и\r\nПартнеры\" В.Л.Ардашева, представителя ОАО \"Тюменская нефтяная\r\nкомпания\" - кандидата юридических наук А.Ю.Виноградова,\r\nгенерального директора ООО \"Юридическая фирма \"Лекс\"\r\nВ.В.Рыльчикова, исполнительного директора ООО \"Юридическая фирма\r\n\"Север-Лекс\" А.Х.Кима, представителей ООО \"Аудиторская фирма\r\n\"Каббалкаудит\" - адвокатов В.В.Алешни и Т.В.Алешни, граждан\r\nВ.С.Арефьева, О.А.Куркова, М.В.Марущенко, В.А.Огнева, И.Ю.Тимакова,\r\nМ.И.Урбиной и Ю.Н.Чинкова, постоянного представителя\r\nГосударственной Думы в Конституционном Суде Российской Федерации\r\nЕ.Б.Мизулиной, представителя Совета Федерации - доктора юридических\r\nнаук Е.В.Виноградовой, полномочного представителя Президента\r\nРоссийской Федерации в Конституционном Суде Российской Федерации\r\nМ.А.Митюкова,\r\n руководствуясь статьей 125 (пункт \"а\" части 2 и часть 4)\r\nКонституции Российской Федерации, подпунктом \"а\" пункта 1 и пунктом\r\n3 части первой, частями третьей и четвертой статьи 3, подпунктом\r\n\"а\" пункта 1 и пунктом 3 части второй статьи 22, статьями 36, 74,\r\n84, 85, 86, 96, 97, 99, 101, 102 и 104 Федерального\r\nконституционного закона \"О Конституционном Суде Российской\r\nФедерации\",\r\n рассмотрел в открытом заседании дело о проверке\r\nконституционности части 5 статьи 59 Арбитражного процессуального\r\nкодекса Российской Федерации.\r\n Поводом к рассмотрению дела явились запросы Государственного\r\nСобрания - Курултая Республики Башкортостан, Губернатора\r\nЯрославской области и Арбитражного суда Красноярского края, а также\r\nжалобы ОАО \"Холдинговая компания \"Отечество\", ООО \"Гориславцев и\r\nК°. Юридические услуги\", ЗАО \"Гориславцев и К°. Аудит\", ОАО\r\n\"Тюменская нефтяная компания\", ООО \"Юридическая фирма \"Лекс\", ООО\r\n\"Юридическая фирма \"Север-Лекс\", ООО \"Юридическая фирма \"Правовой\r\nпрофиль\", ЗАО \"Классик Компани\", ООО \"Юридическая фирма \"Юрус\", ЗАО\r\n\"Управление и Финансы\", ООО \"Юридическая фирма \"Ардашев и\r\nПартнеры\", ЗАО \"Информационно-вычислительный центр\", ООО\r\n\"Аудиторская фирма \"Каббалкаудит\" и граждан В.С.Арефьева,\r\nТ.А.Бектемирова, С.В.Киселева, А.В.Королева, А.Ф.Костина,\r\nТ.С.Кравцевой, О.А.Куркова, М.В.Марущенко, В.А.Огнева, С.В.Палкина,\r\nИ.Ю.Тимакова, М.И.Урбиной, Э.Р.Хаснеевой, Ю.Н.Чинкова, К.В.Шостова.\r\nОснованием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся\r\nнеопределенность в вопросе о том, соответствует ли Конституции\r\nРоссийской Федерации оспариваемое заявителями законоположение.\r\n Поскольку все обращения касаются одного и того же предмета,\r\nКонституционный Суд Российской Федерации, руководствуясь статьей 48\r\nФедерального конституционного закона \"О Конституционном Суде\r\nРоссийской Федерации\", соединил дела по этим обращениям в одном\r\nпроизводстве.\r\n Заслушав сообщение судьи-докладчика Г.А.Жилина, объяснения\r\nсторон и их представителей, выступления приглашенных в заседание\r\nпредставителей: от Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации -\r\nсудьи Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации Т.К.Андреевой,\r\nот Генеральной прокуратуры Российской Федерации - А.Н.Дзюбы, от\r\nФедеральной палаты адвокатов Российской Федерации - Ю.А.Костанова,\r\nисследовав представленные документы и иные материалы,\r\nКонституционный Суд Российской Федерации\r\n\r\n у с т а н о в и л:\r\n\r\n 1. Согласно части 5 статьи 59 АПК Российской Федерации\r\nпредставителями организаций могут выступать в арбитражном суде по\r\nдолжности руководители организаций, действующие в пределах\r\nполномочий, предусмотренных федеральным законом, иным нормативным\r\nправовым актом, учредительными документами, или лица, состоящие в\r\nштате указанных организаций, либо адвокаты.\r\n Данное законоположение во взаимосвязи с пунктом 4 статьи 2\r\nФедерального закона от 31 мая 2002 года \"Об адвокатской\r\nдеятельности и адвокатуре в Российской Федерации\", согласно\r\nкоторому представителями организаций, органов государственной\r\nвласти, органов местного самоуправления в гражданском и\r\nадминистративном судопроизводстве, судопроизводстве по делам об\r\nадминистративных правонарушениях могут выступать только адвокаты,\r\nза исключением случаев, когда эти функции выполняют работники,\r\nсостоящие в штате указанных организаций, органов государственной\r\nвласти и органов местного самоуправления, если иное не установлено\r\nфедеральным законом, позволяет арбитражным судам отказывать в\r\nдопуске к участию в арбитражном процессе в качестве представителя\r\nорганизации выбранного ею лица, если такое лицо не относится к\r\nчислу адвокатов или не состоит в штате этой организации.\r\n Конституционность части 5 статьи 59 АПК Российской Федерации\r\nоспаривается в порядке статьи 125 (часть 2) Конституции Российской\r\nФедерации Государственным Собранием - Курултаем Республики\r\nБашкортостан и Губернатором Ярославской области. Как указывается в\r\nзапросах, в отличие от организаций граждане в силу части 3 той же\r\nстатьи Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации\r\nмогут выбирать в качестве своих представителей в арбитражном суде\r\nне только адвокатов, но и иных оказывающих юридическую помощь лиц.\r\nТем самым, по мнению заявителей, оспариваемая норма вопреки статьям\r\n19 (части 1 и 2) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации\r\nставит стороны в арбитражном процессе в неравное положение, а также\r\nнарушает конституционные права частнопрактикующих юристов и\r\nсотрудников юридических фирм, не имеющих статуса адвоката,\r\nпоскольку препятствует их участию в арбитражном процессе в качестве\r\nпредставителей организаций, что противоречит статьям 2, 8, 19, 34,\r\n35 и 55 Конституции Российской Федерации.\r\n В запросе Арбитражного суда Красноярского края, который при\r\nрассмотрении дела по иску налогового органа к ОАО \"Красноярский\r\nзавод синтетического каучука\" о взыскании налоговых санкций был\r\nвынужден отказать в признании полномочий представителя ответчика по\r\nдоверенности - аудитора Н.В.Карамышева, поскольку тот не являлся\r\nадвокатом и не состоял в штате завода, утверждается, что часть 5\r\nстатьи 59 АПК Российской Федерации противоречит статьям 19 (части 1\r\nи 2), 30 (часть 2), 45 (часть 2) и 48 (часть 1) Конституции\r\nРоссийской Федерации.\r\n Со ссылкой на часть 5 статьи 59 АПК Российской Федерации\r\nарбитражные суды отказали ряду организаций - ОАО \"Тюменская\r\nнефтяная компания\", ЗАО \"Гориславцев и К°. Аудит\", ЗАО\r\n\"Информационно-вычислительный центр\" и ЗАО \"Классик Компани\" в\r\nпризнании полномочий избранных ими в качестве представителей лиц,\r\nне состоящих в их штате и не имеющих статус адвоката. Нарушение\r\nсвоих конституционных прав эти организации усматривают в том, что\r\nназванное законоположение лишает их - в отличие от граждан в\r\nарбитражном процессе и от всех участников гражданского процесса -\r\nвозможности пользоваться квалифицированной юридической помощью со\r\nстороны избранных ими по своему усмотрению представителей, что\r\nпротиворечит статьям 19 (части 1 и 2), 45, 48 (часть 1) и 123\r\n(часть 3) Конституции Российской Федерации. Кроме того, по их\r\nмнению, оспариваемая норма не соответствует статьям 1, 2, 7, 8, 15,\r\n17, 18, 30, 34, 37, 46 и 55 Конституции Российской Федерации.\r\n С жалобами на нарушение конституционных прав и свобод частью 5\r\nстатьи 59 АПК Российской Федерации в Конституционный Суд Российской\r\nФедерации обратились также ООО \"Юридическая фирма \"Правовой\r\nпрофиль\", ООО \"Юридическая фирма \"Лекс\", ООО \"Юридическая фирма\r\n\"Север-Лекс\", ОАО \"Холдинговая компания \"Отечество\", ООО\r\n\"Юридическая фирма \"Юрус\", ООО \"Гориславцев и К°. Юридические\r\nуслуги\", ООО \"Юридическая фирма \"Ардашев и Партнеры\", ЗАО\r\n\"Управление и Финансы\" и ООО \"Аудиторская фирма \"Каббалкаудит\",\r\nзанимающиеся оказанием юридических или аудиторских услуг, а также\r\nряд сотрудников юридических и аудиторских фирм и частнопрактикующих\r\nюристов, которым арбитражные суды со ссылкой на оспариваемую норму\r\nотказали в допуске к участию в арбитражном процессе в качестве\r\nпредставителей других организаций в соответствии с заключенными\r\nмежду ними договорами.\r\n Заявители утверждают, что часть 5 статьи 59 АПК Российской\r\nФедерации нарушает закрепленные Конституцией Российской Федерации\r\nправо граждан и их объединений на свободное использование своих\r\nспособностей и имущества для предпринимательской и иной не\r\nзапрещенной законом экономической деятельности (статья 34, часть\r\n1), право свободно распоряжаться своими способностями к труду\r\n(статья 37, часть 1) и ставит объединения адвокатов в\r\nпривилегированное положение, что не соответствует принципу\r\nправового равенства (статья 19, части 1 и 2, Конституции Российской\r\nФедерации), а также противоречит статьям 1, 2, 6, 7, 8, 17, 18, 30,\r\n45, 46, 48, 55 и 123 Конституции Российской Федерации.\r\n ООО \"Юридическая фирма \"Правовой профиль\", граждане\r\nС.В.Киселев, Т.С.Кравцева и Э.Р.Хаснеева, оспаривая\r\nконституционность примененной арбитражными судами в их делах части\r\n5 статьи 59 АПК Российской Федерации, указывают также на ее\r\nвзаимосвязь с пунктом 4 статьи 2 Федерального закона\r\n\"Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации\",\r\nкоторый, по их мнению, как содержащий правило, аналогичное\r\nзакрепленному в части 5 статьи 59 АПК Российской Федерации, также\r\nнарушает их права и свободы.\r\n Таким образом, предметом рассмотрения Конституционного Суда\r\nРоссийской Федерации по настоящему делу является положение части 5\r\nстатьи 59 АПК Российской Федерации, в силу которого, с учетом его\r\nсистемной связи с пунктом 4 статьи 2 Федерального закона\r\n\"Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации\",\r\nпредставителями организаций в арбитражном суде могут выступать\r\nпомимо работников, состоящих в штате этих организаций, только\r\nадвокаты.\r\n 2. Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого\r\nзащищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными\r\nзаконом (статья 45, часть 2). Одним из таких способов является\r\nсудебная защита, которая согласно статье 46 (часть 1) Конституции\r\nРоссийской Федерации гарантируется каждому. Право на судебную\r\nзащиту, как следует из данной нормы во взаимосвязи со статьей 17\r\n(части 1 и 2) Конституции Российской Федерации, относится к\r\nосновным неотчуждаемым правам и свободам человека и гражданина.\r\nРавным образом оно распространяется и на организации как\r\nобъединения граждан, выступая одновременно в силу статьи 18\r\nКонституции Российской Федерации гарантией всех других\r\nпринадлежащих им прав и свобод.\r\n Реализации права на судебную защиту наряду с другими правовыми\r\nсредствами служит институт судебного представительства,\r\nобеспечивающий заинтересованному лицу получение квалифицированной\r\nюридической помощи (статья 48, часть 1, Конституции Российской\r\nФедерации), а в случаях невозможности непосредственного (личного)\r\nучастия в судопроизводстве - доступ к правосудию. В отличие от\r\nграждан организации по своей правовой природе лишены возможности\r\nнепосредственно участвовать в судопроизводстве, а потому дела\r\nорганизаций ведут в арбитражном суде их органы в лице руководителей\r\nили другие, по их выбору, представители (части 4 и 5 статьи 59,\r\nстатья 61 АПК Российской Федерации).\r\n Отсутствие у организации возможности иметь представителя для\r\nреализации своих прав как участника арбитражного процесса и\r\nотстаивания своих интересов в суде лишало бы ее самого права на\r\nсудебную защиту и на участие в судопроизводстве на основе\r\nзакрепленных в статье 123 (часть 3) Конституции Российской\r\nФедерации принципов состязательности и равноправия сторон. Вместе с\r\nтем конституционное право на судебную защиту и принципы\r\nсостязательности и равноправия сторон не предполагают выбор по\r\nсвоему усмотрению любых способов и процедур судебной защиты, а\r\nправо вести свои дела в суде через самостоятельно выбранного\r\nпредставителя не означает безусловное право выбирать в качестве\r\nтакового любое лицо и не предполагает возможность участия в\r\nсудопроизводстве любого лица в качестве представителя.\r\n Данная правовая позиция применительно к уголовному\r\nсудопроизводству сформулирована Конституционным Судом Российской\r\nФедерации в Постановлении от 28 января 1997 года по делу о проверке\r\nконституционности части четвертой статьи 47 УПК РСФСР и в ряде\r\nрешений подтверждена применительно к конституционному\r\nсудопроизводству. Как отметил Конституционный Суд Российской\r\nФедерации, учитывая, что право пользоваться помощью защитника и\r\nиметь представителя служит одним из способов судебной защиты и\r\nвместе с тем - одним из проявлений конституционного права на\r\nполучение квалифицированной юридической помощи, установление\r\nкритериев квалифицированной юридической помощи и обусловленных ими\r\nособенностей и условий допуска тех или иных лиц в качестве\r\nзащитников или представителей в конкретных видах судопроизводства\r\nявляется прерогативой законодателя.\r\n Так, Федеральным законом \"Об адвокатской деятельности и\r\nадвокатуре в Российской Федерации\" предусмотрено, что для\r\nприобретения статуса адвоката, дающего в том числе право\r\nучаствовать в судопроизводстве в качестве представителя доверителя,\r\nнеобходимы определенный уровень юридического образования, стаж\r\nработы по юридической специальности или стажировка в адвокатском\r\nобразовании, положительное решение квалификационной комиссии,\r\nпринимаемое после сдачи квалификационного экзамена, отсутствие\r\nнепогашенной или неснятой судимости за совершение умышленного\r\nпреступления (статья 9). Кроме того, в целях реализации\r\nконституционных прав граждан и их объединений, в частности права на\r\nсудебную защиту и права на получение квалифицированной юридической\r\nпомощи, названным Федеральным законом предусмотрены специальные\r\nтребования к организации адвокатской деятельности и адвокатуры, а\r\nтакже комплекс правовых гарантий, обеспечивающих независимость\r\nадвоката при осуществлении им своих обязанностей, полноту и\r\nкачество предоставляемых юридических услуг, страхование риска его\r\nответственности за нарушение условий заключенного с доверителем\r\nсоглашения (статьи 3, 6-8, 13, 16-19).\r\n Исходя из конституционной природы правосудия, осуществление\r\nкоторого возложено на суды как органы государственной (судебной)\r\nвласти (статья 10; статья 11, часть 1; статья 118, части 1 и 2,\r\nКонституции Российской Федерации), и обязанности государства\r\nгарантировать каждому судебную защиту, в том числе путем\r\nопределения порядка получения квалифицированной юридической помощи,\r\nа также особых требований, предъявляемых к членам адвокатских\r\nобразований, законодатель вправе предусмотреть преимущества для\r\nадвокатов при допуске их в качестве представителей в суде, если\r\nнеобходимость таких преимуществ обусловлена публичными интересами,\r\nчто, например, имеет место в уголовном судопроизводстве в отношении\r\nпредставителей обвиняемого (Постановление Конституционного Суда\r\nРоссийской Федерации от 28 января 1997 года). Однако при этом он\r\nдолжен обеспечивать баланс публичных интересов и прав и законных\r\nинтересов лица при выборе представителя для судебной защиты, не\r\nдопуская несоразмерного ограничения как права на судебную защиту,\r\nтак и права на получение квалифицированной юридической помощи.\r\nДанное требование является обязательным для законодателя и при\r\nопределении условий и критериев допуска представителей организаций\r\nдля участия от ее имени в арбитражном процессе.\r\n 3. В соответствии с Конституцией Российской Федерации (статья\r\n19, части 1 и 2; статья 123, часть 3) стороны в судебном процессе\r\nравны перед законом и судом - вне зависимости от того, в какой\r\nорганизационно-правовой форме выступают данные участники\r\nсудопроизводства, а возникший между ними спор разрешается на основе\r\nпринципов состязательности и равноправия сторон. Этим установлениям\r\nкорреспондируют положения статей 7, 8 и 10 Всеобщей декларации прав\r\nчеловека, пункта 1 статьи 14 Международного пакта о гражданских и\r\nполитических правах и статьи 6 Конвенции о защите прав человека и\r\nосновных свобод, которые гарантируют равенство всех перед законом и\r\nсудом, право каждого на справедливое разбирательство спора о его\r\nгражданских правах и обязанностях независимым и беспристрастным\r\nсудом, созданным на основании закона. Названные положения, как\r\nотносящиеся к общепризнанным принципам и нормам международного\r\nправа, согласно статье 15 (часть 4) Конституции Российской\r\nФедерации являются составной частью правовой системы Российской\r\nФедерации.\r\n Конституция Российской Федерации гарантирует свободу\r\nэкономической деятельности, признание и защиту равным образом\r\nчастной, государственной, муниципальной и иных форм собственности,\r\nправо каждого на свободное использование своих способностей и\r\nимущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом\r\nэкономической деятельности (статья 8; статья 34, часть 1; статья\r\n35, части 1 и 2). На этих конституционных предписаниях основаны\r\nположения Гражданского кодекса Российской Федерации о равенстве\r\nучастников гражданских правоотношений, свободе договора,\r\nнедопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные\r\nдела, свободном установлении своих прав и обязанностей на основе\r\nдоговора (пункты 1 и 2 статьи 1, пункт 1 статьи 2 и пункт 1\r\nстатьи 9).\r\n Природой прав, возникающих из гражданских правоотношений,\r\nматериальных по своей сути, обусловлено диспозитивное начало\r\nгражданского судопроизводства, в том числе в арбитражных судах, к\r\nкомпетенции которых в соответствии со статьями 118 (часть 2) и 127\r\nКонституции Российской Федерации и конкретизирующими их нормами\r\nАрбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (глава 4)\r\nотносится рассмотрение в порядке искового производства возникающих\r\nиз гражданских правоотношений экономических споров и иных дел,\r\nсвязанных с осуществлением предпринимательской и иной экономической\r\nдеятельности юридическими лицами и индивидуальными\r\nпредпринимателями. Принцип диспозитивности, нашедший выражение в\r\nАрбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации (статья 70,\r\nчасть 1 статьи 82, часть 1 статьи 88, часть 1 статьи 90, статьи 98\r\nи 125, часть 1 статьи 132, часть 1 статьи 135, статья 138, пункты 5\r\nи 6 статьи 148, статьи 150, 159, 181, 188 и др.), в совокупности с\r\nдругими принципами арбитражного процесса, в том числе равенством\r\nвсех перед законом и судом, состязательностью и равноправием\r\nсторон, выражает цели правосудия по делам, отнесенным к компетенции\r\nарбитражных судов, прежде всего конституционную цель защиты прав и\r\nсвобод человека и гражданина (статья 2; статья 17, часть 1; статья\r\n18 Конституции Российской Федерации).\r\n Что касается возникающих из административных и иных публичных\r\nправоотношений экономических споров и иных дел, связанных с\r\nосуществлением организациями и гражданами предпринимательской и\r\nиной экономической деятельности, которые рассматриваются\r\nарбитражными судами в порядке административного судопроизводства\r\n(статья 29 АПК Российской Федерации), то согласно части 1 статьи\r\n189 и статье 190 АПК Российской Федерации общие правила искового\r\nпроизводства, в том числе диспозитивность, распространяются на\r\nтакие дела, если иное не предусмотрено федеральным законом.\r\nОграничение принципа диспозитивности, обусловленное спецификой\r\nпублично-правового спора в сфере предпринимательской и иной\r\nэкономической деятельности, по смыслу приведенных положений\r\nКонституции Российской Федерации и Арбитражного процессуального\r\nкодекса Российской Федерации, допустимо лишь в случаях, когда\r\nприрода спорного публичного правоотношения не предполагает\r\nвозможность свободного распоряжения субъективным материальным\r\nправом.\r\n Диспозитивность применительно к производству в арбитражном\r\nсуде означает, что арбитражные процессуальные отношения возникают,\r\nизменяются и прекращаются главным образом по инициативе\r\nнепосредственных участников спорных материальных правоотношений,\r\nкоторые имеют возможность с помощью суда распоряжаться\r\nпроцессуальными правами и спорным материальным правом. Данное\r\nправило распространяется и на процессуальные отношения, возникающие\r\nв связи с выбором лицами, участвующими в деле, представителей для\r\nотстаивания своих интересов в арбитражном суде и допуском выбранных\r\nими представителей к участию в судебном заседании. В случае выбора\r\nорганизацией представителя из числа лиц, не состоящих в ее штате, -\r\nвне зависимости от характера рассматриваемого арбитражным судом\r\nспора - в основе этих процессуальных отношений лежит\r\nгражданско-правовой договор между организацией и выбранным ею\r\nпредставителем.\r\n Следовательно, отступление от принципа диспозитивности при\r\nвыборе представителя в арбитражном процессе возможно, лишь если\r\nограничения, установленные федеральным законодателем, продиктованы\r\nконституционно значимыми целями (статья 55, часть 3, Конституции\r\nРоссийской Федерации). Между тем часть 5 статьи 59 АПК Российской\r\nФедерации не отвечает приведенным требованиям. Содержащееся в ней\r\n(как и в пункте 4 статьи 2 Федерального закона \"Об адвокатской\r\nдеятельности и адвокатуре в Российской Федерации\") ограничение на\r\nвыбор представителя в арбитражном суде не может быть оправдано\r\nвытекающим из статьи 48 (часть 1) Конституции Российской Федерации\r\nправом законодателя установить критерии квалифицированной\r\nюридической помощи и обусловленные ими требования к лицам, которые\r\nмогут выступать в качестве представителей в арбитражном процессе,\r\nпоскольку данное ограничение связывается лишь с\r\nорганизационно-правовой формой представляемого.\r\n В отличие от организаций граждане, в том числе индивидуальные\r\nпредприниматели, вправе выбирать в качестве своих представителей в\r\nарбитражном суде не только адвокатов, но и иных оказывающих\r\nюридическую помощь лиц (часть 3 статьи 59 АПК Российской\r\nФедерации). Не делает закон исключений и для случаев, когда\r\nорганизации и граждане, будучи участниками процесса по одному делу,\r\nимеют противоположные интересы. Кроме того, организации,\r\nучаствующие в арбитражном процессе, при выборе представителя\r\nнаходятся в неравном положении с организациями, участвующими в\r\nгражданском судопроизводстве по делам, отнесенным к компетенции\r\nсудов общей юрисдикции: так, статья 48 ГПК Российской Федерации не\r\nпроводит различий между организациями и гражданами при выборе ими\r\nпредставителя в гражданском процессе и не связывает возможность\r\nреализации данного права с наличием у избранного представителя\r\nстатуса адвоката.\r\n В уголовном процессе организации, выступающие в качестве\r\nпотерпевшего или гражданского истца, в соответствии с частью первой\r\nстатьи 45 УПК Российской Федерации также вправе выбирать\r\nпредставителя не только из числа адвокатов. Как указал\r\nКонституционный Суд Российской Федерации, лишение этих участников\r\nуголовного судопроизводства права обратиться помимо адвоката к\r\nдругим лицам, способным, как они полагают, оказать\r\nквалифицированную юридическую помощь, фактически привело бы к\r\nпонуждению их использовать только один способ защиты, что не\r\nсогласуется со статьей 45 (часть 2) Конституции Российской\r\nФедерации; такое ограничение вопреки статье 48 (часть 1)\r\nКонституции Российской Федерации значительно сузило бы возможности\r\nпотерпевшего и гражданского истца свободно выбирать способ защиты\r\nсвоих интересов, а также право на доступ к правосудию, что\r\nгарантировано статьей 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации\r\n(определения от 5 декабря 2003 года N 446-О по жалобам граждан\r\nЛ.Д.Вальдмана, С.М.Григорьева и региональной общественной\r\nорганизации \"Объединение вкладчиков \"МММ\" на нарушение\r\nконституционных прав и свобод рядом положений\r\nУголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражного\r\nпроцессуального кодекса Российской Федерации и Федерального закона\r\n\"Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации\" и\r\nот 5 февраля 2004 года N 25-О по жалобе гражданки В.О.Ивкиной на\r\nнарушение ее конституционных прав частью первой статьи 45 и статьей\r\n405 УПК Российской Федерации).\r\n Не делает исключений для организаций при выборе защитника или\r\nпредставителя и Кодекс Российской Федерации об административных\r\nправонарушениях: согласно его статье 25.5 в качестве защитника для\r\nоказания юридической помощи лицу, в отношении которого ведется\r\nпроизводство по делу об административном правонарушении, или\r\nпредставителя потерпевшего допускается адвокат или иное лицо,\r\nполномочия которого удостоверяются доверенностью, оформленной в\r\nсоответствии с законом.\r\n Таким образом, государство, допуская в действующей системе\r\nправового регулирования возможность выступать в арбитражном суде в\r\nкачестве представителей организаций штатных сотрудников либо\r\nадвокатов, а в качестве представителей граждан - иных, помимо\r\nадвокатов, лиц, оказывающих юридическую помощь, тем самым, по\r\nсуществу, не предъявляет особых требований к качеству\r\nпредоставляемой юридической помощи и, следовательно, не гарантирует\r\nее надлежащий уровень, а потому не вправе возлагать на организации\r\nобязанность выбирать в качестве представителей только адвокатов или\r\nсодержать юристов в штате.\r\n 4. Гарантируемые Конституцией Российской Федерации поддержка\r\nконкуренции, свобода экономической деятельности, признание и равная\r\nзащита различных форм собственности, право каждого на свободное\r\nиспользование своих способностей и имущества для\r\nпредпринимательской и иной не запрещенной законом экономической\r\nдеятельности, право каждого свободно распоряжаться своими\r\nспособностями к труду, выбирать род деятельности и профессию\r\n(статьи 8 и 34; статья 37, часть 1) создают правовую основу для\r\nосуществления юридическими лицами и физическими лицами -\r\nиндивидуальными предпринимателями деятельности по оказанию\r\nюридических услуг.\r\n К их числу относятся организации и частнопрактикующие юристы,\r\nпредмет деятельности которых - осуществляемое на основании\r\nсоответствующих гражданско-правовых договоров оказание юридической\r\nпомощи другим организациям и гражданам, в том числе путем судебного\r\nпредставительства. Однако часть 5 статьи 59 АПК Российской\r\nФедерации - в системной связи с пунктом 4 статьи 2 Федерального\r\nзакона \"Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской\r\nФедерации\" - лишает их возможности выполнять взятые на себя по\r\nдоговору обязательства по представительству интересов клиента в\r\nарбитражном суде в случаях, когда клиентом является не гражданин, а\r\nорганизация. Это означает, что в данном случае законодатель избрал\r\nкритерием для ограничения допуска к участию в качестве\r\nпредставителей в арбитражном процессе не квалификационные\r\nтребования, связанные с качеством юридической помощи и\r\nнеобходимостью защиты соответствующих публичных интересов, а лишь\r\nорганизационно-правовую форму, в которой выступает участник\r\nсудопроизводства, нуждающийся в юридической помощи.\r\n Между тем сама по себе организационно-правая форма участника\r\nсудопроизводства (физическое либо юридическое лицо, гражданин либо\r\nорганизация) не предопределяет различия в условиях и характере\r\nоказываемой ему юридической помощи при представительстве в\r\nарбитражном процессе и не свидетельствует о существовании таких\r\nразличий. Следовательно, вводящая названный критерий часть 5 статьи\r\n59 АПК Российской Федерации, при том что индивидуальные\r\nпредприниматели и иные граждане в арбитражном процессе (а в\r\nгражданском процессе - и организации) не ограничены в выборе\r\nпредставителя, не отвечает принципам соразмерности и\r\nсправедливости, которые должны соблюдаться при ограничении в\r\nконституционно значимых целях свободы договоров, свободного\r\nиспользования своих способностей для предпринимательской и иной не\r\nзапрещенной законом деятельности. Тем самым нарушается и\r\nконституционный принцип юридического равенства, поскольку адвокаты\r\nи их объединения произвольно ставятся в привилегированное положение\r\nпо отношению к частнопрактикующим юристам и организациям, предметом\r\nдеятельности которых является оказание юридической помощи, включая\r\nпредставительство в суде.\r\n 5. Таким образом, часть 5 статьи 59 АПК Российской Федерации,\r\nв системной связи с пунктом 4 статьи 2 Федерального закона\r\n\"Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации\"\r\nпозволяющая организации выбирать представителя, не состоящего в ее\r\nштате, лишь из числа адвокатов и исключающая право работников\r\nорганизаций и частнопрактикующих юристов, предметом деятельности\r\nкоторых является оказание юридической помощи, выступать в\r\nарбитражном суде по соглашению с другими организациями в качестве\r\nих представителей, в действующей системе правового регулирования не\r\nсоответствует статьям 19 (части 1 и 2), 46 (часть 1), 55 (часть 3)\r\nи 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации.\r\n Исходя из изложенного и руководствуясь частями первой и второй\r\nстатьи 71, статьями 72, 75, 79, 87, 100 и 104 Федерального\r\nконституционного закона \"О Конституционном Суде Российской\r\nФедерации\", Конституционный Суд Российской Федерации\r\n\r\n п о с т а н о в и л:\r\n\r\n 1. Признать часть 5 статьи 59 Арбитражного процессуального\r\nкодекса Российской Федерации не соответствующей Конституции\r\nРоссийской Федерации, ее статьям 19 (части 1 и 2), 46 (часть 1), 55\r\n(часть 3) и 123 (часть 3), в той мере, в какой она в системной\r\nсвязи с пунктом 4 статьи 2 Федерального закона \"Об адвокатской\r\nдеятельности и адвокатуре в Российской Федерации\" в действующей\r\nсистеме правового регулирования исключает для выбранных\r\nорганизациями лиц, оказывающих юридическую помощь, возможность\r\nвыступать в арбитражном суде в качестве представителей, если они не\r\nотносятся к числу адвокатов или лиц, состоящих в штате этих\r\nорганизаций.\r\n 2. Согласно частям первой и второй статьи 79 Федерального\r\nконституционного закона \"О Конституционном Суде Российской\r\nФедерации\" настоящее Постановление окончательно, не подлежит\r\nобжалованию, вступает в силу немедленно после провозглашения,\r\nдействует непосредственно и не требует подтверждения другими\r\nорганами и должностными лицами.\r\n 3. Согласно статье 78 Федерального конституционного закона\r\n\"О Конституционном Суде Российской Федерации\" настоящее\r\nПостановление подлежит незамедлительному опубликованию в\r\n\"Российской газете\" и \"Собрании законодательства Российской\r\nФедерации\". Постановление должно быть опубликовано также в\r\n\"Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации\".\r\n\r\n\r\n Конституционный Суд\r\n Российской Федерации\r\n\r\n N 15-П\r\n\r\n
" }